Казахстанские журналисты Лукпан Ахмедьяров и Рауль Упоров сняли документальный фильм-расследование на одну из самых чувствительных для Центральной Азии тем — участие граждан региона в войне в Украине. Фильм вышел на YouTube-канале «Просто журналистика», и смотрят его не только жители Центральной Азии, но и россияне. Последние обращаются к казахстанским журналистам в надежде узнать хоть что-то о своих родственниках, которые пропали на фронте. Найти информацию через свои собственные каналы внутри России им уже не удаётся.
О том, как создавался этот фильм, какую реакцию расследование вызвало в Казахстане и что удивило авторов, рассказывает «Новый репортёр».
Как журналистам из Центральной Азии попасть в Украину?
Чтобы снять фильм-расследование “Умереть за Путина”, журналисты Лукпан и Ахмедьяров и Рауль Упоров в начале 2026 года поехали в Украину. Главными их героями стали жители Центральной Азии, которые воевали на стороне России и оказались в украинском плену. Лукпан говорит, что сначала они пытались пообщаться с людьми, которые воевали в Украине внутри Казахстана, но им не удалось.
«В конце 2025 года мы снимали другой фильм — о сталинских репрессиях. Во время поездок по Костанайской области, видели, что именно оттуда многие уезжают воевать против Украины. Нам посоветовали посмотреть материалы в судебном кабинете Верховного суда. Там мы нашли уголовные дела в отношении казахстанцев, погибших на войне. Как правило, расследования начинались уже после того, как их тела пытались вернуть в Казахстан для захоронения. Но мы столкнулись с тем, что все эти истории касались погибших, а родственники не готовы были говорить об этом публично. Тогда у нас и появилась идея поехать в Украину, чтобы увидеть всё своими глазами», — рассказывает журналист.
Эта поездка для команды стала не первой. Начиная с момента полномасштабного военного вторжения России в Украину, они были в Киеве и других украинских городах уже два раза и знали, как туда попасть.
«На самом деле попасть в Украину журналистам из Центральной Азии несложно. Главное получить аккредитацию. Эта процедура занимает от двух недель до месяца, нужно заполнить специальную форму на сайте Генерального штаба ВСУ. Причём делать это нам пришлось через VPN: без него сайт определяет Казахстан как часть российского Интернет-пространства и блокирует доступ. Пожалуй, это была самая большая сложность, с которой я столкнулся».
Лукпан Ахмедьяров
Он говорит, что сам въезд в Украину проблем вообще не вызвал. Добирались до Киева через Польшу, стоимость поездки на автобусе составила около 30–35 долларов с человека.
«Меня удивило отношение украинских пограничников к казахстанскому паспорту. И в 2022 году, и в 2023-м и во время нашей последней поездки в феврале 2026-го никаких проблем не возникло. На границе я видел, как одного человека с украинским паспортом вывели из автобуса для дополнительной проверки, и гражданина России держали около сорока минут. А на наши паспорта просто посмотрели, поставили штамп и пропустили», — вспоминает Лукпан.
Впрочем, к поездке в Украину, журналистам всё-таки нужно было тщательно подготовиться. Например, перед первой поездкой в Киев в декабре 2022 года Лукпан и Рауль прошли трёхдневный курс по безопасности. Их учили различать звуки разных видов вооружения, оказывать первую помощь, пользоваться индивидуальной аптечкой и правильно действовать в случае ранения.
Кроме того, им подробно объяснили правила работы в зоне боевых действий. Отдельный блок был посвящён повседневной жизни в условиях войны: поиску бомбоубежищ, подготовке к ракетным обстрелам и необходимому снаряжению для работы в холодное время года.
«Перед посещением лагеря для военнопленных сотрудники Координационного штаба тоже провели для нас отдельный инструктаж. Нам подробно объяснили, как общаться с людьми и как получать согласие на съёмку. Особый акцент делался на том, что нельзя снимать человека без его явного разрешения. Например, нас предупреждали, что не все военнопленные из Центральной Азии говорят на русском, и нам рекомендовали обязательно убедиться, что человек действительно понял вопрос и осознанно согласился на съёмку, а не просто кивнул в ответ», — вспоминает Лукпан.
Как жители Центральной Азии оказываются на войне в Украине?
Всего в этом фильме пять военнопленных из Казахстана, которые воевали в Украине на стороне России. Лукпан говорит, что осознанно готовился к встрече с ними заранее.
«Самым сложным было сохранять нейтральный тон в разговорах с военнопленными. По предыдущему опыту я знал, что некоторые из них даже в плену продолжают говорить штампами из российского телевидения. Поэтому перед поездкой мы специально готовились: репетировали интервью, и мой коллега играл роль военнопленного, стараясь отвечать максимально цинично и провокационно, чтобы вывести меня из себя. Самым трудным было не поддаваться эмоциям и сохранять профессиональную дистанцию во время таких разговоров», — рассказал журналист.
Впрочем, он объясняет, что был удивлён тем, что далеко не все мужчины, которые оказались в лагере для военнопленных, мотивированы российской пропагандой. Для большинства из них главная причина — это высокие заработки.
«Идейных дурачков там сейчас уже почти нет. Зато появились дураки другого рода — люди, которые едут в Россию на заработки, рассчитывая устроиться на обычную гражданскую работу. Им предлагают вакансии на складах, в мебельных или колбасных цехах, на мясокомбинатах, обещая очень высокие зарплаты. Люди искренне верят этим объявлениям и соглашаются на переезд. Но нередко спустя несколько месяцев вместо обещанной работы они оказываются на войне», — продолжает журналист.
Он описывает механику этого процесса:
«Человек приезжает в Россию на обещанную работу, но в первый месяц получает гораздо меньше заявленной зарплаты. Ему объясняют это расходами на переезд, страховку, оформление документов. Затем история повторяется. Так проходит три месяца — срок, когда гражданин Казахстана может находиться в России без регистрации, а потом на предприятие приходит миграционная полиция, и людям сообщают, что теперь они “нелегалы”. Дальше сценарии бывают разными. По словам некоторых собеседников, кого-то принуждали к подписанию контракта, но чаще людей убеждали. Им говорили, мол, вас обманули частные работодатели, а государство не обманет. Обещали высокую зарплату, подъёмные выплаты, работу вдали от боевых действий — например, на кухне, в медсанчасти или водителем. И они соглашались».
Сложно журналистам пришлось и во время общения с семьями погибших уже в Казахстане.
«Вот ты только что был в Украине, разговаривал с военнопленными, прятался в бомбоубежищах во время обстрелов, а потом оказываешься дома и беседуешь с матерью погибшего наёмника. Она плачет, рассказывает, что отговаривала сына ехать, что не смогла его остановить. Конечно, у меня остаются вопросы, зачем он поехал на эту войну. Но когда перед тобой сидит женщина, потерявшая единственного сына, невозможно не испытывать сочувствия», — говорит журналист.
За что против Лукпана открывают административные и уголовные дела?
Несмотря на чувствительность вопроса, который журналисты подняли в фильме “Умереть за Путина”, на редакцию внутри Казахстана не оказали давления после его выхода. Хотя опасения столкнуться с этим у авторов были. Дело в том, что в 2025 году за пост в соцсетях о 14 казахстанцах, которых вербовали на войну с Украиной, Лукпану предъявили обвинение за распространение заведомо ложной информации (ст. 274 УК РК). С тех пор расследование фактически не продвинулось: дело формально не закрыто, но новых следственных действий не проводится. Сейчас журналист остаётся в статусе свидетеля с правом на защиту.
В 2026 году, 22 июня в Уральске Лукпана задержала казахстанская полиция. Как сообщил на своей странице в ФБ его коллега Рауль Упоров, при задержании журналисту сообщили, что он находится в международном розыске по линии МВД России. Позднее Лукпана отпустили, а пресс-служба департамента полиции ЗКО, комментируя задержание Ахмедьярова, заявила журналистам Азаттык Азия, что «при проверке установлено, что у водителя, не являющегося владельцем данного транспортного средства, отсутствует обязательный страховой полис». За данное правонарушение Ахмедияров, как сообщили в полиции, привлечен к административной ответственности.
На уточняющий вопрос Азаттык Азия о наличии или отсутствии связи журналиста задержания с уголовным делом из России и информацией о розыске, в пресс-службе полиции ответили, что «на данный момент нет такой информации».
Почему медиа в Казахстане мало говорят о войне в Украине?
По словам Лукпана, для медиа Казахстана, освещение войны в Украине является очень чувствительным вопросом, за который берутся единицы.
«В первые недели после начала полномасштабного вторжения государственные медиа Казахстана делали вид, что войны не существует. На телеканалах и крупных государственных площадках практически не было сюжетов о происходящем в Украине. Ситуация начала меняться только после событий в Буче, когда тему стало невозможно игнорировать. Сейчас материалы о войне появляются, но их немного. На мой взгляд, государственные СМИ освещают эту тему максимально отстранённо и осторожно, подчёркнуто стремясь сохранить нейтральный тон».
Лукпан Ахмедьяров.
Что касается независимых изданий, то по словам Лукпана, журналистов, которые готовы браться за эти темы в стране мало.
«Многие избегают этой темы, потому что она неизбежно вызывает волну хейта со стороны аудитории, находящейся под влиянием российской пропаганды. Кроме того, существует и фактор давления со стороны государства. Властям не всегда нравится, когда журналисты подробно рассказывают о войне в Украине, особенно накануне визитов Путина в Казахстан», — полагает Лукпан.
По его словам, около 40 % аудитории фильма составили зрители из России, что было ожидаемо. Аналогичная ситуация наблюдалась и после выхода в 2023 году репортажа из лагеря для военнопленных во Львовской области: несмотря на небольшую аудиторию канала, фильм тогда набрал около 90 тысяч просмотров, значительная часть которых также пришлась на Россию.
Многие россияне ищут информацию о своих родственниках, пропавших на войне. Например, после выхода фильма в редакцию начали обращаться люди из России, которые пытались через журналистов и их героев найти сведения о своих близких, потому что по своим собственным каналам сделать они это не могут.
Второй по величине аудиторией стали зрители из Казахстана, затем — из Украины. Журналист отметил, что фильм вызвал интерес не только у постоянных подписчиков канала, но и у новой аудитории. Судя по комментариям, многие зрители впервые узнали о проблеме участия граждан Центральной Азии в войне и задавались вопросом, почему раньше не сталкивались с такой информацией.
Фильм-расследование “Умереть за Путина” был произведён при поддержке регионального проекта «Повышение устойчивости аудитории через достоверные истории (CARAVAN)», финансируемого Европейским Союзом и реализуемого Internews.