Во время третьего ежегодного MediaCAMP Fest, помимо наград для участников MediaCAMP Award, специальные премии от медиакритиков получили медиа из Казахстана и Таджикистана. Наш медиакритик Лилия Гайсина рассказывает о премии, победителях и двухлетних итогах работы в Таджикистане.
Два года назад, когда в Таджикистане только начиналась работа в направлении медиакритики, даже потенциальным авторам — журналистам с большим опытом работы — приходилось объяснять, что это такое и зачем это нужно. Впрочем, ответы на второй вопрос коллег не убеждали, и они отказывались от сотрудничества. Причина заключалась в том, что журналисты с большим опытом работы знают, насколько трудно работать на этом поле в Таджикистане, и появление дополнительной критики они расценивали как нечто такое, что может ухудшить и без того незавидное положение людей в медиа.
Однако тех, кто решил попробовать, оказалось всё-таки больше, и среди авторов медиакритики или «Нақди Расонаӣ» — на таджикском языке — сейчас числятся известные фамилии. И ситуацию в СМИ медиакритика точно не ухудшила — возможно, даже наоборот.
Несмотря на то, что больше двух лет медиакритики в Казахстане и Таджикистане в большей степени собирали коллекцию ошибок и недочётов своих коллег, когда появилась премия «Любимцы медиакритиков», спор возник из-за количества победителей. Медиакритики хотели наградить больше своих коллег. В Таджикистане по объективным причинам (размер рынка, количество авторов) работ было меньше — и, соответственно, премий тоже. Из нескольких десятков медиа и журналистов, которые попадали в объектив медиакритиков, были выбраны пять лучших.
«Лучшее освещение пандемии»: «Радио Озоди»
Весной 2020 года, когда в регионе Центральной Азии уже все страны (за исключением Туркменистана) признали наличие COVID-19, в Таджикистане власти до последнего утверждали, что вируса в стране нет, и с ними в спор вступали только журналисты из независимых СМИ. Точнее, из нескольких независимых СМИ. Медиакритики «Нового репортёра» следили за ситуацией и подготовили несколько материалов на эту тему:
«В Таджикистане вируса нет: как медиа работают в непонятной ситуации»;
«В Таджикистане вируса нет-2: чиновники против журналистов»;
«В Таджикистане вируса нет-3: как медиа рассказывали о послании президента».
После каждой попытки разоблачить власти, которые предпринимали журналисты, аудитория в соцсетях выливала тонны критики в адрес медиа. Пользователи Сети называли журналистов «паникёрами», «возмутителями спокойствия» и обвиняли в отсутствии патриотизма (!). Особенно досталось «Радио Озоди»: вечером 5 апреля 2020 года журналисты этого издания опубликовали сообщение, что на севере Таджикистана скончался мужчина, а весь медицинский персонал, который с ним работал, поместили в карантин. Эта новость вызвала панику среди людей, но зато заставила власти впервые (!) с начала пандемии выйти к народу и хотя бы как-то объясниться. На этот факт уже мало кто обратил внимание. Скоро в Таджикистане наличие коронавируса всё-таки признали; впрочем, делиться информацией о пандемии в стране власти до сих пор не хотят, а официальная статистика смертей от COVID-19 (125 человек за два года) вызывает большие сомнения. И журналисты проводят на эту тему свои расследования.
«Самый народный журналист»: Субхон Джалилов
«Если вы вдруг случайно скажете рядовому таджикистанцу о том, что у него в стране нет свободных СМИ, то он с вами может и не согласиться, а в качестве аргумента приведёт шоу-программу «Субхи Ватан»», — писала Манижа Курбанова, медиакритик «Нового репортёра», об утреннем шоу, которое выходит на радиостанции «Ватан» в Таджикистане уже 18 лет. Её автор — генеральный директор радиостанции, популярный журналист Субхон Джалилов. Концепция его программы очень проста: с 7 до 10 утра в прямом эфире ведущий делится новостями, ставит музыку, проводит интерактивные викторины и интересные розыгрыши, дарит подарки. Но самое главное: Субхон не только развлекает слушателей, но и помогает им решить свои проблемы. За три (!) часа прямого эфира Субхон становится универсальным другом для каждого, «своим парнем», которому можно рассказать о наболевшем.
Его аудитория — это трудовые мигранты, таксисты, домохозяйки, офисные работники, студенты — в общем, та средняя прослойка населения, для которой он вещает на их родном таджикском языке. Проблемы, которые поднимают слушатели Субхона, дозвонившиеся до прямого эфира, знакомы почти всем в Таджикистане — это коррупция, хамство чиновников, безденежье. У ведущего на каждое такое обращение находится совет, шутка или просто доброе слово. Возможно, за последним большая часть аудитории и обращается к Субхону как к самому народному журналисту.
«Лучшее освещение пресс-конференций»: Пайрав Чоршанбиев
В Таджикистане 10 лет тому назад президент Таджикистана выпустил указ, согласно которому два раза в год все государственные органы республики должны проводить пресс-конференции и отчитываться перед журналистами о проделанной работе. За 10 лет пресс-конференции фактически превратились в единственную площадку, на которой журналисты могут поговорить с чиновниками лично. Всё остальное время местные СМИ в лучшем случае довольствуются письменными ответами на свои вопросы, в худшем — их запросы игнорируют. Впрочем, чиновники умудряются игнорировать вопросы журналистов и во время пресс-конференций, и для того, чтобы получить хотя бы какие-то ответы на свои вопросы, корреспондентам приходится очень стараться. На самом деле на медиарынке Таджикистана совсем не много таких мастеров, и один из них — это старший корреспондент медиагруппы «Азия-Плюс» Пайрав Чоршанбиев.
В последнем сезоне ему принадлежит безоговорочное лидерство по количеству публикаций для своего издания (20 материалов). Медиакритик Михаил Петрушков называл тексты Пайрава смелыми, злободневными, острыми и приводил в качестве примера один из материалов, в котором, например, руководство энергетической государственной компании в Таджикистане утверждало, что не имеет никакого отношения к повышению тарифов на свои услуги.
«Лучшее освещение экологической тематики»: медиагруппа «Азия-Плюс»
После того, как прошлым летом ООН назвала засуху в Центральной Азии «новой пандемией, от которой нет вакцины», медиакритик «Нового репортёра» Ифтихор Миршакар решил изучить экологическую тематику в местных интернет-СМИ. Дело в том, что причины природных катаклизмов — это, в том числе, и поведение людей: нерациональное использование хозяйственных земель, воды, загрязнение окружающей среды, и журналисты должны обращать на это внимание.
Всего за несколько месяцев этого года Ифтихор нашёл на сайте «Азия-Плюс» более полусотни материалов, посвящённых экологическим проблемам. Среди них были материалы о том, какой вред наносят водоёмам местные компании, о загрязнении воздуха со стороны цементного завода на севере страны или о таких же выбросах, но в Душанбе. Говорили журналисты и об изменении климата: например рассказали, что уникальный заповедник «Тигровая балка» нуждается в спасении, потому что пострадал из-за повышения температуры. В публикации «Какой общественный транспорт нужен Душанбе?» журналисты спрашивали экспертов о возможности запуска автобусов с электрическими двигателями, чтобы снизить выбросы в атмосферу. В каждой такой истории журналисты «Азия-Плюс» старались привести достаточно фактов, экспертных мнений, чтобы объяснить непростую экологическую тему.
«Лучший документальный фильм»: «Ритмы утраченного времени»
Несмотря на то, что документальный фильм «Ритмы утраченного времени» (Rhythms of Lost Time) абсолютно не имеет отношения к СМИ, а его автор Аниса Сабири режиссёр, а не журналист, эта картина попала в объектив медиакритиков Таджикистана.
В своей работе Аниса не только показала захватывающие кадры, которым позавидовал бы любой репортёр из редакции, но и подняла очень важную проблему искусственного уничтожения местных традиций и обрядов. На эту тему таджикские журналисты обращали внимание, и не раз, теперь к их тревогам подключился и кинематограф. Возможно, совместные усилия приведут если не к решению проблемы, то к её осмыслению. На что, собственно, всегда и надеются участники любого медиарынка: они показывают проблему, ответственные люди её решают.
