«Гиперборей» с Мадой: второй блин комом

0
99

Маститый казахстанский журналист Вадим Борейко, осваивая YouTube, решил говорить с молодёжью на её языке. На съёмку второго выпуска проекта «Гиперборей» он пригласил известного сетевого автора Мадину Мусину. Но выглядит этот выпуск каким-то вынужденным упрощением, а акула пера оказалась на мутном мелководье казахстанского хайпа.

Будет ли дуть

Политологи в нашей стране востребованы народом, потому что они одни из немногих, кто ещё может нащупать пульс призрачной политической жизни и выдать какой-никакой диагноз.

На прошлой неделе Борейко приветствовал в студии Досыма Сатпаева — и выбор этот был вполне ожидаемым: один из настоящих, не самопровозглашённых, «лидеров мнений», известный политолог-интеллектуал с огромным багажом знаний и быстрым умом способен украсить любую интересную для него беседу.

Как-то я хвалил интервью Бейбита Алибекова, да, помнится, всё больше из-за талантов Досыма Асылбековича.

Не хотелось бы разбрасываться комплиментами, но практика показала: Сатпаев удобный собеседник что для журналиста традиционного СМИ, что для блогера YouTube. А ещё он сам популярен в соцсетях и может привести с собой сотни, если не тысячи зрителей — дело одного репоста выпуска на личной странице в Facebook.

Но вдруг в минувший четверг Вадим Борейко решил продемонстрировать концептуальную широту своего проекта. Если первый выпуск представлял собой интеллектуальную беседу о горьком временами дыме отечества, во втором появилось расширенное меню.

Мадина Мусина (она же Мада) известна своими мастерскими дневниковыми постами, обильно сдобренными обсценной лексикой. Безусловно, Мада интересная и очень яркая творческая личность, и дело не в том, что в отличное студийное освещение «Гиперборея» попала именно она. Дело во впечатлении: Вадим Николаевич решил сыграть «в Дудя» с его слоёным пирогом из условных «политиков и рэперов», выступив с явным желанием заполучить самую активную часть аудитории видеохостинговой платформы. Кто владеет умами молодёжи, тот владеет YouTube — вероятно, так подумал создатель «Гиперборея».

Гиперборей Борейко

Ютьюбовский заголовок отражает эти стремления в полной мере. «Мада про бухло, толстых и срач с подписчиками» — громко зазывает он беззаботных подростков и взрослых сетевых полуночников позднего развития. И практически не оставляет им выбора: бухло, толстые и срачи. Да кто же пройдёт мимо — всё такое вкусное.

Костюм для роли «своего в доску на вечеринке внучатого племянника» поначалу кажется крепко пошитым, тем более с Мадой Вадим Николаевич на короткой ноге, а она его называет эдак не по-восточному «Вадиком». Но этот сценический костюмчик спустя десяток минут просмотра начинает расходиться по швам — look «Вадика» не скроет-таки многоопытного Вадима Николаевича, а «бухло», «толстые» и «срачи» окажутся лишь яркой подарочной упаковкой на прилавочном товаре.

Груз профессионального и житейского опыта угадывается по манере мэтра говорить — с Борейко не слетела ещё строгость, эта особенная, еле уловимая чопорность профессионального журналиста. Даже если он употребляет просторечную и обсценную лексику, насмешливую ясность взора в этот момент не скрыть.

У Юрия Дудя (я регулярно упоминаю это имя только потому, что часто имею дело с его последователями) получилось найти общий язык с молодой, недавно отпраздновавшей совершеннолетие аудиторией, по совершенно понятным причинам — он сам из растянувшегося на два десятка лет поколения миллениалов со свойственной генерации Y инфантильностью: ему действительно есть о чём поговорить с 18-летним поклонником исполнителя Face.

Но Вадим Борейко, конечно, не Дудь. Мило и даже как-то трогательно смотрятся листы формата А4, которые казахстанский мэтр складывает в своё кресло и время от времени достаёт — там, наверное, вопросы. Эти листочки будто напоминают об эпохе бумаги, надёжных автомобилей и эрудированных без интернета журналистах.

«Тупо набухался вискарём…», «…ты каждый день с ней срёшься», — говорит Борейко милой собеседнице, словно в оправдание громкого заголовка.

Попытка Борейко выкорчевать ментальный поколенческий бордюр между шестидесятыми и девяностыми выглядит так, будто профессор вуза достаёт из-за уха «косяк» с травкой и подсаживается «на корты» к компании студентов.

Но груз опыта не скинуть просто, как рюкзак, с плеч.

«Лайтовая» ненормативность в борейковском исполнении не имеет смысла, потому что просто так, механически, она не работает. И Дудь, и молодёжные шоу с той самой «новой искренностью», якобы открытой Вадимом Николаевичем, на деле демонстрируют старую (нет, вечную) искренность улиц и ночных клубов, хулиганское очарование, просто не отфильтрованное из-за технологических особенностей новых медиа: теперь нет телевизионного эфира и жёсткой эфирной сетки. Блогерский контент уже не безальтернативная тарелка супа в благотворительной столовой, а выставленный на полке супермаркета товар, который вы просто так не увидите — вам в этот отдел ещё надо попасть. Интернет разделён по интересам, и никакой новой искренности не существует, есть открывшийся простому люду доступ к технологиям публичного показа — и народ выливает на мониторы эстетику сермяжного быта: чем богаты, как говорится.

В качестве подкаста

Я упомянул Дудя не случайно, и причина вновь обратиться к его трудам не одна. «Гиперборей» явно сделан с оглядкой на самого известного российского ютьюбовского интервьюера. Что, может быть, и неплохо. О тщательном изучении успешного опыта свидетельствуют и всплывающие время от времени титры с «золотыми цитатами» собеседников, и конкурс в конце — явные признаки подсматривания. Но что касается титров — сделаны они, на мой взгляд, неудачно. В них часто появляются не афористичные, интересно сформулированные мысли, а совершенно проходные.

«Я была уверена, что никто не будет покупать её», — например говорит Мада о своей книге, её слова тут же сопровождаются дублирующей надписью внизу экрана с характерным презентационным звуком. Это здорово отвлекает, а акцент на изречении кажется мне совершенно ненужным. «Меня звук ветра может выбесить», — вновь напоминают мне авторы слова гостьи, а я думаю — зачем мне эта «услуга для слабослышащих»?

Легко верится в то, что борейковский проект находится на стадии обкатки и эксперимента по поиску зрительской лояльности. И кредит зрительского доверия, высвобождающий время для этих поисков, конечно, есть. Потому что есть имя.

Сильная сторона проекта — это величина постоянная: сам Вадим Борейко, авторитетный профессионал, один из немногих «динозавров журналистики», доживших до эры интернетной свободы. Энтузиазм, с которым он осваивает новые для себя пространства, удивляет: совсем недавно он открыл для себя YouTube, и вот он уже в нём. Он — один из примеров, доказывающих, что журналистский талант не зависит от технологических площадок. Борейко работал и работает в газетах, на ТВ, в интернет-изданиях.

Но он всё-таки газетный журналист, потому что телевизионный опыт в его биографии был совсем не основным.

В чём отличие газетчика от телевизионщика и интернетчика? Могу высказать мнение: как правило, газетные журналисты мастеровитее пишут, лучше образованы, имеют важную в профессии «узкую специализацию» и вообще копают жизнь и её проблемы глубже, чем их собратья из других видов СМИ. Конечно, это «средняя температура по палате», но концентрация талантливых текстов больше в печати — об этом мне говорит личный опыт.

Борейко совсем недавно продемонстрировал свой талант в полной мере: серия его статей о проекте Кок-Жайляу, кажется, помогла перевести скандал из области экологических проблем в область проблем политических, когда причастному чиновничеству последовательно, на основании фактов журналист презентовал альтернативную точку зрения. Прежде так системно, наглядно и убедительно этого в стране никто сделать не смог, а пытались, как известно, многие.

Но у газетных журналистов встречается изъян. И когда я узнал о появлении «Гиперборея», насторожился. Дело в том, что газетчики в кадре часто не столь убедительны, как привыкшие к некоторой театральной экспрессии телевизионщики. Потому что привыкли брать не лицом, а смыслом — это другая картина мира, если хотите. Бывало, я сильно разочаровывался, когда видел газетных гуру (не только казахстанских) в телевизионных эфирах — авторы великолепных, острых, разгромных материалов оказывались скромными, незаметными людьми с плохой дикцией.

Посмотрев два выпуска программы, я сделал интересный для себя вывод.

Борейко, конечно, совсем не телевизионный журналист и явно не собирается им становиться. Но могу смело заявить: гораздо важнее привычного теперь высокого темпоритма речи и безупречной артикуляции другое.

Включите «Гиперборей», и вы увидите на экране компьютера или смартфона не говорящую голову, читающую с суфлёра чужие тексты, не обнаружившего своё мнение ноунейма, а личность. Масштаб которой, на мой взгляд, и помешал сделать второй выпуск программы убедительным. Вадим Борейко просто не помещается в искусственные условности, он продукт той ещё эпохи, когда журналистика была авторской, а делали её люди с яркой индивидуальностью. И первый выпуск «Гиперборея» в очередной раз доказал, что журналист может быть не только агрегатором коротких вопросов, выезжающим на интеллекте собеседника. Неудивительно, что Вадима Борейко в своей программе больше, чем того же Дудя в своей. По сути, казахстанский мэтр делает не интервью, а занимается другим жанром журналистики, о котором я не так давно говорил, его разговор с гостем — это беседа, хорошо помещающаяся в формат подкастов. И это главное отличие «Гиперборея» от дудевского проекта и многих других.

Осознав это, я провёл эксперимент и послушал «Гиперборей» в наушниках как подкаст, не глядя в монитор и отвлекаясь на личные дела. Результат превзошёл ожидания: даже второй выпуск программы, полученный только через аудиоканал, понравился уже безо всяких замечаний — восприятие программы в фоновом режиме даёт интересный эффект «холодного вовлечения». Слушатель сам регулирует поток информации, сосредотачиваясь на интересующем, не обращая внимания на неважное.

Гиперборейко

Гиперборей Борейко

Не могу не похвалить выбор названия для YouTube-канала. «Гиперборей» — это и игра с фамилией автора, а также с приставкой «гипер». Это то, что лежит на поверхности. Что ещё интереснее: это отсылка к названию мифической страны Гиперборее, располагавшейся якобы на севере от греческой Ойкумены. Что как бы намекает на пришельца с севера Вадима Борейко, уроженца Калининграда, прибывшего когда-то в Казахстан по распределению с дипломом МГУ.

Отечественный зритель пока ещё, кажется, не осознал: появление в YouTube Вадима Борейко — это в нашей стране событие такого же масштаба, как появление в смартфонах еженедельного Леонида Парфёнова с бокалом вина (кстати, интересно, что и канал Parfenon обыгрывает и фамилию автора, и название древнегреческого памятника архитектуры). Потому что если профессиональный журналист, движимый личными амбициями, включается в конкурентную гонку с блогерами, планка неизбежно будет им поднята. Возможно, для казахстанского зрителя программа Борейко в YouTube даже ещё более важное событие, потому что у нас нет своего «Эха Москвы», а серьёзно поговорить, понятное дело, есть о чём.

Резюмирую. Первый выпуск показал огромный потенциал проекта. Второй — как попытка сыграть на чужом поле — не совсем, на мой взгляд, удался. Но не та ли это ошибка, на которой учатся? Тем более, я не могу критиковать выбор гостьи, и мои претензии не относятся к заинтересованности автора в молодёжи. Миллениалы и их кумиры могут обеспечивать просмотры и определять судьбы проектов в YouTube — вопрос в подходе. Тем более технически «Гиперборей» очень хорош — к студии, свету, звуку, операторской работе не придраться.

В любом случае, я считаю, что у образованного зрителя, ищущего «свой» контент в интернете, практически нет выбора — «Гиперборей» это однозначно то, за чем стоит наблюдать. Сдаётся мне, более высокой концентрации интеллекта в казахстанском YouTube ещё не было, а неутомимый Борейко, чует моё сердце, не собирается останавливаться на достигнутом.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь