Центр развития современной журналистики презентовал адаптированное учебное пособие по медиаграмотности для преподавателей высших учебных заведений Узбекистана. Ознакомиться с пособием на русском языке можно здесь.
Пособие сочетает в себе лекционный материал и практические занятия. Таким образом предполагается, что студенты будут включаться в процесс создания медиапродуктов, погружаться во внутреннюю лабораторию массмедиа.
Пособие представлено в формате модульного учебно-методического комплекса. Уникальность этой работы заключается в том, что учебные материалы основаны на медиапрактике Узбекистана. Также пособие аккумулирует практический опыт зарубежных исследователей и педагогов в сфере медиа. Учебное пособие может быть полезно преподавателям вузов, магистрам, докторантам и научным соискателям, журналистам-практикам, сотрудникам центров культуры, духовно-просветительских объединений.
В пособии три раздела: «Социально-политический контекст развития медиаграмотности в Узбекистане», «Роль критического мышления в оценке и диагностике информации: методы и технологии», «Производство медиаконтента. Этические стандарты. Методика обучения медиаграмотности».
Подробнее о Центре развития современной журналистики и его проектах можно узнать здесь.
В течение шести дней преподаватели журналистики казахстанских вузов обучались ведению курса «Журналистское расследование». Опытный журналист и тренер Олег Хоменок поделился с «Новым репортёром» некоторыми секретами обучения взрослых.
Что вы можете сказать об особенностях работы со взрослыми по этому курсу?
— Журналистику расследований, как правило, выбирают взрослые люди, студенты, сформировавшиеся журналисты. И цель этого тренинга — не только научить расследованиям, но и научить тому, как учить других.
На ваш взгляд, в чём различия между преподаванием этого курса студентам и преподавателям журналистики?
— Я имею опыт работы и со студентами, и с преподавателями вузов факультетов журналистики. Безусловно, преподаватели имеют опыт организации учебного процесса. Когда я формировал свою программу, видел задачу: какую-то часть времени посвятить самому содержанию процесса, тому, о чем пойдет речь. Как говорил наш коллега Марк Ли Хантер (один из основателей некоммерческой организации Глобальная сеть журналистских расследований, автор более 100 статей и девяти книг о расследованиях — прим. ред.), для преподавателей очень важно практиковаться в том, чему они учат.
Отличие в обучении взрослых и детей в том, что у детей есть авторитет, которому они безоговорочно верят. У взрослых есть своя сформировавшаяся психология и мировоззрение. Их можно убеждать либо собственным примером, либо авторитетом, либо аргументацией, и лучше, если это всё в комплексе, когда вы можете рассказать о своих случаях из практики, как вы решали проблемы.
Я думаю, что в университетах Казахстана сегодня есть возможность заниматься практическими расследованиями, которые не касаются политических процессов. Есть огромный срез расследований, связанных, например, с потребительской тематикой, всевозможные сервисы, финансовые пирамиды, сетевой маркетинг и так далее. Это то, что позволит оттачивать навыки у студентов и преподавателей, которые возглавят этот процесс, а также накапливать определённую базу опыта.
Какие впечатления у вас сложились от проведения тренинга для преподавателей журналистики в Казахстане?
— Первое впечатление — у всех, кто здесь собрался, есть хорошая мотивация, это один из очень важных элементов обучения взрослых. Они видят конкретную цель, ожидаемый результат, если у них есть понимание того, что они получат в результате, то очень активно участвуют. Все собравшиеся понимают, что жанр расследования становится очень востребованным, и люди хотят понять не только, что произошло, но и почему произошло. Аудитория понимает, что мир не стоит на месте, что нужно профессионально развиваться, поэтому первое впечатление — это хорошая мотивация группы.
Как тренеру выдержать соперничество со смартфонами и удержать внимание аудитории?
— Всё зависит от мотивации. Если люди заплатили деньги за тренинг и у них есть чёткая цель, то они не будут отвлекаться. Также нужно постоянно и активно использовать парные, групповые задания, это возможно даже в онлайн-практике.
18 июля стало известно, что активисты, политики, бизнесмены, журналисты и главы государств из разных стран могли быть объектами слежки при помощи шпионской программы Pegasus, разработанной в Израиле. Казахстан числится в списке возможных клиентов израильской NSO Group.
«Новый репортёр» обратился к эксперту по цифровой безопасности с 25-летним опытом работы Азамату Ибрашову, чтобы составить рекомендации по защите данных для журналистов. Однако, по его словам, в утечке данных зачастую виноваты не внешние силы, а беспечность самого человека, пусть он и работает журналистом. Хотите узнать, не сливаете ли вы сами важную информацию о себе и своих рабочих вопросах? Совместно с экспертом мы составили чек-лист из пяти вопросов для самопроверки, насколько защищены ваши данные.
Азамат Ибрашов, специалист по цифровой безопасности (компания KazDream):
— Продукты, подобные Pegasus, давно известны специалистам по информационной безопасности и силовым ведомствам. Это коммерческий продукт в области киберразведки, который продаётся практически любым государствам и силовым органам. Также идентичные продукты разрабатываются многими государствами самостоятельно.
Частично материалы о подобных решениях попали на всеобщий доступ через интернет-ресурс WikiLeaks и скандал с кражей информацией Сноуденом. Портал WikiLeaks опубликовал секретные материалы ЦРУ, в которых описаны инструменты для взлома мобильных телефонов, компьютеров и телевизоров. Согласно документам, сотрудники спецслужбы используют целый набор инструментов, в том числе вредоносные программы, против которых пока не существует защитных механизмов. Обычно эти инструменты ориентированы на борьбу с международной преступностью и терроризмом. Этот кейс показал, что современные инструменты обладают большими возможностями и могут быть использованы как инструменты слежки.
Я рекомендую журналистам рассматривать вопрос безопасности своих данных не с позиции защиты от программ типа Pegasus. Намного выше вероятность, что ваши данные попадут к вымогателям.
Есть шпионские программы, которые закидываются через игровые и развлекательные приложения, веб-ресурсы и так далее. Когда человек открыл неизвестное сообщение из почты или мессенджера, перешёл по рекламной ссылке, в телефон интегрируется троянская программа, дающая доступ к управлению телефоном и информацией на телефоне. Существуют тысячи способов сделать это, получить нужную информацию и начать вымогать деньги.
Или же достаточно распространённое явление подключения телефона к ботнет-сети. Как пример — ботнет RottenSys, который уже насчитывает порядка пяти миллионов Android-устройств. В этом случае заражённый аппарат участвует в киберпреступлениях без вашего ведома. Со стороны будет выглядеть, что хозяин телефона — автор атаки. Соответственно все юридические претензии будут к нему. Человеку будет очень тяжело доказать, что его взломали, что он лишь промежуточная сеть какой-то другой структуры. А ещё более распространенная история, когда человек хранит на телефоне или пересылает важные документы через мессенджеры. То есть он сам поступает беспечно.
Способ полностью защитить данные на своем смартфоне существует. Не пользоваться инструментом, который можно взломать, отказаться от смартфона и перейти на кнопочный телефон. А если всё же вы продолжаете пользоваться смартфоном, то задайте сами себе эти пять вопросов.
Вы изучаете приложения, прежде чем установить их на свой телефон?
Современный телефон — достаточно открытая платформа. Когда вы ставите себе на телефон новый программный продукт — мессенджер или систему для контроля здоровья, — то по сути даёте ему доступ к довольно большому объёму данных. ПО может устроить за вами слежку. При установке программа запросила доступ к GPS, галерее и контактам? Следовательно, её разработчики могут провести анализ вашей деятельности и продать аналитику по вам, увеличить адресную рекламу, так как лучше понимают ваши потребности. Но основная проблема глубже: разработчики плохо защищают личные данные пользователей. И все эти данные систематически утекают к мошенникам.
Рекомендую не ставить продукты, которые вам не нужны. А если всё же вы считаете нужным поставить, то лучше тщательно изучить отзывы по приложению в GooglePlayMarket или AppStore. Здесь можно прочесть рекомендации по защите от Google Play.
Не рекомендую давать приложениям доступ ко всему, что они просят: и фото, и WiFi, и GPS, и…. Если вы бегаете, то запрос на доступ к GPS понятен. Но есть масса приложений, которым GPS не нужен. Стоит задуматься, с какой целью это делать. По большей части я рекомендую отказывать в доступе, очень избирательно смотреть, на что вы соглашаетесь.
2. Вы удаляете приложения, которыми не пользуетесь?
Иногда я слышу, что люди делают вывод о прослушке телефона на основании повышенного расхода заряда батареи. Как правило, когда вы заглядываете в телефон, вам становится понятно, что на телефоне запущено достаточно большое количество приложений, которые и потребляют большое количество энергии.
Способ подтвердить достоверно прослушку или иное шпионское ПО существует: делается образ системы, которая залита у производителя, и её сравнивают с тем, что установлено на телефоне. В результате этой долгой ручной работы можно выявить сторонние элементы. В принципе это может сделать любой человек — на просторах интернета достаточно видеокурсов по этой теме, специалист просто сделает это быстрее.
Если вы не используете какое-либо приложение, то я рекомендую удалять его с телефона. Приложения достаточно часто обновляются, меняется техническая сторона их работы; возможно, завтра без уведомления они получат доступ к вашему микрофону и видеокамере. Если же вы решили оставить приложение, то обновляйте, когда будет предложено обновление. Разработчики в том числе находят проблемы в вопросах уязвимости приложений и решают их в новых версиях, что повышает защищённость ваших данных.
Кстати, есть простой способ и почистить телефон, и в целом улучшить его быстродействие. Сброс до заводских настроек позволяет удалить все ненужные файлы и кэши. Я делаю это с периодичностью раз в полгода. Конечно, такая частота переустановки всех приложений и контактов многим не нужна, но как всегда: хотим безопасность — ищем золотую середину. Если шпионские программы есть в телефоне, то они будут удалены. Кроме того, проверено: телефон начинает работать намного лучше!
Фото с сайта freepik.com
3. Когда в последний раз вы сливали данные с телефона на ноутбук/компьютер?
Любая информация с вашего телефона может быть использована против вас. Телефон удобен для фотографирования, однако он подвержен взлому. Я рекомендую не хранить важное и ценное на телефоне, как можно чаще делая бэкап данных на ноутбук или компьютер. Даже если я сфотографировал что-то важное и ценное, то дома я сливаю эти данные на компьютер. Например, фотографии детей.
Сейчас стало модно создавать компрометирующий материал посредством дипфейк-технологий. А наличие большого количества фотографий позволяет сделать очень качественные подделки. Отдельный риск — фото документов. Вариантов мошенничества с документами просто громадное количество. Я делаю бэкап каждый вечер.
Многие предпочитают не сливать данные на ноутбук, а отправлять их в облако. На мой взгляд, это небезопасно. Все облака гораздо легче взломать, чем телефон.
4. Вы пересылаете важные документы в мессенджерах?
Достаточно часто в разговорах со знакомыми я объясняю, что небезопасно пересылать фото своего удостоверения личности, документов на машину и недвижимость, расписки, договоры. Люди пересылают в мессенджерах массу закрытых юридических документов, которые нужно правильно хранить. А они фактически в открытом доступе. И любой человек, получивший доступ к вашему телефону, сразу увидит всю картину вашей жизни. Он сразу понимает, где и как можно на вас надавить, чтобы получить какое-то вознаграждение. Существуют мошенники, которые используют приватные данные для вымогательства денег.
Важно правильно хранить информацию. Данные надо стараться хранить в зип-архивах. Можно на телефоне установить архиватор, который позволит зашифровать данные, и поставить на зип-архив пароль. Телефон может быть взломан, однако злоумышленнику придётся ещё подбирать к этому архиву пароль. Это позволяет отсечь случайных взломщиков, цель которых быстро проникнуть, быстро получить информацию и быстро её эксплуатировать, попытавшись извлечь какие-то деньги. Не получилось — они сразу уходят. Даже такая простая защита приведёт к тому, что взломщик не получит доступ к важной информации. Когда взломщик параллельно работает над сотней человек, ему просто нет смысла возиться с вашим архивом, когда у других все файлы в открытом доступе.
При этом неважно, что у вас — iPhone или телефон на Android. Взламывается и то, и другое. С первого по девятый айфоны джейл-брейк системы выполнялся менее чем за сутки после поступления телефона в продажу. Android, который изначально открытый, взломать ещё быстрее.
5. Когда в последний раз вы меняли свои пароли?
Я рекомендую менять пароли раз в 2-3 месяца. Выбирайте пароль длиной 12-15 символов, который будет на латинице, в котором будут чередоваться большие и маленькие буквы, цифры, символы. Короткие пароли не дают нужной степени защищённости — их очень много было похищено за последнее время, их очень быстро подбирают. У многих людей пароли похожи, хакеры распространяют списки таких паролей и легко подбирают их. Как правило, многие люди используют везде идентичные пароли и пин-коды. При краже данных это даёт злоумышленникам полную свободу.
С одной стороны, менеджер паролей — это хорошо. С другой стороны — это ключ от всех ключей. Если взломали менеджер паролей, то разом получили ключи от всего. И тогда возникает вопрос: а стоит ли создавать уникальный ключ? Важные пароли рекомендуется держать в памяти: 15 символов запомнить возможно.
Сейчас во многих приложениях, почтовых программах есть двухфакторная защита — рекомендую включить её везде, где только можно. Где-то второй ступенью защиты выступает SMS/звонок, где-то — отпечаток пальца/Face ID. Эффективны оба способа.
Фонд Томсон Рейтер и Азиатский банк развития представляют новую обучающую онлайн-программу для журналистов. Опытные тренеры, бывшие корреспонденты агентства Рейтер, научат писать о пандемии COVID-19, вакцинации и иммунизации.
Обучение пройдёт 20-24 сентября в онлайн-формате. Ежедневно планируется по четыре часа занятий, также будет необходимо выполнять практические задания. Подать заявку можно по 22 августа 2021 года включительно. Для участия заполните заявку и анкету.
В ходе обучения вы:
научитесь готовить питчи для международных СМИ на темы, связанные с COVID-19;
расширите базу экспертов в областях вакцинации, иммунизации и изучения социально-экономических последствий COVID-19;
примете участие в эксклюзивных пресс-брифингах с представителями международных организаций;
узнаете новые способы поиска и обработки больших данных о пандемии COVID-19;
освоите практические инструменты визуализации данных для создания контента в новейших форматах.
Подробнее о программе можно узнать здесь. По всем вопросам пишите на почту Natalia.Pisarenko@thomsonreuters.com, указав название курса в строке темы. Организаторы отвечают в течение трёх дней.
Про проблему Аральского кризиса заговорили в начале 90-х годов, когда с постепенным развалом СССР проблема затронула два государства — Узбекистан и Казахстан. Арал высох за 40 лет, экокризис начался с 60-х годов — из-за неумеренного использования воды для сельского хозяйства. А к 2000-м годам в четвёртом по величине озере мира воды осталось всего 10 % от изначального объёма. Корабли оказались в солёной пустыне, а люди, жившие возле него, — в эпицентре экологической катастрофы.
На научно-популярном YouTube-канале «Всё как у зверей» опубликовано видео о крупнейшей антропогенной катастрофе высыхания Арала. В выпуске были показаны факторы увеличения посадки хлопковой монокультуры, что привело к промывке почвы от соли, тем самым — к потере водного баланса.
В 2005 году Казахстан построил Кокаральскую плотину, поделив море на две части. Это позволило сохранить уровень воды в Северном море на отметке в 42 метра. Если говорить о Большом море, то в него впадает совсем немного сырдарьинской воды. Она быстро испаряется, и её недостаточно для поддержания нормального экологического состояния в регионе.
Пыльные бури начали разносить соль и стекавшие в море ядовитые отходы от удобрений на 500 километров вокруг. В Приаралье стали отмечать аномальную детскую и материнскую смертность.
Выпуск полон фактов причин пересыхания Арала и кадров сегодняшнего состояния, но не показана казахстанская сторона Малого Арала, где государству удалось частично решить проблему за счёт постройки плотины.
«Sputnik Узбекистан» опубликовал статью «Алиханов о том, на что нужно пойти, чтобы полностью восстановить Аральское море». В ней руководитель Комитета по вопросам развития региона Приаралья, лидер Экологической партии Узбекистана Борий Алиханов даёт прогноз по частичному смягчению экобедствия. Он озвучил статданные: уровень Арала снижен до 15 раз и с каждым годом хуже и более засушливей экология региона.
По его мнению, сейчас важно улучшить уровень жизни населения и решить проблему со стремительным опустыниванием земель: «В первую очередь нужно думать о людях, которые там живут, помочь им адаптироваться к реалиям, которые мы имеем. Технически вернуть Арал в прежние параметры сегодня невозможно», — подчёркивает Алиханов.
Для стабилизации региона Приаралья, чтобы удержать экосистему в целом, каждый год требуется шесть кубокилометров воды. Сейчас зоне Приаралья дан статус «зоны экологических инноваций и технологий». И постепенное внедрение экологически чистых технологий поможет улучшить экосистему региона.
В статье другого СМИ Узбекистана, «Газета.уз», академик Зиновий Новицкий анализирует посадку на дне Арала саксауловой рощи. Высаженный саксаул помогает приостановить сильную солевую циркуляцию в воздухе. Специалист отмечает важность совместных усилий Узбекистана и Казахстана в Аральской проблеме.
Будет жарко после смерти?
В репортаже на канале Uzreport TV с Никитой Макаренко вышло видео «Завтра будет жарко». Журналист посетил Приаралье и дно высохшего Арала, побеседовал с экоактивистом и старшим сотрудником АН Каракалпакстана Юсупом Камаловым и послом Великобритании в Узбекистане Тимом Торлотом.
В Узбекистане эта проблема стоит остро, президент страны Шавкат Мирзиёев поднял проблему климата и Аральской катастрофы на Генеральной Ассамблее ООН в 2020 году.
Аральское море — изначально огромный водоём. Море оказывало значительное климатообразующее влияние на окружающую среду. Раньше циклоны не проходили по территории Арала. Сегодня, когда моря почти нет, они отталкивают горячий воздух. Это стало проблемой континентального масштаба. Схожие проблемы — в Иране и Африке. Высыхание больших водных объектов меняет планету. В итоге это приведет к её опустыниванию. Поэтому высыхание Арала — общемировая проблема, которую необходимо решить, пока не стало совсем поздно, — комментирует ситуацию Т. Торлот.
В репортаже мало экспертных мнений, не показаны точки зрения экологов. Использованы только длинные философские кадры у Арала, где ведущий беседует с послом. Нет интервью с местными жителями, а ведь они в этой ситуации — главные, они живут в этом регионе.
На канале «Хабар 24» показали репортаж «Теңізден құмды шөлге айналған Арал | Арнайы репортаж» — песчаные бури соли на высохшем дне Муйнака. Некогда, в 80-е годы, основным занятием населения было рыболовство. В репортаже показана бухта Муйнака, когда-то — крупного рыбопроизводительного города Средней Азии. А теперь в песках Аралкума на километры тянется вихрь солей и песка.
Население этих территорий стремительно мигрировало в сопредельные города. Жизнь населения Приаралья превратилась в сущий ад, вместе с водой ушло благополучие, люди остались без промысла в экологическом аду. В жившем за счёт моря Приаралье появилась безработица, люди стали чаще болеть. Загрязнение воздуха ядохимикатами привело к обострению хронических, респираторных, сердечно-сосудистых и раковых заболеваний.
По мнению эксперта Вадима Соколова, «Арал как водоём невозможно восстановить. Берега Арала полны соляными песками. В году около 100 дней, пыль поднимается в воздух и долетает до крупных городов Каракалпакстана. Если не будет принято мер по улучшению ситуации, то дальше будет хуже».
Трагедия Муйнака в кинематографии
При содействии «Узбектелефильма» был снят художественный фильм Aydinlar, рассказывающий об Аральском кризисе в Муйнаке. Айдын — так звали девушку-каракалпачку, которая ждала своего возлюбленного, моряка. Фильм — о жизни людей, уклад которых изменился после высыхания Арала, как они жили и верили, что когда-нибудь море вновь вернётся.
Основной посыл киноленты — показать трагичность влияния антропогенного фактора на природу, и почему важно беречь окружающую среду.
В кульминационный момент фильма показывают преобразования в городе Муйнаке за последние несколько лет, крупные здания и организации, хотя, по сути, ничего для восстановления прежнего благополучия не сделано. В кадрах можно увидеть новый аэропорт, как бы в противовес бывшему, действовавшему при советской власти.
Бактериологическое оружие впридачу
Говоря об антропогенном факторе, стоит вспомнить о закрытом городе Аральске, в котором в СССР испытывали биологическое оружие. Эта публикация была размещена на сайте Sangzor.uz, в ней фактологически, последовательно, описана деятельность центра и как подрывались снаряды или распылялись с самолёта патогенные штаммы на основе сибирской язвы, чумы, туляремии, Ку-лихорадки, бруцеллёза, сапа, других особо опасных инфекций, искусственно созданных биологическим путем. Биологическая угроза существует из-за сразмещённых на территории бывшего полигона могильников с остатками умерших в ходе испытаний животных.
Власти Узбекистана озвучили, что «все необходимые меры безопасности в отношении бывшего полигона своевременно приняты». Можно лишь предполагать, какие сюрпризы таит в своих недрах остров Возрождения и насколько опасны они для человечества.
Обмелевшее Аральское море подтолкнуло к ведению геологоразведочных исследований на этой территории. В 1990-е годы здесь нашли месторождения нефти, газа и цветных металлов. Активная добыча полезных ископаемых делает эту территорию привлекательной, несмотря на всю её историю.
Арал и фестиваль
Для привлечения внимания к проблеме экологии с 2018 года в Муйнаке проводится фестиваль электронной музыки «Стихия».
По завершении фестиваля прошла социальная акция «6 миллиардов деревьев». Непонятно, правда, почему шесть миллиардов: деревьев в Муйнаке посажено более 5000.
Аральское море уже не вернуть, сколько бы СМИ ни описывали и не показывали в своих статьях и видеоматериалах прежнее состояние. Эта проблема уже давно не локальный кризис, а предмет внимания тех, кто должен решать её на глобальном уровне.
В мае-июле 2021 года Internews провёл бизнес-лабораторию Business LAB 2021, прочитать о промежуточных итогах работы которой можно здесь. Авторы программы сделали акцент на обучении медиа продуктовому подходу. Специально для «Нового репортёра» главный тренер Business LAB 2021, медиатренер, эксперт по юзабилити, веб-аналитике и анализу аудитории, основатель проекта Mediatoolbox.ru Евгений Кулаков рассказал о принципах применения продуктового подхода в медиа, а также дал пятишаговую схему применения в производстве информационных продуктов.
Существует три подхода к созданию медиа: продуктовый, платформенный и аудиторный. Продуктовый подход в медиа — это отношение к производству контента как к продукту, который удовлетворяет потребности определённых сегментов аудитории с определённым качеством, в определённых объёмах, стабильно, регулярно и решает задачи потребителей. У аудитории есть информационные потребности, которые могут быть удовлетворены разными продуктами. Они могут быть удовлетворены продуктами вашего медиа, а могут быть удовлетворены продуктами чужого медиа. У медиа может быть один продукт и несколько аудиторий, несколько сегментов потребителей.
Для примера: есть такой сегмент потребителей, как чиновники. Информационные потребности этого сегмента — себя показать и других посмотреть. Себя показать — это продемонстрировать окружающим свой статус, свою работу прекрасную, своё прекрасное состояние дел, которые находятся во вверенной им части. Других посмотреть — каждый чиновник хочет посмотреть, что происходит в других сферах: отставки и назначения, их причины и анализ ситуации. Информационным продуктом, который удовлетворял бы их потребности, может быть еженедельная рассылка или печатный журнал с интервью разных чиновников. Или есть такая аудитория, как молодые мамы. У них совсем иные информационные потребности, и для них нужно выпускать совсем иные информационные продукты.
По сути продуктовый подход — это взрослый подход к медиабизнесу. Многие медиа привыкли получать грантовые деньги, привыкли к «руке дающего». А при продуктовом подходе нужно самим прикладывать усилия, которые неизвестно, окупятся или нет.
С точки зрения продуктового подхода не бывает идеального медиаменеджера, который сочетал бы в себе все компетенции. При продуктовом подходе очень важна команда, которая состоит из людей, дополняющих друг друга. Так же, как есть понятие MVP (minimum viable product, минимально жизнеспособный продукт), есть и понятие MVT (minimum viable team, минимально работоспособная команда). В идеале она должна состоять из пяти человек, тогда роли распределяются более дробно. Однако всё же минимально работоспособная команда — два человека. Как и везде в творческих индустриях на западе: режиссёр и продюсер, редактор и продажник. Человек, который занимается творческой частью, плюс человек, который занимается бизнесом, продажами, привлечением клиентов. Эти компетенции обычно не могут уживаться в одном человеке. По моим наблюдениям, в бизнес-лаборатории больших успехов достигают те, кто приходят на проект вдвоём-втроём, а не по одному человеку. Один в поле не воин.
Определить стратегию медиа можно с помощью вопросов: кто мы такие? К чему мы идём? Какой у нас образ будущего? Какие мы ставим цели и задачи? Как мы их будем добиваться? На этом шаге у многих медиа возникают трудности — как правило, редакции считают эту работу лишней тратой времени. Между тем, именно на первом шаге всплывают неожиданные вещи. Частая история, когда медиа считает себя не тем, чем является на самом деле.
В моей практике был случай, когда один молодой человек, работая в издательском доме своего отца, сделал свой небольшой стартап. Когда ему задавали вопросы о стратегии его медиа, он рассказывал о стратегии материнского медиа, а не нового. Фактически он ещё не оторвался от материнской груди. Важно определить, кто ты такой и что тебе нужно делать.
Шаг № 2. Определить перспективные сегменты целевой аудитории и их потребности
Речь идёт не о тех сегментах целевой аудитории, которые у медиа сейчас на самом деле есть в Google-аналитике, а о тех, на которые оно хочет ориентироваться, которые считает перспективными. Определить их нужно довольно подробно: не только социально-демографические характеристики, а гораздо больше показателей. Сегментов аудитории должно быть несколько. Потому что ориентироваться на один сегмент аудитории — значит ориентироваться на очень узкий сегмент либо на слишком широкий.
Тех же чиновников можно поделить на тех, кто хочет себя показать и тех, кто хочет посмотреть. Или молодые мамы. Часть этой аудитории хочет больше сделать для своего новорождённого ребёнка и посвятить ему всю оставшуюся жизнь. А другая часть хочет поскорее удовлетворить потребности своего ребёнка, но в то же время и самореализоваться и дальше идти на работу. Это разные потребности. И для них будут нужны разные продукты.
После определения сегментов аудитории нужно пойти к представителям этого сегмента аудитории и узнать об их задачах и потребностях. Предстоит сначала предположить, чего они хотят, а потом верифицировать эти данные в поле, в жизни.
Шаг № 3. Узнать потребности рекламодателя
Медиа существуют не на собственные деньги, а на деньги рекламодателей, спонсоров, госдотации. То есть не продуцируют деньги сами, а откуда-то их берут. Поэтому нужно свести потребности источника финансирования и потребности аудитории. Предстоит придумать такие ходы, которые позволят и аудиторию заинтересовать, и получить деньги на собственное развитие.
Поэтому нужно пойти к бизнесу и узнать его потребности. Пойти ногами, провести встречи и узнать о реальных потребностях, о том, какие сегменты аудитории им нужны, что они делают сейчас, чтобы привлечь эту аудиторию, что получается, а что нет. Предстоит провести так называемое продуктовое интервью со своими потенциальными рекламодателями. На этом шаге можно получить много интересных открытий и инсайтов.
Шаг № 4. Спродуцировать идеи продуктов
На этом шаге команды продуцируют идеи продуктов, которые удовлетворят и интересы аудитории, и интересы рекламодателя. Это может быть целиком новое медиа, или новая рубрика, или рассылка, или иной информационный продукт.
Шаг № 5. Произвести информационный продукт
Необходимо произвести несколько выпусков каждого продукта и посмотреть на реакцию рынка: заходит он аудитории или нет? Протестировать идею в реальности: интересно это аудитории или нет. Если интересно — продолжать. Если неинтересно, то повторить цепочку с четвёртого шага. Если рекламодатель не купил идею, то попытаться продать её другим рекламодателям.
Проект проводится в рамках Центральноазиатской программы MediaCAMP при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID). Подробнее о программе читайте, пожалуйста, здесь. Подробнее об организации: Internews в Казахстане.
Нередко журналисты в повседневной работе сталкиваются с вопросами: как назвать в публикации человека, который уже понёс наказание? Или является подозреваемым? Или участвует в судебном заседании? «Новый репортёр» разбирается в этом вопросе вместе с юристом Правового медиацентра Гульмирой Биржановой.
Что такое презумпция невиновности?
В соответствии с казахстанским законодательством, презумпция невиновности означает, что никто не может быть признан виновным в совершении уголовного правонарушения, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом.
Важно помнить, что претендовать на соблюдение презумпции невиновности в отношении себя может лишь обвиняемый. Поэтому неэтично называть обвиняемого до вынесения и вступления приговора в законную силу такими словами, как «коррупционер», «взяточник», «вор», «мошенник» и т. д. Вместо этого можно написать «подозревается в совершении…», «подозревается в получении взятки», «обвиняется в убийстве» и т. д.
Какие могут быть правовые последствия неправильного использования терминов?
Если вы называете человека преступником до вынесения приговора суда, то возможен иск о защите чести, достоинства, деловой репутации, о компенсации морального вреда.
Если вы распространили сведения о жертве преступления без её согласия и наличия «общественного интереса»? В таких случаях возможен иск о нарушении права на неприкосновенность частной жизни, особенно в случаях преступлений против половой неприкосновенности.
Что нужно знать при распространении в СМИ информации о детях?
Редакция не вправе разглашать сведения, прямо или косвенно указывающие на
личность несовершеннолетних, пострадавших в результате противоправных действий (бездействия) либо несовершеннолетних, подозреваемых и (или) обвиняемых в совершении административных и (или) уголовных правонарушений без согласия самого несовершеннолетнего и (или) его законного представителя.
Запомните, что норма не распространяется на несовершеннолетних, признанных судом виновными в совершении тяжких и (или) особо тяжких преступлений, включая информацию об их родителях и иных законных представителях признанного потерпевшим.
И напоследок несколько советов при подготовке судебного материала:
1) Журналист должен понимать ответственность в формировании общественного мнения, соблюдать баланс мнений и точек зрения.
2) Если вы освещаете чувствительные темы, касающиеся детей, женщин, лиц с ограниченными возможностями здоровья, представителей религиозных и других групп, не допускайте дискриминации.
3) Уважайте право на тайну частной жизни в делах о насильственных действиях, имеющих сексуальный характер.
4) И старайтесь правильно использовать правовые термины, не нарушая презумпцию невиновности!
Юрист Правового медиацентра Гульмира Биржанова подготовила для «Нового репортёра» правила юридической безопасности в Сети. Соблюдая эти рекомендации, журналисты, блогеры и все остальные люди, работающие в сфере создания контента, защитят себя.
Правило 1
Некоторые пользователи социальных сетей уверены, что сделав свой профиль закрытым, они могут публиковать всё, что угодно. Однако это далеко не так. Всё, что вы публикуете в интернете, — публично. Так что не забывайте о приватности своего блога или аккаунта. Любая скрытая информация может стать общей и доступной, а если её признают противоправной, вас могут привлечь к ответственности.
Правило 2
Если вы делаете публичное высказывание, касающееся большой группы людей, которую можно описать в терминах национальности, гражданства, религии, языка и так далее, постарайтесь отнестись к нему максимально внимательно и осторожно.
Правило 3
Воздержитесь от публикации сообщений, которые могут быть неправильно истолкованы — призывающие к разжиганию межнациональной розни, свержению политического строя, прямому участию в конфликтах и распространению непроверенной информации.
Правило 4
Не позволяйте себе публиковать непроверенную информацию, поскольку в Казахстане с 2014 года действует норма Уголовного кодекса, которая устанавливает ответственность за распространение заведомо ложной информации и предусматривает наказание до 10 лет лишения свободы. Прежде чем делиться информацией, проверьте её на достоверность. Если нет уверенности и доверия к источнику, от репоста или рассылки лучше отказаться.
Правило 5
Не позволяйте себе публиковать непроверенную информацию, порочащую другого человека.
Правило 6
Всё, что опубликовано в интернете, можно использовать без разрешения? Это заблуждение. Все результаты творческого труда, вне зависимости от их качества и вашей оценки, являются объектами авторского права.
Правило 7
Помните, что разглашение информации, частично или полностью раскрывающей сведения о частной жизни лица, совершённое без согласия данного лица, является грубым нарушением законодательства.
Что делать, если в отношении вас начато уголовное преследование за пост или комментарий?
Если вам пришла досудебная претензия или поступило заявление с требованием привлечь вас к ответственности от другого пользователя, рекомендую сразу же ставить об этом в известность как можно больше лиц. Обязательно создайте общественный резонанс.
Если уже заведено уголовное дело по публикации в интернете, нужен квалифицированный адвокат. Желательно тот, который специализируется на подобных делах. Поскольку это достаточно серьёзные статьи, по ним высок процент лишения свободы.
Необходимо также привлечь к проведению филологической экспертизы стороннего независимого эксперта. Независимый анализ спорной фразы — важный документ не только для суда первой инстанции. В случае обвинительного приговора в казахстанской системе отправления правосудия, с которым вы будете не согласны, экспертиза пригодится при обращении в международную инстанцию.
Кроме того, важно помнить о так называемом «Правиле 40 секунд». Прежде чем делиться и распространять чувствительную и непроверенную информацию, остановитесь на 40 секунд и подумайте, не нарушаете ли вы права других? Не ставите ли вы себя под угрозу, распространяя информацию, которая может оказаться противоправной?
Мой коллега Газинур Гиздатов когда-то уже писал о программе «Хабарлас» на телеканале «Хабар». А недавно в эфир вышел очередной выпуск ток-шоу, в студии которого столкнулись лбами сторонники вакцинации и так называемые антиваксеры. Спор получился довольно интересным — но не потому, что мне показались интересными доводы двух противоборствующих сторон. Кроме того, я сознательно решил не сосредотачиваться на производственных достоинствах и недостатках шоу (тем более, как я уже говорил, об этом наше издание уже писало). Важнее, что рассматриваемый выпуск оказался маленькой моделью очень большой проблемы, и именно о ней я хотел бы поговорить.
Вакцинный «нейтралитет»
Ток-шоу «Хабарлас» представляет собой дискуссию двух трибун: с каждой стороны свою точку зрения отстаивают два гостя. В этот день обсуждали необходимость обязательной вакцинации.
https://youtu.be/k5qXrvKA05Y
За вакцинацию выступали инфекционист Сауле Атыгаева и эпидемиолог Айнагуль Куатбаева, против — эксперт Ассоциации потребителей Казахстана Жаслан Айтмаганбетов и, как её представили авторы шоу, частный врач Айна Бакеева.
Ведущий Танирберген Бердонгар пообещал: программа не будет монтироваться после съёмки, а в эфир пойдёт ровно столько, сколько сегодня отснимут.
Айна Бакеева (та самая доктор из Шымкента, известная по роликам из соцсетей) поспешила объяснить, что она не противник вакцинации (если та, цитата, «проводится по всем правилам») и назвала себя «противником испытания вакцины на населении». Телевизионщики особо не старались с представлением гостьи публике: как уже упоминалось, в титрах её обозначили как «частного врача». Видимо, посчитали создатели передачи, этого скудного бэкграунда зрителю будет достаточно: а зачем ему специализация медика — врач он и есть врач. Знакомая на казахстанском ТВ проблема.
Разделял точку зрения Бакеевой «эксперт Ассоциации потребителей Казахстана» (ещё одна загадка в духе нашего телевидения) Жаслан Айтмаганбетов, на поверку оказавшийся юристом.
Странно, что оппоненток Бакеевой и Айтмаганбетова по той же логике не назвали просто — «государственными врачами» без уточнения узкой профессиональной компетенции каждой. Ещё более интересно, что их вообще никак не представили в титрах, которых для них, собственно, не сделали. Ведущий просто произнёс: «Здесь два врача — инфекционист и эпидемиолог». Интересно, когда такой подход стал стандартным на нашем ТВ? И, может, раз пошла такая пьянка, надо было назвать их с заглавных букв «Инфекционистом» и «Эпидемиологом» — как в сценариях для художественных фильмов?
Танирберген Бердонгар тут же заявил о своей «нейтральной позиции», добавив при этом, что ни он, ни его семья не вакцинированы, цитата, «чтобы для себя уяснить, каковы последствия могут быть у вакцины, как она влияет на здоровье людей, поэтому я ещё как бы внутренне не решил». Титром в этот момент дали ключевую бердонгаровскую мысль: «Ближайшее время завезут вакцины. Принимаю решение о выборе». Получилось именно так — с пропущенным предлогом. Но и о такого рода шероховатостях мой коллега Гиздатов, помнится, писал, так что я был, как говорится, во всеоружии.
Антиваксерский тандем
Чтобы сэкономить время наших читателей, я хотел бы привести основные тезисы гостей.
И если главной темой выпуска было заявлено обсуждение целесообразности обязательной вакцинации, то благодаря попустительству авторов программы, рвению гостей-антиваксеров и слабому ораторскому тонусу государственных медиков в итоге спор сузился до целесообразности вакцинации вообще.
И это несмотря на то, что, не выходя за пределы обсуждения необходимости и законности (либо бесполезности и антизаконности) обязательной вакцинации, авторы и гости программы действительно могли оставить этот спор хотя бы своевременным.
Так, юрист Жаслан Айтмаганбетов, ставя вопрос о незаконности «добровольно-принудительных мер», вообще-то начинал «за здравие»: говорил об утверждённом законодательно добровольном принципе вакцинирования в нашей стране, приводил примеры поражения в правах непривитых казахстанцев, рассказывал о случаях, когда полностью вакцинированные люди заражались, но при этом в системе Ashyq проходили по «зелёному», безопасному уровню. И здесь действительно было что обсуждать. Другое дело, что все эти вопросы адресовались к растерянным практикующим врачам, а не к чиновникам Минздрава, местных исполнительных органов либо юристам, по очередному попустительству авторов не оказавшихся в студии. Отчего спора по перечисленным вопросам и не получилось, а создалось впечатление игры «в одни ворота»: как практикующие врачи на равных обсуждали бы с юристом законодательные коллизии я не представляю (здесь у меня появились первые вопросы к подбору оппонентов).
Но ближе к середине программы Айтмаганбетова понесло в сферы, мягко говоря, не совсем юридические.
«Куда девался грипп?! За последние два года грипп исчез!» — войдя в раж, не только вопрошал, но и выдавал очень смелое утверждение юрист.
«Каким образом провели исследования по дельта-вирусу, если он только недавно появился. Каким образом провели исследования, что вакцина на него действует?» — продолжал интересоваться он.
«Почему Израиль на 75 % населения они все провакцинировались, сейчас у них новая волна идёт?» — задавал эксперт Ассоциации потребителей Айтмаганбетов очередной свой вопрос. И в завершение любопытствовал: почему в текущем году при частично привитом населении заболеваемость оказалась выше, чем в прошлом, когда вакцины вообще не было? Это он так намекал на неэффективность вакцин от ковида.
Государственные врачи силились сопротивляться и даже пытались приводить факты, но неизменно растекались мыслью по древу и выдавали очень общие ответы. По ситуации в Израиле, например, дежурным тоном была зачитана стандартная лекция про большую контагиозность варианта коронавируса «дельта», соответственно, про большее количество заражений среди молодых людей. Что на деле не опровергало слова юриста в рамках предложенного им контекста о неэффективности прививок. Признаться, я ожидал другого ответа — хотя бы вялой попытки разъяснить: сопоставима ли нынешняя вспышка заболеваемости в Израиле с масштабными волнами прошлого года либо она чувствительна лишь в сравнении со «штилем», который наступил после массового вакцинирования? Дельных ответов на предыдущие вопросы зритель вообще не услышал.
Согласно кивающая во время спичей юриста частный врач из Шымкента Айна Бакеева также не раз за этот вечер атаковала заикающихся в поисках слов гостей напротив.
«Я хотела задать вам вопрос, как и другим гражданам, которые привились сейчас, которые думают, что они привились. На самом деле они участвуют в клиническом испытании. И вот то информационное согласие… Вот вы читали его? Это информированное согласие на вакцинацию либо на участие в испытании — в третьей фазе испытаний?» — задавала она вопрос оппоненткам. О какой конкретно вакцине идёт речь, ведущий решил не уточнять, а в отсутствие уточнений получалось, что о всех. Но, кажется, Бердонгар выбрал в этот день роль статиста с секундомером, лишь распределяющего время для выступлений. Ответы оппоненток, казалось, лишь подзадоривали Бакееву.
«Почему сейчас показания для госпитализации совершенно отличные от лета прошлого года?» — адресовала она вопрос удивлённым медикам напротив. При этом Бакеева говорила о случаях из некой личной статистики. Об объективности такого подхода и репрезентативности и тут интересоваться было некому: ведущий, что называется, плыл по течению. Правда, Сауле Атыгаева, которая трудится в «красной зоне» инфекционной больницы, и с ситуацией, скорее всего, знакома не понаслышке, с этими данными не согласилась. Но это в студии уже мало кого волновало.
«Обосабливание дельта-вируса я считаю нецелесообразным, необоснованным», — в какой-то момент и вовсе решила перевернуть игру Бакеева, а вскоре поведала кое-что о применяемой у нас российской вакцине: она заявила, что «вживлённые в аденовирус “шипы” коронавируса могут мутировать».
«И поэтому они (разработчики – ред.) утверждают: “Ну и что, что новые мутации, ведь у нас вакцина мутирует в организме. И подстраивается под новые вирусы, под новые штаммы”. Это информация от производителя вакцины. Она в общем доступе. Так вот, где гарантия, что эти мутации будут охватывать исключительно эти “шипики”? Где гарантия, что они не вклинятся в наш геном?» — обращалась к явно удивлённым «государственницам» Бакеева.
Зритель вновь дождался в ответ от несогласных врачей серию дежурных и каких-то осторожных, в отличие от вопросов, ответов, что в отсутствие яркого впечатления и эффектности — ТВ не любит полутонов — казалось уже совсем неубедительным.
Не ораторы
Ток-шоу — довольно гибкий жанр. И нельзя не признать, что у приглашённых имеется право на то, чтобы задавать любые вопросы в рамках дозволенного авторами на площадке (другое дело, что создатели программы самонадеянно пустили дискуссию в свободное плавание, почти в неё не вмешиваясь). К тому же я не собираюсь проводить проверку сказанного — это не имеет смысла, потому что известна истина: телевизионные споры — это не научные диспуты, в них побеждает не достоверность (потому что «доказательства» обе стороны приводят только на словах, и зритель не может их тут же проверить), победу одерживает здесь эмоциональная убедительность и ораторский дар. В итоге же Айтмаганбетов и Бакеева отлично протестировали способность (вернее, неспособность) представителей государства и апологетов официальной науки держать удар.
Та растерянность и неумение вести чуть более неудобную дискуссию инфекциониста и эпидемиолога, занявших в этот вечер позиции отбивающихся от вопросов жертв, показались мне симптоматичными. Перед зрителями в этот вечер была разыграна маленькая модель большой информационной войны, в которой (в реальности, а не в ток-шоу) власти проигрывают битва за битвой. Можно согласиться с доводом о том, что в список задач авторов программы мог не входить прогноз исхода, да и подстраивать состав гостей «под результат» они могли не желать. Но для меня неоспоримы два факта: во-первых, государственные практикующие врачи, которые спасают жизни на деле (за что мы все им благодарны), в этом споре не смогли внятно донести ни одну свою мысль до оппонентов, что ещё важнее — до зрителя. Вернее, так: все их реплики растворялись в неумении отстоять свою точку зрения — именно отстоять в оживлённом споре, даже будь они сто раз правы.
Стоит ли углубляться в мои претензии к авторам выпуска, у которых не получилось сделать информационно сбалансированный продукт? Совершенно очевидно, что подобрать более способных в ораторском искусстве гостей, более внятно выражающих мысль, в трибуну сторонников вакцинации стоило — и программа от этого только выиграла бы.
Но: даже в таком виде этот выпуск «Хабарласа» меня устраивает.
Потому что он видится мне важным в контексте более широкой проблемы. Мне кажется, он хорошо проиллюстрировал, что в деле информирования о пандемии и о вакцинах представители государства исходят из заведомости собственной истинности и в приступе эдакого снобизма забывают об убедительности. А в итоге проигрывают народной молве и соцсетям.
«Мне вы доказали абсолютную некомпетентность», — говорит в конце хабаровской программы частный врач Бакеева, обращаясь к неспособным противопоставить ей ораторских навыков оппонентам. И устами Бакеевой и Айтмаганбетова говорит немалая часть казахстанцев, которые оказались под лавиной информации и нуждаются в чётких, понятных и убедительных ответах. И, признаться, я даже рад её словам, потому что для меня это выпад не в сторону тружениц инфекционных отделений и госпиталей, но в сторону всей со скрипом работающей государственной информационной машины, реальный КПД которой демонстрирует пандемия.
Не удивлюсь, если этот выпуск «Хабарласа» рассылается противниками вакцинации в соцсетях как доказательство своей правоты.
Один из видеопроектов Казахстанской медиаакадемии (КМА) — «Красивые люди». В том, как «герои» и «продажники» нашего времени преподнесены в этой программе, разбирался медиакритик «Нового репортёра» Газинур Гиздатов.
Не кочегары мы, не плотники
«Казахстанская Медиа Академия (орфография оригинала: к сожалению, уже в названии академии мы видим орфографическую ошибку, слово «медиа» с остальными словами, если стоит первым, пишется слитно. Вопрос: чему учат людей в учебном заведении, которое само себя без ошибки назвать не может? — прим. ред.) — это образовательный проект, готовящий профессионалов в сфере радио и телевидения. Казахстанская Медиа Академия — продюсерская компания. Мы находим талантливых людей, обучаем и вводим в мир медиа. Уже в процессе обучения наши студенты берут интервью у знаменитостей и публикуются в популярных СМИ; пишут сценарии, снимают, режиссируют, монтируют видеосюжеты; принимают участие в записи песен и сьемке музыкальных клипов с участием звезд шоу-бизнеса; ведут настоящие телепередачи для настоящих телезрителей!» — так сказано в описании к You-Tube-каналу учебного заведения. Именно в рамках этого канала выходит проект «Красивые люди». С сентября прошлого года здесь представлено уже 40 выпусков и, соответственно, столько же героев, которые, по мнению создателей проекта, олицетворяют «нужные нашей стране профессии и специальности». Беседы ведёт журналист и продюсер Гульбахор Хасанова. Каждая передача имеет незамысловатую структуру: сама беседа, разделённая на смысловые части, красивые фотовкрапления с героем за «рабочим станком», как вывод — некие советы нам от интервьюируемых.
БОльшая часть героев — это представители небанальных профессий: нумерологи, диетологи, мастера фэншуй, фотографы, тренеры по йоге, практикующие психологи разных мастей с единичными «вкраплениями» более традиционными, в виде, к примеру, бизнесмена (экс-премьера Сергея Терещенко) и врача Надира Исаева.
Чтобы знали
Суть 25-минутного диалога сводится к энергичному продвижению главным героем/героиней своего «товара» — программы оздоровления, поддержки, просвещения и прочее, и самое главное — возможности и способа записи на очередной проект. Надо полагать, вопросы заранее отфильтрованы заказчиком-героем, а потому нет заминок, всё движется бодренько и поступательно. Но именно от такой «продуманной непродуманности» возникает обратный эффект. Не выстраивается как результат положительный образ героя и его благородной деятельности, а получается сомнительный в своей достоверности рекламный телетекст об очередной услуге. Журналистка постоянно спрашивает своих героев об авторской методике, герои радостно подтверждают: она, дескать, имеется, но в их сбивчивом пересказе она вовсе не проявляется и не обнаруживается.
Герои в телепроекте «продают» себя по-разному, а улыбчивая ведущая редко приходит к ним на помощь при явно затянутых монологах. Именно так происходило в одном из последних выпусков в диалоге с Эльдаром Байгужаевым.
Один микрофон на двоих (этот микрофон, который люди передают друг другу, вообще усиливает общее ощущение какой-то кустарности продукта… В более поздних выпусках герой и ведущая уже в петличках, но неужели нельзя было купить их сразу?) вкупе с безмятежным поведением интервьюера привёл не просто к сбивчивому монологу героя, а создавал впечатление не вполне уверенного в себе психолога. Тем не менее, большая часть «красивых людей» — состоявшиеся, внешне ни в чём не сомневающиеся, способные убедить любого пришедшего к ним на встречу. Неважно, говорят ли они об азах психологии или вытаскивают банальные кейсы из своей практики.
Именно так и было в беседе с нумерологом Ларисой Пак.
Однако второй — напористый — вариант речевого поведения героев из сферы коммуникационного сервиса, а он более типичен для «Красивых людей», тоже не подводит к профессиональной и человеческой убедительности проекта. Человека за ширмой энергичной речи, предсказуемых вопросов и ответов практически не видно, а потому он просто неинтересен.
Недогламур рекламного текста
За внешней улыбчивостью и декларируемой успешностью героев телепроекта явно прослеживается этика и эстетика 90-х (и тот передаваемый из рук в руки микрофон в неё тоже вписывается). Да, по вполне объективной трактовке журналистов КМА успешны в нашем обществе только те люди, которые могут хорошо «продать» себя и своё дело. А дело это, как правило, направлено на наше тело: заботу о физическом здоровье и внешнем виде. Именно они и были главными властителями дум в те самые «лихие». Именно они в тексте от создателей проекта делают «нашу жизнь ярче, удобнее и интереснее». Вновь сложно против этого возразить, почему бы и нет, но столь же неизбежен риторический вопрос: почему только они? Наконец, почему это должно делаться со столь томными интонациями от журналиста и героев? Кстати, именно тогда, в 90-е, так и лепились сами передачи: из всего, что под рукой. Самое главное — такой лобовой вариант преподнесения человека и его профессионального кредо, а также не менее кустарный, чем пресловутая передача микрофона, монтаж не воспринимаются современным журналистским продуктом.
Менее всего мы видим в этом цикле настоящих «красивых людей», а больше — успешных продажников. Казалось, некогда мы ими уже объелись, но авторы Казахстанской «Медиа Академии» вновь, вытащив их из нафталина прошлого тысячелетия, предлагают нам сегодня и сейчас.
