Как живут журналисты в заблокированном Таджикистане?

0
81

Вот уже год сайт одного из ведущих изданий в Таджикистане — медиагруппы «Азия-Плюс» — заблокирован на территории страны, но пользователей и оптимизма редакция не теряет.

Рассказываем о том, как сохранить аудиторию, если тебя заблокировали, и может ли современная редакция обойтись совсем без сайта.

В начале мая в Таджикистане в очередной раз оказались заблокированными не только социальные сети, мессенджеры и YouTube, но и поисковые системы — Google и Yandex. Кроме того, под блокировку попало большинство информационных сайтов и даже новостных агрегаторов; по сути, в свободном доступе остались только государственные СМИ. Эта тотальная блокировка продлилась почти месяц, после чего ко всем ресурсам доступ был открыт. Ко всем, кроме сайта медиагруппы «Азия-Плюс». И вот уже год без малого он успешно борется за свою аудиторию.

— Вернее, полгода мы находимся в абсолютной блокировке, а в периодической — с 30 июля 2018 года, — говорит исполнительный директор издания Зебо Таджибаева, главный диджитал-специалист в редакции. — Но я всё равно беру за измерение год, потому что первые полгода было так: нас открывали на пару дней, потом опять закрывали, открывали и снова отправляли в блок. И ровно шесть месяцев нас почти совсем не открывают. Пару часов, когда вдруг по непонятным причинам появляется доступ к сайту, не в счёт.

— Зебо, расскажите про статистику на сайте: сколько было посетителей год назад, до блокировки, и сколько их теперь?

— До июля 2018 года статистика у нас была стабильной: 41-45 тысяч уникальных посетителей в сутки, потом случилась Дангара (теракт на юге страны, в результате которого погибли четверо иностранных туристов — прим. ред.), мы очень тщательно отслеживали эту трагедию, рассказывали подробности, и наша аудитория выросла до 70 тысяч «уников» в сутки. Но тогда же нас и закрыли. Аудитория сразу сократилась до 20 тысяч и не росла.

В редакции «АП»

Сначала мы не придавали этому значения, потому что надеялись, что нас разблокируют и аудитория вернется. Но время шло, нас не открывали, и мы стали понимать, что можем потерять свою аудиторию навсегда. Понимали, но ничего не делали, всё-таки ждали, что блокировку снимут.

В итоге её действительно сняли — в день запуска первого агрегата Рогунской ГЭС, 16 ноября 2018 года. Мы — счастливые — освещали это важное для страны событие на всех своих площадках, подготовили текст под названием «Рогун — миротворец», в котором рассказали, что нас разблокировали благодаря запуску станции, но 17 ноября мы снова попали в блок. Даже «Рогун — миротворец» не помог.

И вот тогда-то мы и поняли, что это всё, нас не собираются открывать без надобности; поняли, что работать в обычном режиме мы уже не сможем, что надо как-то возвращать свою аудиторию, несмотря на блокировки.

— И всё это время статистика была около 20 тысяч?

— Ну да, во время блокировки она не увеличивалась, держалась на одном уровне. Мы продолжали работать в соцсетях, но либо ставили полный текст сообщений в своих постах, либо ссылки на заблокированный сайт. Естественно, статистика на сайте не росла. И вот в ноябре мы решили стать мультиплатформой и начали с «Яндекс.Дзен».

На эту платформу мы стали загружать материалы целиком, фактически развивая отдельную площадку, и размещали ссылки на «дзеновский» контент в соцсетях. Эта платформа удобна тем, что «Яндекс.Метрика» позволяет объединить статистику посещений на «Дзене» и на сайте и видеть общее количество пользователей, которые получают твой контент. Дела у нас пошли хорошо, благодаря «Яндекс.Дзен» мы смогли сначала увеличить статистику до 45 тысяч, а потом и до 52 тысяч. Это удалось сделать за три-четыре месяца, и всё шло хорошо до тех пор, пока мы не рассказали о своих успехах публично. После этого в Таджикистане заблокировали доступ к «Яндекс.Дзен». Наша статистика снова упала до 20-25 тысяч.

Как сохранить аудиторию?

— Кроме развития площадки «Яндекс.Дзен», что-то ещё вы делали?

— Мы поменяли сервис для пуш-уведомлений, мы пользовались ресурсом sendpulse.com, но он не особо дружил с Chrome, и мы его поменяли на push.world. И до блокировок, и после пуши генерируют 20 % общего трафика, поэтому мы относимся к ним очень серьёзно.

у медиа-группы «Азия-Плюс» есть своя газета

Ещё во время освещения дангаринского теракта мы вдруг попали в «Google новости» и «Google Discovery». Я не совсем понимаю логику Google — почему мы попали в их сервисы? Для того чтобы попасть туда, нужна хорошая оптимизация сайта, которая у нас хромает, но мы всё равно стабильно там находимся, и Google генерит до 40 % трафика.

Благодаря этому попаданию у нас подросла статистика заходов из стран Центральной Азии; в среднем в сутки на Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан приходится до 15 тысяч пользователей. Раньше такого не было, раньше не более двух тысяч приходилось на одну страну. Как только мы заметили, что у нас появляется новая аудитория, мы сразу стали адаптировать под неё контент — работать над региональными текстами.

— Что было, когда сервисы Google заблокировали?

— В первые дни после майской блокировки Google мы потеряли 70 % трафика, через пару дней статистика стала расти, потому что пользователи сориентировались, как обойти и эту блокировку.

— А что было после того, как «Яндекс.Дзен» закрыли?

— Мы перешли на другую платформу, на платформу Telegram — Telegraph. Она, конечно, не такая для нас удобная, как «Дзен». Прежде всего потому, что на ней материалы не группируются, они доступны только по ссылке, и невозможно увидеть общую статистику Telegraph и сайта, но тоже ничего. Telegraph для нас просуществовал недели две-три, после чего его тоже в Таджикистане заблокировали.

В запасе у меня есть ещё два варианта, но я, пожалуй, про них пока не буду говорить. Когда мы начнем ими пользоваться, думаю, их тоже заблокируют, а мы найдем другие варианты и так до бесконечности.

К сожалению, я не программист, и под рукой нет программистов, а то я бы занялась освоением «Яндекс.Турбо», который тоже способен обходить блокировки. Ещё есть в планах создать «нулевой сайт», чтобы люди не тратили трафик на загрузку картинок. Сейчас наш сайт им дорого обходится — они теряют трафик при включённом VPN плюс грузят картинки.

— А когда вы начали развивать канал в Telegram?

— Больше года назад. Сначала как дополнительный ресурс, на который особо не делали ставку, но потом он стал для нас и наших читателей настоящим спасением: Telegram пока не научились блокировать, он не жрёт трафик, и тексты здесь можно почитать, даже если нет интернета. Наш канал сейчас самый популярный среди таджикистанских, у нас 7,5k подписчиков, и аудитория растёт. Понятно, что он не генерит трафик, но нас читают.

— Вы никогда не думали совсем уйти в соцсети и отказаться от сайта, это вообще возможно?

— Мы и так весь контент уже выгружаем в различные соцсети, на YouTube, благодаря чему у нас везде выросла аудитория. Все эти площадки тоже периодически блокируют в Таджикистане, но сюда народ всё равно пробивается. А вот от сайта могут и отказаться. Хотя нас радует, что для многих наших читателей сайт пока остается хорошей привычкой.

Как не потерять оптимизм?

— Вы поменяли контент из-за блокировок?

— Думаю, что отчасти поменяли, потому что включился режим самоцензуры. Когда нас ещё то закрывали, то открывали, каждый случай мы разбирали в редакции и пытались понять, какой материал мог к этому привести. Естественно, журналисты не хотели стать причиной того, что сайт будет заблокирован, стали контролировать себя, но это не спасает.

— За что вас блокируют?

— Мы не знаем, нам ни разу никто не ответил на этот вопрос, хотя мы интересовались. Дело в том, что у нас весь трафик проходит через государственную компанию «Таджиктелеком», которую контролирует Служба связи при правительстве страны, после чего попадает провайдерам. Мы писали письма в Службу связи, они ответили, что на сайт нет доступа из-за технических проблем, в которых виноваты мы сами или провайдеры. Тогда мы стали обращаться к провайдерам, они отвечали что-то невнятное. И только «Билайн» официально в письме сообщил, что сайт блокируется на уровне вышестоящего провайдера, а это «Таджиктелеком».

Ведущий радио «Азия Плюс» Бехруз Насриддинов и креативный директор Искандар Мирзоганиев

Тогда с копией этого письма мы написали заявление в Генеральную прокуратуру с требованием разобраться. Прокуратура сделала запрос в Службу связи, Служба связи ответила, мол, не имеем к этому никакого отношения. Мы настояли на повторном запросе, но Служба связи на этот раз ответила и Генпрокуратуре, и нашему изданию и, естественно, снова повторила, что не причастна к блокировкам. И в Генпрокуратуре посчитали этот ответ достаточным и отказались продолжать разбираться в этой истории. Наверное, нужно писать ещё одно заявление, но я не вижу в этом смысла.

— А в редакции есть предположения на этот счёт?

— Есть, об этом в прошлом году публично говорил наш главный редактор. Дело в том, что перед тем как нас заблокировали, некоторые государственные структуры предлагали нам печатать материалы, от чего мы отказались. У нас сработал синдром редактора — тексты были ужасными по качеству и по содержанию, и мы их не пропустили. Кстати, когда мы рассказали об этом, пользователи нас подбадривали: мол, пропустите материалы, мы с ними в комментариях разберемся. Да, наши пользователи это могут! Но мы, конечно, отказались.

— Что вообще изменилось в редакции из-за блокировок?

— Вся редакция стала мыслить соцсетями и пристально следить за статистикой. Раньше статистика волновала только редакторов, теперь все начинают свой день с просмотров цифр на сайте. Это положительные перемены. А отрицательные, наверное — иногда у нас опускаются руки из-за этих блокировок. Причём в Таджикистане очень хорошо научились блокировать интернет. Например, я пыталась сделать «зеркало» сайта, Google позволяет это делать в облачной системе, но российские программисты, к которым я обратилась за помощью, сказали, что ничем помочь не могут, потому что в нашей стране интернет блокируется на уровне DNS-канала, а не по адресам или доменам. То же самое мне сказали и американские программисты.

Искандар, Зебо и Бехруз

Более того, они научились блокировать интернет на уровне отдельно взятого офиса. Например, зачастую сайты, которые не открываются в офисе нашей редакции, в это же время открываются в других частях города. Такое тоже бывает.

— Можете дать три совета редакциям в Центральной Азии, для которых блокировки, в общем-то, вполне актуальное явление?

— Первый совет: серьезно развивать свой Telegram-канал, пока это настоящее спасение для стран, в которых блокируется интернет.

Второй совет — развивать «Яндекс.Дзен» как отдельную платформу, то есть выгружать туда весь свой контент, без переходов на сайт. Или осваивать «Яндекс.Турбо».

И третий совет — развивать направление нативной рекламы, потому что в условиях блокировки это единственный вид рекламы, который остаётся эффективным.

К сожалению, мы своих рекламодателей никак не можем приучить к нативной рекламе, они предпочитают обычные пиар-тексты, которые теперь мы пишем и по пять штук в день. Но всё-таки успешные кейсы «нативки» у нас уже есть. И те, кто попробовал этот вид рекламы, стараются использовать только его.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь