Как журналистам Центральной Азии говорить на темы, связанные с религией

0
208

Несмотря на то, что большая часть жителей Центральной Азии считает себя верующими людьми, местные медиа производят очень мало контента на темы, связанные с религией. Законодательства в наших странах содержат строгие правила производства материалов на эту тематику, а аудитория ждет максимальной чувствительности и высоких этических стандартов от авторов.

Такие требования снижают интерес производителей контента к темам религии. При этом, приложив необходимые усилия, журналисты могут получить контент, который по-настоящему будет интересен аудитории и возможно ответит на самые главные вопросы.

Для того, чтобы медиа не оставляли религиозные темы без внимания, Internews вместе с партнерами, в том числе и государственными структурами, с 2020 года года поддерживали и обучали журналистов и производителей контента, которые освещают вопросы религиозной свободы для становления демократичного и терпимого общества. В итоге, в Казахстане, Таджикистане и Узбекистане появились методические пособия по освещению религиозного контента, пулы обученных авторов и тренеров, десятки публикаций и миллионные просмотры. «Новый репортер» рассказывает о том, как это было.

Два года назад накануне католического Рождества, в морозной Астане в одном зале собрались представители самых разных религий. Для Казахстана такие собрания не исключительное событие — в республике много лет работает Ассоциация религиозных объединений и проводятся съезды мировых и традиционных религий, но на той астанинской встрече обсуждался специфический вопрос — освещение темы религии в местных медиа.

—  Есть у центральноазиатских медиа такая большая проблема — они избегают тем, связанных с религией. На это есть ряд причин. Во-первых, это действительно очень сложная тема, во-вторых, законодательство лимитирует журналистов, блогеров и других производителей контента, которые работают с этой тематикой, — рассказывает Зарина Ахматова, руководитель проекта «Поддержка освещения и продвижения свободы вероисповедания» в Центральной Азии (SCARF) в Казахстане и Таджикистане.

Она приводит в пример случай, произошедший с казахстанской журналисткой Руфией Мустафиной несколько лет назад: накануне одного из мусульманских праздников, она подготовила интервью с главным имамом города, обсудила с ним значение и символизм праздника, узнала о том, как его правильно отмечать. Однако, после публикации, на интервью пожаловались, и журналистка получила административное взыскание.

—  Распространение информации религиозного характера требует определенных процедур разрешения и сертификации. Мы разбирали все эти вопросы, обсуждали в том числе и кейс Руфии с юристами и правозащитниками во время нашего тренинга для тренеров, в котором приняла участие и сама Руфия. И затем разработали специальное руководство по освещению религиозных тем, в котором прописан в том числе и правовой аспект подготовки контента на эту тему, — объясняет Зарина.

Партнерами проекта SCARF в регионе выступили государственные и общественные религиозные организации. Они участвовали на всех этапах его реализации и помогали разрабатывать программы тренингов и пособия для журналистов, освещающих религиозные темы. В 2022 году такие пособия были выпущены в Таджикистане и Узбекистане; версии для Казахстана на национальном и русском языках вышли в 2024 году.

Тренинг в Душанбе

— В Таджикистане у нас был хороший опыт взаимодействия с Комитетом по делам религий, упорядочению национальных традиций, торжеств и обрядов при правительстве страны. Благодаря запросу коллег проект, например, поддержал дополнительную активность, которая сначала не была предусмотрена — наши партнеры из медиа создали три социальных ролика о взаимоуважении и терпимости. Кроме того, специалисты из Комитета поддерживали наших партнеров при производстве контента, — говорит Шероз Шарипов, проектный менеджер проекта SCARF в Таджикистане.

В ЦА появились профильные религиозные журналисты и медиатренеры

Проект SCARF стартовал в 2020 году в Таджикистане и Узбекистане. Казахстан присоединился к этой работе годом позже. Во всех трёх странах прошли тренинги для тренеров, а затем уже подготовленные тренеры работали с контент-производителями. В итоге, в каждой республике появился пул обученных тренеров и журналистов, которые разбираются в правовых вопросах, касающихся производства религиозного контента, понимают, как устроена государственная система регулирования, знают экспертное сообщество и осознают степень ответственности.

— Конечно, за один тренинг участники не стали юристами в этой области, но они, по крайней мере, теперь знают, куда пойти и где найти информацию, к кому обратиться, кому позвонить. Кроме того, в каждой стране на тренинги мы приглашали религиоведа, где-то нам помогало государство, где-то это были независимые организации, и они рассказывали, как вообще устроена эта сфера, какие структуры отвечают за неё, — говорит Зарина Ахматова.

Учитывая сложность темы, тренинги в проекте SCARF длились по 10 дней. Интенсивную программу обучения прошли несколько десятков журналистов в Казахстане, Таджикистане и Узбекистане. После тренингов, при поддержке менторов, они выпускали свой собственный контент на религиозные темы. Зарина вспоминает, что один из тренеров — международный специалист, научный сотрудник Института лидерства средств массовой информации имени Сола Плаате (Родосский университет) Питер де Туа объяснял участникам, почему важен контент на религиозные темы. Для верующих людей религия определяет практически все аспекты их жизни: касается ли это выбора рациона, школы для своих детей  или определённых медицинских услуг. И журналисты должны обращать внимание на этот запрос.

— Журналистов, готовых писать на тему религии в Таджикистане, надо признать, мало. Есть опытные журналисты, которые имеют достаточно большой опыт работы, но им нужна поддержка религиоведов и юристов. В рамках проекта мы подготовили 20 журналистов в Таджикистане, надеюсь, они смогут продолжать работать над этой темой. Как показывает практика, тема многообразия религии, вызывает большой интерес у аудитории, — говорит Шероз Шарипов.

Интерес к религиозным темам в Центральной Азии действительно очень высокий. Например, за два этапа работы проекта журналисты в трех странах произвели почти 280 единиц контента, который собрал более 35 миллионов просмотров. Кстати, самый большой интерес этот контент вызвал у аудитории в Таджикистане. Журналисты рассказывали о межконфессиональных браках, о ритуалах, о религиозных порядках; разбирали такие специфические темы, как религиозный человек и армия, говорили о мошенниках, которые прикрываются религией.

Встреча в Алматы

— Честно говоря, у меня были некоторые опасения, потому что религия — это суперсенситивная тема в нашем регионе. Ведь, если во многих странах мира сейчас тренд снижения религиозности, то в наших странах она растёт. Однако, аудитория хорошо приняла этот контент, — говорит Зарина Ахматова.

Дезинформация и религия

Ещё одна важная тема, касающаяся религиозного контента, о которой постоянно вспоминали все участники проекта SCARF – это использование языка вражды. Дело в том, что для многих людей тема религии является сакральной, но очень часто медиа, говоря на эти темы неосознанно или осознанно используют стереотипы, hate speech и тем самым, заставляют верующих чувствовать себя уязвимыми и отказываться от официальных источников информации. В поиске новых ресурсов они могут столкнуться с сомнительными площадками, которые прикрываясь религиозными ценностями, распространяют дезинформацию.

— Люди чувствуют себя уязвимыми, объединяются по своим общим интересам, закрываются и обычно эта изоляция ни к чему хорошему не приводит. К сожалению, уязвимый человек готов воспринимать любую дезинформацию, которая подкрепляет его ценностный уровень, его взгляды, — объясняет Зарина Ахматова.

Она говорит, что, к сожалению, медиа очень часто используют язык вражды по отношению к верующим людям. Например, журналисты, рассказывая об убийстве, могут указать, что подозреваемый был мусульманином и ходил в мечеть. В случае, если это не доказанный факт религиозно мотивированного экстремизма, это смещает фокус, потому что не имеет отношения к делу и оскорбляет верующих людей. Тема этических стандартов в медиа и конфликт-чувствительный подход были одни из ключевых во время реализации проекта SCARF. Например, о том, как важно следовать журналистской этике при освещении самых сложных тем, связанных с религией, в рамках проекта рассказывал Уолтер В. Робинсон, журналист-расследователь, обладатель Пулитцеровской премии за служение обществу, чьё расследование, разоблачившее сексуализированные домогательства к детям в католической церкви, легло в основу оскароносного фильма «В центре внимания» (Spotlight).

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь