Домой Блог Страница 186

«Я помню. Своя история». Новый мультимедиапроект

Ольга Каплина
-
0
«Я помню. Своя история». Новый мультимедиапроект

Народную историческую видеоэнциклопедию собирают журналисты Станислав Киселёв и Владимир Крикун. Они живут и работают в казахстанском Костанае и считают, что новые технологии стёрли границы между столицей и провинцией, а для истории вообще не существует границ.

Как 13-летняя школьница после развала СССР торговала пирожками, как академика Королёва однажды не пустили на Байконур, какие ужасы пришлось пережить людям во время депортации в 40-е годы. Личные, очень эмоциональные рассказы, какие-то из них на тему, которая стала общей для многих стран мира, — например, Вторая мировая война, другие о событиях, которые до сих пор малоизвестны, например, об арабо-израильском конфликте.

В проекте «Я помню. Своя история» — двухминутные видео воспоминаний. Сейчас они подготовлены журналистами, но сайт предусматривает возможность записать и оправить своё видео. Видео дополняется титрами, которые дают дополнительную информацию о событии и герое, и фотографиями.

О смыслах

Стас Киселёв:
— Когда я был маленьким, вся наша большая творческая семья собиралась за большим столом и рассказывала истории. Это были рассказы о дедах и прадедах, о том, как они жили, и мы, раскрыв рты, слушали. Сейчас я понимаю, что это была своеобразная передача родовой исторической памяти. Но сейчас такие традиции в семьях уходят в прошлое, нет времени, люди живут в разных городах или даже странах. Наш проект — это такая возможность передачи родовой информации о жизни своей семьи для обычных людей.

Владимир Крикун:
— Мне лично интересно взять и сохранить то, о чём больше никто и никогда не расскажет. И даже если человек сам для себя считает, что это не очень важно. Но это интересно, это даёт возможность посмотреть на нашу историю с самых разных сторон. Например, празднование 7 ноября. Как мне рассказывает об этом моя мама: «Это холодно. А идти надо в обязаловку. Ты маленький. Тащить, всё на руках. Никуда тебя не оставишь. Ты голодный, холодный, не покормишь». И это одна грань истории. А есть тот же праздник глазами секретаря обкома партии. Он прошёл 50 метров, возложил венок, помахал народу ручкой, сел в служебную «Волгу» и уехал. И он говорит: «Вы знаете, это праздник. Это же воодушевление. Люди так любят ходить на демонстрации». А есть ещё третья, четвёртая грани этой же истории, и нам хочется собрать такие истории, чтобы посмотреть на событие с разных сторон.

О технологиях

Владимир Крикун:
— Ещё несколько лет назад на тренингах Internews очень много говорили о конвергентной журналистике, учили журналиста снимать и монтировать. Тогда, собственно, я и стал и сам писать, и снимать, и монтировать. Какие-то истории снимаю я, какие-то Стас. Что-то мы вместе. Снимаем чаще всего на профессиональные камеры. Но однажды была у нас героиня, с который мы долго обсуждали съёмку, и наконец она сказала: «Давайте расскажу». Но когда мы начали разбирать штативы, камеры, поняли, что всё, сейчас замкнётся. Для человека это очень сильные эмоции. И мы просто повесили петличку и записали на iPhone.

Стас Киселёв:
— Каждая наша история длится две минуты. И это, по сути, законченное произведение, где есть конфликт, завязка, развязка, своя драма. Казалось бы, что можно рассказать за две минуты? Оказывается, можно, это как раз формат для интернета, для социальных сетей. Меня этот проект сделал более дисциплинированным, я точно знаю, когда у нас должен выйти анонс истории, что у нас в запасе должно быть 10-15 эпизодов, чтобы мы постоянно поддерживали интерес нашей аудитории.

О монетизации

Стас Киселёв:
— Сейчас этот проект — полностью собственные инвестиции. Нам предлагают некое спонсорство, но пока мы отказываемся. Сейчас у нас снято 30 эпизодов, но думаю, что когда мы соберём на одно событие 5-10 эпизодов, можно будет говорить о монетизации. А, может быть, у проекта будет и другое развитие: книга, выставка, документальный фильм. Сейчас мы собираем аудиторию. И, может быть, это покажется удивительным, больше всего откликается аудитория в Facebook, не в Одноклассниках, как мы предполагали, когда начинали проект.

Владимир Крикун:
— Для нас сейчас важны комментарии, отклики, желание записывать свои истории и делиться с нами.

О потенциальных героях

Стас Киселёв:
— Мы видим, как люди любят читать о жизни звёзд, но обычная жизнь обычных людей может захватывать не меньше. Мы работаем и как журналисты, и как архивариусы. Мы хотим в итоге, чтобы проект стал калейдоскопом фактов, которые делают историю живой. Всё, о чём говорится в наших видео, не встретишь в учебниках. То есть по сути мы работаем с человеческим документом.

«ЧЕловеческий документ» — термин писателя Эдмона Гонкура, который подразумевает под собой документальные свидетельства о человеческой жизни.

Владимир Крикун:
— Когда мы только работали над идеей проекта, один знакомый мне сказал: «А знаешь, сколько фантазёров вы соберёте?» То есть перед тем, как записывать историю, мы делаем фактчекинг. С другой стороны, мы ищем именно личные истории, люди могут не помнить каких-то точных дат, но в наших рассказах это не всегда важно, важны эмоции.

Стас Киселёв:
— Интересно, что нас регулярно спрашивают: вот ваши истории — о Советском Союзе, а как вы к нему относитесь? Вы ностальгируете или грязью его полить собираетесь? И не верят, когда мы говорим, что не даём оценок. Люди, чтобы объяснить своё мировозрение, готовы цензурировать собственные воспоминания.

Владимир Крикун:
— Многие не видят чего-то ценного в своих воспоминаниях. У нас есть бывший военный, который участвовал в утилизации ракет в Костанайской области после распада СССР, но пока не хочет об этом говорить. Мой папа воспоминаниями поделился, а мама не хочет записываться. Но именно личные истории о каких-то событиях создают вот такую народную энциклопедию.

Арыс восстанавливают, виноватых нет. Итоговые ТВ-программы 1-7 июля

Маргарита Бочарова
-
0
Арыс восстанавливают, виноватых нет. Итоговые ТВ-программы 1-7 июля

Лето в разгаре, поэтому вслед за КТК всё новые итоговые программы уходят на каникулы. На этой неделе до нового сезона с нами попрощались «Аналитика» и «Басты бағдарлама» с «Первого канала Евразия».

Середина лета в казахстанских СМИ традиционно считалась «бестемьем». Но нынешнее лето в Казахстане выдалось горячим во всех смыслах. Однако не все горячие новости попали в эфиры казахстанских телеканалов (кто-то аккуратно обошёл события на Тенгизе и митинги в Алматы и Нур-Султане, например), поэтому место в выпусках осталось для традиционно «летних тем»: кто-то рассказывал об аллергии, кто-то — о туризме или ресторанном бизнесе.

В мониторинг на этой неделе вошли программы «Первого канала Евразия», «Хабара», QAZAQSTAN и ASTANA TV.

«Аналитика», «Первый канал Евразия»

«Аналитика» начинается с материала о ситуации в Арысе, куда вернулись эвакуированные жители. Мы видим, как восстанавливаются дома, школы, колледжи. Журналист сообщает, что не было никаких тендеров и госзакупок. Показывает, как работает павлодарская бригада, но ничего не говорит о том, кто будет платить строителям, как их отбирали и так далее. Сообщает, что в город стекаются большие средства, которые нужно контролировать, но потом переходит к тому, что в Арысе создают 3D-карту города. Как цифровизация поможет контролировать средства, и сколько средств потратят на неё саму, тоже не сообщается.

В материале несколько сомнительных журналистских сентенций типа «Ну и что, что у Натальи нет дома, мебели, нет ничего, кроме этих платьев, — главное, спаслись». И по-прежнему, как и в предыдущих материалах «Аналитики», ни слова о том, кто понесёт ответственность за трагедию в Арысе.

Если на прошлой неделе «Аналитика» по-своему, но освещала митинги, которые были в стране, то в этом выпуске про них не было ни слова. Ни про санкционированные, ни про незаконные. Сообщили, что в Алматы задержали группу запрещённой в Казахстане организации ДВК. На оперативном видео кто-то пересчитывает деньги. По словам журналистов, «сумма предназначалась для организации акций неповиновения», хотя соблюдение презумпции невиновности предполагает, что такие заявления делаются после суда.

В связи с событиями в Арысе празднование 6 июля — Дня столицы — прошло без особого размаха, но очень нетривиальный информационный повод для материала к празднику придумал Фонд Первого Президента. В столице провели квест, в его заданиях были зашифрованы достопримечательности, около которых разместили буквы, из них нужно было составить слово. Слово, которое каждый из нас может угадать, не приезжая в город и не разгадывая загадок. Но чтобы потянуть интригу, ни в подводке, ни в самом материале, который съёмочная группа построила как собственную игру в квест, это слово не произносилось. Хотя все буквы, которые показывали в кадре, как бы НАМЕКАЛИ. И, наконец, через семь минут мы «отгадали» это слово: Нурсултан.

В программу также вошли:

  • материал про аллергию (вероятно, в связи с началом летнего пика обострений);
  • информация о том, как новый аким Алматы начал борьбу со жрицами любви;
  • сюжет, в котором шеф-редактор программы Олег Журкевич подвёл итоги года. Он выделил три важные темы, над которыми работала редакция в течение года, — насилие над детьми, борьба с синтетическими наркотиками, усовершенствование баз данных. По всем этим направлениям государство принимает меры. И, может быть, в этом есть и заслуга журналистов.

«Аналитика» ушла в отпуск до конца августа.

«7 кун», «Хабар»

«Хабар» начинает программу с оптимистичного сюжета про Арыс. Лейтмотив материала: город, который восстанавливают всей страной, возвращается к жизни. Заработали кафе, рынки и магазины. Местная жительница — разумеется, от имени всех арысцев, — благодарит всех за помощь и подтверждает: всё хорошо, нас всем обеспечивают, ремонтируют жильё. Вот кому-то «пошли навстречу»: женщина попросила не ремонтировать её пострадавший дом, а купить ей соседний. Купили.
Под пристальным вниманием и контролем ситуацию в Арысе держат Елбасы, президент и вообще все-все-все.

Далее — сюжет о том, как Касым-Жомарт Токаев встретился с крупными иностранными инвесторами. Примерная цитата текста корреспондента: «То, что в Казахстане идёт работа по развитию человеческого капитала, доказывают всевозможные рейтинги: позиции страны в них каждый год улучшаются». Инвесторы нас любят, в стране строятся объекты образования, готовятся новые кадры, внедряются новые программы. Проблемы есть, конечно: оказывается, 70 % казахстанских работодателей всё равно не удовлетворены качеством образования выпускников.

Также в программе:

  • в столице Токаев открыл новые здания;
  • Международный финансовый центр «Астана» — это красиво и полезно;
  • встречи и переговоры президента на этой неделе. Продолжают сыпаться поздравительные телеграммы;
  • День столицы: ведущий на фоне праздничного видеоряда расписывает достоинства столицы Казахстана и его первого президента;
  • День столицы: как его отмечали, и как город нравится иностранцам;
  • день рождения Нурсултана Назарбаева: как его поздравляли;
  • Токаев открыл зал единоборств;
  • отметили День домбры: «закрывашка» про прекрасный народный инструмент — как его делают, как на нём любит играть Елбасы.

«Избранное за неделю», ASTANA TV

Девятиминутный сюжет авторы программы посвятили конфликту на Тенгизе: про то, почему иностранные рабочие зарабатывают в пять раз больше казахстанских. В нашей стране более 17 000 компаний с иностранным участием, и почти во всех разница в зарплатах между ними и нами довольно существенна.

В материале рассказали, как волнения подняли несколько волн фейков в соцсетях. И Эксперт от профсоюза Салтанат Рахимова привела пример оператора 6 разряда, который получает 44 доллара в день, а иностранный работник на такой же должности — около 200. Иностранные руководители объясняют эту разницу якобы «качественным зарубежным образованием» экспатов, но казахстанский адвокат Руслан Кожахмет замечает: подлинность этих документов об образовании никто не проверяет. В принципе, в сюжете осветили практически все грани проблемы — во всяком случае, те, что явно на поверхности и комментировались открыто чиновниками и экспертами.

Сюжет про восстановление Арыса журналисты подали под соусом «в Арыс съездил Бауыржан Байбек». Кроме этого, в материале ничего принципиально нового — всё те же цифры, планы, ничего про тех, кто должен нести ответственность за инцидент.

Байбек — как известно, бывший аким Алматы, так что логичным был переход на следующий сюжет — про деятельность акима нынешнего, Бакытжана Сагинтаева. Который начал с того, что развернул в городе борьбу с «ночными бабочками». Хотя горожане жаловались не только на них, а прежде всего на дороги и работу общественного транспорта.

Проститутками на Сейфуллина предсказуемо недовольны бабушки на лавочках — у них журналист, естественно, и берёт интервью. Не менее предсказуемым оказывается и ещё один комментарий местной жительницы: мол, воевать с ними бесполезно, отсюда выгоните — они себе другие места найдут.

Схема борьбы со жрицами любви тоже не нова: рейды, штрафы. Представитель ДВД Алматы Салтанат Азирбек полна осторожного оптимизма: «Да, — рапортует она, — штрафами их сейчас не напугать, но это уже хоть что-то».

Рассказали в сюжете (как и в любом другом на эту тему) про то, как поступают за рубежом: не борются, а легализуют и стригут налоги. Но в Казахстане эта идея не встречает горячей поддержки.

Небольшой сюжет в «Избранном за неделю» посвятили митингу в Алматы — тому, который от Nur Otan. До зрителей донесли позицию представителей партии власти: мы против провокаторов, которые пытаются помешать нашей счастливой жизни из-за рубежа. Кстати, сюжет оборвался как-то неожиданно.

Также в выпуске:

  • вполне себе «летняя тема» налоговых ставок для ресторанного бизнеса (как сделать, чтобы кафе и рестораны не уклонялись от налогов);
  • в Казахстане готовят полет четвёртого казахстанского космонавта;
  • и целых 11 минут были посвящены рубрике «Мобильный репортёр»: в ней показали сюжет на тему «Америка глазами казахстанца». Информационного повода не было никакого. Видимо, журналист съездил в США в командировку и привёз оттуда такую вот зарисовочку. Про то, как хорошо живётся американским бомжам (они не голодают, ходят к врачам бесплатно и интервью вам не дадут даже за 20 долларов). Про то, как живут в американских городах, бюджеты которых равны бюджету целого Казахстана. Про то, как хорошо во Флориде. Про то, как в Америке живут наши бывшие соотечественники;
  • в Нур-Султане отметили День города, бюджет на празднование сократили в три раза, поэтому размаха на картинке мы и не увидели.

«Басты бағдарлама», «Первый канал Евразия»

В отличие от русской версии, авторы казахской итоговой программы сразу начали её с конфликта на Тенгизе. Журналисты вроде не отрицали, что некая фотография была лишь поводом для волнений. А причина — официально бытовая (официальная позиция власти), на самом деле социальная. По словам акима Атырауской области Нурлана Ногаева, «одна из причин конфликта — неравенство в зарплате местных и зарубежных специалистов. Кто-то получает 300 долларов, а кто-то за такую же работу — 3000. Это всё как минимум раздражает, как максимум приводит к конфликтным ситуациям».

Бывший глава КТК, а ныне общественный активист Арман Шураев заявил, что зарубежные инвесторы приглашают не только высококвалифицированных специалистов, но и разнорабочих. А такие есть и в Казахстане. Шураев приводит в пример Малайзию, куда запрещено ввозить рабочую силу. В свою очередь, предприниматель Олжас Сулейман видит источник всех проблем в коррупции.

В продолжение темы — интервью в студии, гость — адвокат Тилеужан Кишкенбаев. С ним поговорили о том, как по закону решить проблему неравной оплаты труда. Он объяснил, что сейчас каждая частная компания вправе сама решать, кому и сколько платить. В итоге тема внезапно «срулила» на браки казахских девушек с представителями других национальностей. Адвокат Кишкенбаев за то, чтобы такие браки запретить. Его не смущает, что это противоречит Конституции Казахстана. Он также не видит, почему такой запрет противоречил бы демократическим ценностям и свободе личности.

Большой сюжет посвятили громким событиям года — инфоповод: парламент ушёл на летние каникулы. Парламентские итоги года по версии «Первого канала Евразия»:

  • Назарбаев ушёл в отставку, депутаты плакали;
  • приняли 83 закона, не приняли один;
  • Астану переименовали в Нур-Султан;
  • прошли выборы нового президента.

Депутаты заявили, что уходят в отпуск с чистой совестью. Вон сколько всего сделали. Не ушёл один только депутат Божко: до 1 августа он будет разбирать письма от народа.

Типично «летний сюжет» был и в «Басты бағдарлама»: в июле трудно купить билеты на поезд.

И только ближе к концу программы — материал про Арыс. На восстановление города нужно 34,5 млрд тенге. Повреждено около 7700 домов, 49 полностью разрушены. Компьютерная анимация: прямо в студии перед ведущими вырастают дома.

По поводу ответственности представителей властей опять почти ничего: министр обороны Нурлан Ермекбаев говорит, что причиной может быть халатность, замыкание электропроводки или «что-то другое». То есть очевидно педалируется тема денег и восстановления и «заметается под ковёр» тема «кто виноват».

«Закрывашка»: жительница столицы отдала 1,5 млн тенге за написание докторской диссертации, а её обманули. Сюжет о тех, кто заказывает и пишет на заказ дипломные и диссертации. В общем, тема тоже вполне летняя.

Программа также ушла в отпуск до начала нового телесезона.

Apta, QAZAQSTAN

Итоговая программа недели началась с празднования Дня столицы. «Сегодня 7 июля, вчера было 6 июля. Раньше этот день ничем не отличался, а сейчас знают все, что 6 июля — День столицы», — так начал свою речь ведущий. Хвалил главный город страны, вспомнил историю переноса, заслуги Назарбаева. И, конечно, переименование Астаны в Нур-Султан. По словам ведущего, Елбасы и Елорда (столица) — понятия-близнецы. В сюжете показали архивные кадры строительства, разные спикеры говорили о том, что главный архитектор города — Нурсултан Назарбаев.

Три минуты выпуска потратили на материал о создании в Нур-Султане
МФЦА (Международного финансового центра «Астана») на базе ЭКСПО-центра. Там побывал Токаев.

Ряд «академических и обязательных» сюжетов продолжил рассказ про то, как хорошо зарубежные инвесторы вкладываются в Казахстан, и это на фоне того, что в мире количество инвестиций упало на 27 процентов. Об этом говорилось на встрече Токаева с инвесторами.

Тем временем, правительство снова и снова обсуждает погашение кредитов населению, беспокоится о грантах, социальных программах и подсчитывает, сколько на всё это придётся потратить.

В сюжете об Арысе на QAZAQSTAN — ничего нового: строят, ремонтируют, выплачивают, продолжают очищать от снарядов. Кто виноват — и здесь об этом ни слова.

В рубрике JAHAN SARAP — обзор международных новостей:

  • Эрдоган приехал в КНР;
  • в Евросоюзе новые назначения;
  • Иран намерен продолжить обогащение Урана.

«Летняя тема» Apta — развитие туризма в Казахстане (конкретнее — в ВКО). В отличие от инвестиций, с которыми в стране всё хорошо, туризм по-прежнему «в большом долгу»: тут не всё так гладко.

Ни слова авторы программы не сказали ни про митинги, которые состоялись на этой неделе, ни про конфликт на Тенгизе.

Злой орёл и польские монашки: лучший документальный фильм об Астане

Маргарита Бочарова
-
0
Злой орёл и польские монашки: лучший документальный фильм об Астане

Телепрограмма «Хабара» на этой неделе пестрит документальными фильмами: по случаю Дня столицы, который казахстанцам предстоит отметить 6 июля, канал распечатал свой сундук с лучшими образцами госпропаганды. Документальные свидетельства величия столицы органично дополняют художественные свидетельства незаурядности её главного зодчего — на экранах ежедневно с понедельника киноэпопея о жизни Нурсултана Назарбаева.

Авторство большинства документальных фильмов об Астане ожидаемо принадлежит телерадиокомплексу президента. Именно его творческий коллектив, напомним, за месяц до начала в республике предвыборной агитации выпустил стилизованный под «Игру престолов» ролик, который некоторые пользователи соцсетей посчитали откровенной насмешкой над предстоящими выборами президента.

Как бы то ни было, в 2019 году телерадиокомплекс главы государства впервые удостоился национальной телевизионной премии «Тумар». Награда ему досталась за документальный фильм «Столица Великой степи», презентация которого состоялась год назад.

Фото с официального сайта телевизионной премии «Тумар»

Однако несмотря на то, что работа заслужила столь высокие оценки авторитетного жюри, в этом году «премиальный» фильм в предпраздничный марафон «Хабара» почему-то не попал. Зато у зрителей «Хабара» будет аж две возможности посмотреть посвящённый Астане документальный фильм Каната Бейсекеева «Моя Астана», который тоже был презентован в 2018 году. Надеемся, узнавшие о Канате после просмотра зрители поспешат зайти на YouTube и по достоинству оценят ещё и его работу о дне после взрыва в городе Арысе. По «Хабару» этот фильм вряд ли когда-нибудь покажут — уж слишком выпуклыми выглядят в нём рядовые казахстанцы, пережившие ужас бегства из родного дома.

Та же «проблема» у документального фильма Бейсекеева об Астане — он наполнен человеческими историями. Откровенный взгляд в камеру, смущённая улыбка, сбивчивая речь. Ничего из этого в документальных творениях телерадиокомплекса президента не найти. Единственный живой человек появился в «Столице Великой степи» на 12-й минуте. В кадре неожиданно — после вереницы синхронов эсэнгэшных президентов — возникло лицо женщины в каске, зазвучал несмелый голос.

Машинист башенного крана Татьяна Джексенбинова, конечно, появилась в кадре как типовой элемент любого фильма о том, как столица строилась. И по всем правилам жанра ей — как представительнице простого рабочего народа — выпала честь отвечать на узловой вопрос фильма: «Если бы вам представилась возможность встретиться с Нурсултаном Назарбаевым, что бы вы ему сказали?»

«В первую очередь поблагодарила бы его за то, что после таких тяжелых 90-х я попала в Астану, и у меня намного улучшилась жизнь. Еще поблагодарила бы его за то, что у нас спокойно, и я могу ходить на работу, с работы. Я уверена, что завтра я буду работать и получу зарплату. Конечно, это приятно», — произнесла уже немолодая женщина чуть уставшим голосом. Вряд ли это именно то, за что жители страны, стремящейся в тридцатку развитых стран мира, должны благодарить своё правительство.

Неожиданное признание в любви казахстанским властям прозвучало и на 41-й минуте фильма. Эту часть авторы назвали «Астана — территория мира, согласия и толерантности». Визуальный ряд вдруг изменился: вместо столичных небоскрёбов с высоты птичьего полёта перед зрителями предстала идиллическая картинка небольшого зелёного поселения на берегу реки. И пока закадровый голос бессменного автора патриотичных журналистских работ Ерлана Бекхожина что-то вещал про «уникальную духовную среду», на экране появились четыре католические монахини. За решёткой.

«Прежде всего мы очень благодарны возлюбленному, достойному президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву, что принял нас в эту землю, что мы можем здесь молиться днем и ночью за весь мир. Особенно как мы здесь теперь живём в Казахстане, мы молимся за всех жителей Казахстана, за каждого человека. Особенно мы молимся за власть Казахстана. Каждый день во время святой мессы, святого служения мы молимся особо за президента Казахстана Нурсултана Назарбаева», — с блаженной улыбкой и характерным акцентом говорила на камеру голубоглазая польская монахиня-затворница матушка Иоанна.

Но, пожалуй, самым экзотичным в этом документальном фильме стал его эпиграф. Авторы изловчились и нашли для Астаны столь великолепное сравнение, что у историков древнего мира наверняка округлились бы глаза. «В самом древнем письменном памятнике мира — библиотеке ассирийского царя — есть клинописная глиняная табличка. На ней почти три тысячи лет назад была записана шумерская легенда об основателе цветущего города по имени Этана. Есть в ней такие слова: «Город великий был задуман богами, посередине высокие храмы и башни. Здесь вырос огромный до самого неба тополь — это Древо жизни, которое даровано людям. И в кроне его ветвей обитает орёл»», — зачитал с таблички закадровый голос Бекхожина.

Дальше последовали ожидаемые манипуляции, и оставалось, как говорится, просто следить за руками: древний артефакт «практически предсказывает реальность современного Казахстана — основание его новой столицы», слова «Астана» и «Этана» «невероятно созвучны» (если вслушаться, предупреждает голос за кадром), шумерский тополь «в реальности оказывается Байтереком», и так «удивительно схожи образы» орлов.

Поверхностное изучение вопроса с помощью Google показало, что «Этана» — это не название некого цветущего города, а имя шумерского царя, который правил в городе Кише (не очень-то созвучно с Астаной, если вслушаться). Этана, если верить многочисленным интерпретациям легенды, царём был хорошим, но бездетным, и здесь в нашу историю действительно вступает орел, обитавший раньше на вершине огромного дерева. Бог солнца спустил орла с дерева в яму в тот самый день, когда в сердце птицы поселилось зло, и она съела детёнышей жившей под деревом змеи. Этана вытащил орла из ямы и отправился с ним на небо, чтобы добыть «растение рождения»…

О том, что было дальше, табличка умалчивает, но и этого достаточно, чтобы понять: у создателей документальных фильмов во славу нашей Родины, вероятно, иссяк запас точно описывающих «казахстанское чудо» древних легенд, и теперь в ход идут даже те, где репутация великолепного орла уже не так однозначна. Впрочем, как и репутация некоторых восхищавшихся дальновидностью первого президента Казахстана глав других стран СНГ. Но простим это авторам — никто из них не мог спрогнозировать политический кризис в Молдове, когда Игорь Додон в беседе с Бекхожиным рассуждал о необходимости принимать непопулярные решения с расчётом на то, что в будущем их обязательно оценят.

Медиатур по предотвращению насильственного экстремизма

Редакция
-
0
Медиатур по предотвращению насильственного экстремизма

Проект «Содействие стабильности и миру в Центральной Азии» в сотрудничестве с Советом европейского добрососедства (ENC) объявляет о медиатуре для молодых журналистов, блогеров, активистов и граждан, освещающих вопросы предотвращения насильственного экстремизма в Центральной Азии.

Второй международный медиатур пройдёт в Брюсселе (Бельгия) 8-12 сентября 2019 года.

Заявки могут подавать молодые журналисты, блогеры, активисты и граждане, освещающие вопросы предотвращения насильственного экстремизма в Центральной Азии и проживающие в Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане.

Владение английским языком обязательно, так как перевод на русский и национальные языки не предусмотрен.

Отобранные кандидаты примут участие во встречах с представителями Европейской Комиссии для обсуждения вопросов безопасности и предотвращения радикализации, ведущей к насилию, ознакомятся с опытом Radicalisation Awareness Network (RAN) по работе с молодёжью, встретятся и обменяются опытом освещения конфликточувствительных вопросов с коллегами местных изданий.

Пожалуйста, следуйте инструкциям в форме заявки при подаче.

Срок подачи заявок — до 17.00 15 июля 2019 года по времени Бишкека.

Для заполнения формы заявки перейдите по этой ссылке.

С отобранными кандидатами предусмотрено собеседование на английском языке.

 

Арыс. Репортаж Каната Бейсекеева

Сергей Ким
-
0
Арыс. Репортаж Каната Бейсекеева

В настоящем Казахстане, удалённом от витрин независимости Нур-Султана и Алматы, не хватает автобусов для транспортировки людей, бутылки с водой для пострадавших достают из поюзанных китайских синтетических мешков из-под сахара, а оказавшийся у эвакуационного центра полицейский обречённо признаётся: народ его слушать не будет.

Репортаж Каната Бейсекеева, сделанный для издания «Vласть», — это стопроцентно узнаваемая работа режиссёра-документалиста, уже несколько лет наводящего фокус своей камеры на правду жизни.

Вообще, «Vласть», наведя мост творческой дружбы с Бейсекеевым, срывает имиджевый джекпот: сотрудничество с талантливым раскрученным режиссёром это не просто его найм, это взаимовыгодная коллаборация двух брендов. Вензеля «Кана Бейсекеев» в стартовой заставке перед его мини-документалками давно воспринимаются как знак качества, а видеопроекты казахстанского издания также известны и, помнится, делались на неплохом уровне.

Признаться, я опасался — получится ли этот репортаж. О том, что Бейсекеев снимает про Арыс, многие узнали после шокирующей новости. Режиссёра избили во время съёмок у одного из эвакуационных центров в Шымкенте; возможно, в толпе хулиганов были арысцы. О нападении режиссёр рассказал в Instagram с места инцидента. По одной из версий, добровольцам, помогающим эвакуированным, не понравилась съёмка какого-то их шумного конфликта. Под горячую руку попал ещё один журналист «Vласти», видеокамеру повредили, но всё обошлось без серьезных последствий для здоровья командированных.

Попадёт ли эта странная жестокость в документальную хронику, и как под влиянием ночного инцидента изменится содержание и настроение работы — вот что стало для меня главной интригой.

Я был удивлён, но Канат Бейсекеев словно решил забыть о произошедшем — «День после взрыва. Арыс» сделан так, будто ничего и не было. Не исключено, что это главная ошибка авторов репортажа.

Главные герои

Канат Бейсекеев подсматривает за жизнью, стараясь в неё не вмешиваться. И обнаруживает, что в неразберихе и попытках волонтёров этот хаос организовать очень мало государства.

Арыс. Канат Бейсекеев

Растерянный полицейский, который спорит с волонтёрами о том, что народ его будет игнорировать; почти карикатурный чиновник из районного акимата, как-то привычно обещающий автобусы (их не хватает) — а ему, конечно, не верят; сотрудники каких-то департаментов, машинально принимающие заявления о потере близких. Удивительным образом представители государства, как в плохом индийском фильме, выглядят словно пришельцы с другой планеты — на которой полицейские нужны, просто чтобы отсвечивать голубым и разбавлять яркую цветовую палитру одежд южан, а чиновники присутствуют, чтобы поднимать дух обещаниями.

При этом Бейсекеев не обращает увиденное против системы. Есть, например, врачи из скорой, помогающие человеку с приступом эпилепсии, и сотрудница акимата Камилла, деловито распределяющая потоки гумпомощи, которая работает наверняка на какой-нибудь низовой чиновничьей должности — и это чуть ли не единственный «живой» чиновник за полчаса репортажа.

Бейсекееву неважно, как зовут людей, представляющих госаппарат, как и то, какие звания и должности они занимают. Потому что они не столько источники информации, сколько мазки на большом полотне, на которые в повествовательной цепочке можно обратить внимание, а можно и не обратить — и ничего страшного, они просто есть, они — одно из условий, в которых оказались жители Арыса.

А главные герои репортажа, конечно же, простые люди. И автору удаётся найти сильные образы. Мать, ищущая эвакуированного с детсадом ребёнка; человек, готовый вернуться в дом, несмотря на опасность; доброволец с ошалевшим от неразберихи взглядом; плачущая старушка, формулирующая главный вопрос: почему эти железки взрываются не за городом?

Арыс. Канат БейсекеевСобеседники не играют на камеру, стесняются слёз и очень привязаны к дому. Они — настоящий Казахстан, который неудобен телевидению: они беспокойно толпятся в обычных своих непраздничных одеждах у грузовиков с гумпомощью, потому что бедны, им нужна даже вода, и здесь они лишены той малости, что у них была в нескольких сотнях метров от опасных складов в Арысе.

Чем хорош Бейсекеев

Во «Vласти» «День после взрыва. Арыс» обозначен как репортаж. Я не буду оспаривать видовую и жанровую принадлежность работы. Но хотел бы отметить, что в работе Бейсекеева присутствуют явные черты кинодокументалистики, в которой обнаруживаются открытые когда-то за океаном приёмы «прямого кино» — когда автор словно наблюдает за событием, в него не вмешиваясь и не комментируя даже за кадром. При этом использование маленькой камеры с возможностью приближаться вплотную к эпицентру жизни без ненужного внимания усиливает эффект присутствия на месте и особенно подчёркивает то, для чего журналистская видеоаппаратура вообще нужна — для того, чтобы быть «глазами» зрителя.

Арыс. Канат Бейсекеев

Многоголосие жизни: это первое, что сбивает дыхание твоему внутреннему впечатлительному зрителю. Это и о непривычной для отечественного теле- и кинопродукта работе со звуком — голоса очевидцев будто тонут в гуле пост-арысовской обыденности (фоновому звуку вообще уделяется большое внимание — звукорежиссёру жму руку), и о коротких быстро чередующихся историях, подсмотренных будто на ходу, при этом не повисающих на струне повествования тяжёлыми гирями. Репортаж состоит из равноправных по значимости эпизодов. Герои меняются часто, но в этом событийном калейдоскопе совсем нет легкомыслия автора, как и нет его беспокойно блуждающего взгляда, который никак не выхватит из стихийно возникшей после трагедии экосистемы важное. Есть другое — желание большего охвата ситуации и стремление показать зрителю как можно больше её граней.

И в этом «оглядывании вокруг» фирменная бейсекеевская камера почти безупречна. Его манера съёмки, сочетающая достоверность «видео случайного очевидца» и правильные с точки зрения композиции способы заполнить кадр (как известно, Бейсекеев пришёл в видеосъемку из фотографии, и это чувствуется; впрочем, возможно, в этом умении «виновата» и заморская киноакадемия).

У бейсекеевского визуального ряда есть одна особенность: здесь много средних планов, которые иногда монтируются клипово, без классического чередования их крупности. Такой монтаж позволяет не замедлять повествование, отвлекаясь на ненужные детали, а события словно перетекают одно в другое.

С другой, чисто технической стороны, средний план позволяет режиссёру-оператору быстрее ориентироваться в пространстве, не отвлекаясь постоянно на смену фокусного расстояния и на фокусировку — это рационально, потому что когда с тобой говорит непредсказуемая жизнь, не обязательно постоянно отвлекаться на кнопки, можно пропустить что-то важное.

При игнорировании бессмысленного визуального мусора бейсекеевская камера хороша и тем, что не пропускает другие, значимые детали. Среди которых не всегда те, что можно разглядеть. Это, например, нужные для понимания ситуации случайные реплики людей (называемые на ТВ «интершумом»): снимая, режиссёр-оператор умеет ориентироваться в пространстве с помощью слуха. Делает он это хорошо: зачастую «чистые» телевизионные видеооператоры являются визуалами, а не аудиалами. Но Бейсекеев режиссёр, и умение быстро анализировать ценность информации в разных её формах — это одно из коронных умений автора, пусть оно не очевидно на первый взгляд.

Проблема ночного инцидента

Выпускник New York Film Academy в очередной раз использовал все сильные стороны своего документального метода.

Но я хотел бы поговорить и о том, что поначалу вызвало моё недоумение. Как мы уже говорили, после избиения в Шымкенте шокированный режиссёр обратился к подписчикам через Instagram, где рассказал о произошедшем.

Почему потасовка не попала в итоговое видео?

Вполне правомерна такая точка зрения: отношения к ситуации после взрывов в Арысе это нападение не имеет и не является сколько-нибудь ключевым для понимания картины происходящего. Мы вполне можем прийти к выводу, что та агрессия была всего лишь недоразумением. Насколько важны такие случайности, если речь идёт об освещении событий, потрясших всю страну? Может быть, намного более важно то, что Канат Бейсекеев не сделал этот случай поводом для небрежного отношения к своей работе, проявил сдержанность и не запустил свои негативные эмоции в материал?

Все эти вопросы в защиту автора очевидны. Но я хотел бы привести другие доводы.

Почему-то инцидент не вошёл в репортаж, хотя журналист снимал возле эвакуационного пункта людей, имеющих отношение к эвакуационному пункту.

Я не призываю очернять пострадавших либо помогающих им волонтёров после трагедии в Арысе. Тем более агрессия нескольких людей не бросит тень на остальных волонтёров и жителей города. Но для хроники «Дня после взрыва…» есть проблема: эта агрессия всё-таки была.

Может быть, озлобленность людей стала следствием усталости и отчаяния? Это только усилило бы зрительское впечатление. И это вопрос всё к тому же желанию создателей репортажа показать как можно более полную картину происходящего. Они начали это делать, но, получается, остановились на полпути.

Не будь нападения на Бейсекеева, никаких претензий к репортажу у меня не было бы. Но нападение было. И теперь опубликованная работа, исполненная человеколюбия и терпения героев, может казаться несколько пасторальной. В итоге, на мой взгляд, ситуация сложилась так, что в ней больше всепрощения, но меньше объективности.

В журналистике есть важный критерий оценки ценности информации. Это общественная важность события. Я не собираюсь оценивать с этой точки зрения последствие — избиение журналистов, которое важно в любом случае. Обращу взор на причину: конфликт безымянных волонтёров возле эвакуационного пункта, о котором заявлял Бейсекеев и съёмке которого, по свидетельству режиссёра, участники спора хотели помешать. Так вот, этот конфликт тоже может быть важным, так как до сих пор не известно, шла ли речь о каких-то незаконных манипуляциях с грузами, собранных казахстанцами.

В конце концов, возле эвакуационного пункта Бейсекеев решил снимать. Так почему это решение вдруг стало неважным после избиения, а видео легло на полку? Может быть, мы не знаем чего-то важного об этом конфликте?

Искренне надеюсь, что автор отказался от освещения эпизода не потому, что решил не усложнять материал и выбрал простой путь. И хочу верить, что Канат Бейсекеев вместе с редакцией «Vласти» принял решение, основанное на документальной ценности не включённого в репортаж эпизода, а не на каких-то других причинах.

Методика контент-анализа информационных веб-сайтов

Редакция
-
0
Методика контент-анализа информационных веб-сайтов

Контент-анализ на сайте «Новый репортёр» проводится на основе семи показателей, по каждому из которых аналитики ресурса выставляют оценки от 1 до 5. Для контент-анализа выбираются случайным образом 15 информационных материалов ресурса за один месяц на социально значимые темы. Не оцениваются официальные сообщения, перепечатки с других ресурсов, колумнистика, экспертные мнения отдельных специалистов, спецпроекты. PR и рекламные материалы, государственный заказ не оцениваются, если такие материалы отмечены специальными значками. На разных ресурсах для мониторинга могут быть отобраны материалы на одну и ту же тему, количество таких материалов не может быть больше 30 % от общего количества.

Баланс

5. Материал сбалансирован, ситуация проанализирована со всех сторон; если в ситуации есть неоднозначность, то эта неоднозначность передана.

4. Подано две или более точек зрения на существующую ситуацию, что отражает позицию большинства сторон.

3. Авторы попытались представить разброс мнений о проблеме, однако альтернативные позиции подаются не в полной мере или с насмешкой, используются приёмы, которые создают негативное отношение к альтернативной позиции.

2. Баланс имитируется, представлены комментарии двух экспертов, но их мнение совпадает, либо же авторы под видом баланса приводят две радикально отличающиеся точки зрения, каждая из которых является маргинальной.

  1. Авторы занимают позицию одной из сторон.

Полнота

5. Материал содержит все ключевые факты, цитаты, детали, которые влияют на понимание описанных событий/конфликтов; события и проблемы погружены в необходимый контекст, возможные последствия спрогнозированы; авторы включили источники из широких слоев общества, а не ограничились «обычными подозреваемыми» — экспертами и чиновниками; аудитория получила возможность самостоятельно сделать выводы и сформировать отношение к событию, истории, проблеме.

4. Материал содержит все ключевые факты, относящиеся к событию, явлению, ситуации, проблеме, истории. Есть необходимый контекст. Интересы всех сторон конфликта представлены, но не хватает экспертных разъяснений либо источников из широких слоёв общества.

3. Публикация даёт общее представление о ситуации, но в ней или а) есть фактические провалы, или б) недостаточно контекста для правильного и полного понимания ситуации.

2. Ключевые факты и предпосылки отобраны и изложены избирательно; важные вопросы остаются вне внимания аудитории. Контекст (бэкграунд) не приводится.

  1. Факты отобраны и поданы так, что они искажают реальное положение вещей.

Указание источников

5. Авторы ссылаются на достоверные источники информации (люди обладают необходимой экспертизой, сами были свидетелями, реальные документы и т. п.); источники чётко обозначены и названы. Использование анонимных источников мотивировано и объяснено читателю.

4. Авторы ссылаются на достоверные источники информации. Но есть проблемы с атрибуцией источника (она или неполная, или из неё неясно, почему именно этот источник выбран). Анонимные источники используются, но без анонимности можно было обойтись.

3. Авторы в целом использовали легитимные источники, но добавили информацию, источник происхождения которой недостоверен, либо допустили собственную оценку происшедшего, которую выдали за факт.

2. Источники обозначены избирательно для поддержки суждений авторов; источники, на которые ссылаются авторы, не существуют либо являются недостоверными.

1. Источники информации и авторы оценок не обозначены в материале; авторы выдают собственные/чьи-то мысли за факты.

Доступность

5. Материал понятен целевой аудитории, не содержит специфических аббревиатур, терминов без определений, суть происходящего «объяснена на пальцах», наглядно, с использованием визуальных средств, облегчающих понимание истории.

4. Материал написан простым языком, если используются специальные термины, то они расшифровываются для читателя, нет профессионального жаргона. Однако при этом текст сухой, с громоздким контекстом, непонятным читателю. Выбран неадекватный формат для передачи информации (например, цифры подаются не в графике или таблице, а внутри текста).

3. Материал балансирует между «понятным» и «сложным»: авторы стараются избегать «профессионального языка» и наукообразности в подаче материала, но это не совсем удаётся.

2. Материал наукообразен, сложен для понимания, содержит незнакомые слова и терминологию.

1. Материал рассчитан на специалистов, содержит множество незнакомых слов, терминов, аббревиатур, написан сложными длинными предложениями.

Социальная ответственность

5. Материал поднимает, формулирует и доносит информацию об общественно важной проблеме (авторы принимают на себя ответственность за освещение событий и проблем, замалчивание которых оказало бы негативный эффект на общество, даже если от самого общества нет непосредственного запроса на освещение этих вопросов); исследует возможные пути её решения. Авторы ни в какой форме не участвуют в формировании негативных стереотипов по отношению к различным социальным группам (по возрасту, полу, сексуальной ориентации, заболеваниям, национальности и т. д.)

4. Материал поднимает, формулирует и доносит информацию о важной для сообщества проблеме, стимулирует дискуссию, но при этом авторы не исследуют возможные пути её решения. Авторы не участвуют в формировании негативных социальных стереотипов по отношению к различным социальным группам (по возрасту, полу, сексуальной ориентации, заболеваниям, национальности и т. д.)

3. Материал касается общественно значимой проблемы, авторы делают попытку исследовать возможные пути решения поднимаемой проблемы, стимулировать дискуссию, но это им не совсем удаётся. Авторы (через необдуманное использование слов, выбор историй и источников) участвуют в формировании негативного образа уязвимых социальных групп по признакам пола, национальности, состояния здоровья, возраста и т. д.

2. Авторы не разъясняют происходящего, не исследуют возможные пути решения поднимаемой проблемы, не стимулируют общественной дискуссии. Авторы участвуют в формировании негативного образа уязвимых социальных групп по признакам пола, национальности, состояния здоровья, возраста и т. д.

1. Рассматриваемая тема не имеет общественной значимости. Авторы не контролируют собственных предубеждений, склонностей и стереотипов; материал способствует формированию предубеждений и негативных стереотипов в местном сообществе по отношению к социально уязвимым группам населения.

Визуальное представление

5. Есть визуальный ряд (фото, видео, инфографика, интерактивная графика), который интересен, эффективно дополняет текст и облегчает восприятие, сопровождается информативными подписями. Все визуальные материалы атрибутированы.

4. Есть визуальный ряд (фото, видео, инфографика, интерактивная графика), но он плохо помогает понять, что произошло. Информативные подписи отсутствуют, но всё же понятно, какое отношение публикуемые визуальные материалы имеют к тексту и к истории. Визуальные материалы не атрибутированы.

3. Визуальный ряд случаен и не всегда имеет отношение к тексту.

2. Визуальный ряд мешает пониманию истории и/или затрудняет чтение.

  1. Визуальный ряд полностью отсутствует.

Объём редакционных усилий

5. Материал — результат самостоятельной работы редакции: чтобы рассказать историю, издание пообщалось с теми, кого можно было бы отнести к аудитории, — местным сообществом, «обычными людьми», а не к традиционным ньюсмейкерам — политикам, активистам, чиновникам, экспертам. «Люди из аудитории» могут выступать героями, источниками информации, цитат и оценок.

4. Материал информативный, содержит комментарии и оценки традиционных ньюсмейкеров (чиновники, эксперты) и героев. Редакция не дополняет материал бэкграундом и пояснениями для полного разъяснения темы.

3. Материал содержит комментарии и оценки традиционных ньюсмейкеров (чиновники, эксперты), выдержки из пресс-релизов и сводок. Редакция не нашла героев, источники из аудитории. Часть комментариев и цитат, использованных в тексте, была получена другими СМИ.

2. Нет самостоятельной работы с источниками. Авторы основывают материал исключительно на паре-тройке официальных пресс-релизов и сайтов, сводок, уже опубликованных кем-то цитат и фактов.

1. Факты, цифры, новостные поводы (если такие есть) берутся с потолка. Материал — не обозначенная перепечатка или пресс-релиз.

При публикации данных мониторинга оценки материалов приводятся частично, чтобы пояснить итоговый показатель, но не утяжелять текст для читателя особенностями подсчётов или критериев. При сравнении освещения одной и той же темы на разных ресурсах приводятся ссылки на материалы.

Система оценок построена на методике контент-анализа информационных сайтов, рекомендованной Internews. Методика была предложена European Research Association в 2016 году и использовалась ранее для мониторинга информационных ресурсов в странах Европы и Центральной Азии. Количество анализируемых материалов является репрезентативным для анализа информационных сайтов. Для мониторинга «Нового репортёра» используются только семь параметров методики.

Политический пиар и арысская трагедия

Анар Бекбасова
-
0
Политический пиар и арысская трагедия

Послевыборные страсти о нарушениях во время голосования и подведения их итогов, может, и кипели бы в стране до сих пор, если бы не случилась арысская трагедия на юге Казахстана. Взрывы в мирном городе отвлекли внимание общества от одной проблемы и перевели на другую — такую же системную, такую же опасную и так же много лет нерешаемую. Но в центре информационной повестки оказались не громкие разбирательства в причинах смертельных взрывов в Арысе и требования справедливого расследования, а душещипательные истории о том, как беда сплотила всю страну.

После арысской трагедии пиарщики Туркестанской области щедро засеяли интернет фотографиями примеров самопожертвования. То они репостили пожарных, уснувших на полу спортзала после работы, то публиковали изображение солдата, сидящего, сгорбившись, у военной машины во время эвакуации (на спину солдата наступали эвакуируемые жители, чтобы забраться внутрь). Рассказы о воссоединении потерявшихся детей с родителями прошибали у пользователей соцсетей слезу.

Удачно поймал информационную волну и депутат парламента Нуржан Альтаев. Когда в Арысе еще полыхали пожары, он записал видеоролики на казахском и русском языках, в которых сообщил о планах организовать гуманитарную помощь и призвал казахстанцев к соучастию. Снимали депутата несколько камер с разных ракурсов, потом был монтаж и добавление титров — всё как требуют законы телевидения. Ролики мгновенно распространили в соцсетях.

Нуржан Альтаев

В первые дни после взрывов в Арысе Альтаев, похоже, ничего не мог делать без съёмок. На камеру сердобольный депутат общался с несчастными жителями Арыса в Шымкенте, было опубликовано в соцсетях 13 (!) фото, где он, конечно же, в центре. Перед объективом депутат раздавал арысским детям игрушки. Потом Альтаев снялся в ещё одном ролике о том, как шымкентский предприниматель, следуя его призыву, приютил в своем интернате эвакуированных. Тщательно зафиксированная депутатская добродетель уходила в сеть и собирала лайки.

Милосердие и единение во имя восстановления Арыса воспевали и на государственном телевидении. Спустя неделю после трагедии на телеканале QAZAQSTAN вышел почти двадцатиминутный фильм «Арыс. Біз біргеміз!» («Арыс. Мы с тобой!»). Автор — журналист Айнур Омар — в хронологическом порядке рассказала о событиях с 24 по 28 июня. Вероятно, съемочная группа работала в спешке, иначе чем ещё можно объяснить довольно скучный видеоряд и петличку в руке журналиста во время записи статичных интервью?

После рассказа мужчины, перевозившего на своей машине малышей детского сада в день эвакуации, и закадрового текста автора фильма о размещении в лагерях, в сценарии нашлось место и для другого необычного для многих поступка: приезда в Арыс главы государства Касым-Жомарта Токаева.

— Какой снаряд сюда влетел? — зачем-то спрашивает президент во время ночного осмотра разрушенного строения.

— Реактивный снаряд, — отвечают ему.

В фильм не вошёл эпизод, распространённый в соцсетях, когда президент, будто хвастаясь, на встрече с арысцами во время их ужина уточняет: «Все области вам помогут. Главное — по моему поручению правительство вам будет помогать». Зато автор включила аналогичное видео из его беседы с пострадавшими, лежащими в больнице.

— Жағдай өте қиын, шын айтқанда. Бiрақ, дегенмен, менің тапсырмам бойынша үкймет барлық жағдайыды жасап береді.

Истории без печальных эпизодов

Съёмочная группа не сильно утруждала себя поиском спикеров для интервью, хотя дефицита в героях на месте события явно не было. Интервью жительницы Арыса Татьяны Бородиной показали в фильме несколько раз. Один из фрагментов очень вязался с закадровым текстом автора о том, что приезд главы государства дал жителям Арыса надежду на лучшее.

— Мы думали, что только аким области приедет, и очень удивились приезду президента. За один день мы всё повидали: под пулями бежали потерянные и в итоге перед президентом оказались. (Перевод с казахского — А. Б.) Большая благодарность. Вот здесь находясь, мы ни в чём не нуждаемся, — говорила Татьяна Бородина.

Стоит отметить отличные лайфы Айнур Омар, особенно когда она беседует с двумя мужчинами, ведущими скот на водопой, или когда разговаривает с владелицей магазина, что раздаёт скоропортящиеся товары бесплатно. Оператор снял, как журналистка поит голубя с руки, и этот лайф подвел к главной сюжетной линии: все патриоты страны сплотились, чтобы восстановить жизнь в Арысе. Разгрузку коробок с гуманитарной помощью от предпринимателей, синхроны волонтёров показали под нежную музыку.

Арыс

Вопрос «Была ли эта помощь от бизнеса добровольной, как и перечисление однодневного заработка бюджетников в фонд помощи пострадавшим», конечно же, не прозвучал.

В фильме упомянули о митинге, когда жители Арыса, не желая возвращаться в город из-за опасений повторных взрывов, требовали жильё в Шымкенте. Автор сообщила, что люди просто оказались под влиянием неких провокаторов и членов запрещённой в Казахстане организации.

В тексте Айнур Омар было много душераздирающих оборотов о роли милосердия и взаимовыручки, оптимистичных планах властей по восстановлению города. Как бы то ни было, картинка, снятая после возвращения жителей в Арыс, показала чуть больше. Зрители увидели дом с покорёженным потолком, с лежащими на полу одеялами под слоем упавшей штукатурки, и осколки стекла.

— Такое ощущение, что обвалится сейчас, — говорит журналистка хозяину дома, с опаской глядя наверх.

В конце фильма автор представила зрителю очень информативную графику об обещаниях правительства: выделении денежной помощи, льготных предпринимательских кредитах, перемещении склада боеприпасов и восстановительных работах в городе.

Требовали ли местные жители справедливого расследования причин сложившейся в Арысе опасной ситуации, осталось непонятным. Не заглянули создатели фильма и в больницы, где, по данным Sputnik.kz, находились 89 человек, в том числе 18 детей.

Вероятно, пущей трогательности фильму должен был добавить кадр, когда журналистка обнимается с расплакавшейся после интервью жительницей Арыса и вытирает ей слезы: мол, всё теперь будет хорошо. Не обошлось также без благодарностей горожан за поддержку и вечного «Аллаға шүкір».

«Большая неделя»

Более смелыми в эфире 30 июня хотели показаться журналисты телеканала «Хабар». Воскресным вечером в эфир вышла программа «Большая неделя» с уже знакомой нам пометкой «Арыс, біз біргеміз» («Арыс, мы с тобой!»). Ведущие программы Ерлан Игисинов и Айгуль Адилова пообещали «поговорить о трагедии и сделать выводы».

Рахим Ошакбаев

В самом начале ток-шоу была надежда, что причины взрывов участники всё-таки смогут обсудить. Во всяком случае, экономист Рахим Ошакбаев пытался перевести разговор в эту плоскость. Но его всё время перебивали. Зато о поездке президента в Арыс удалось высказаться политологу Ерлану Саирову.

— Президент страны стал символом объединения нации и государства. (…) Мы должны говорить и о системных ошибках. (…) К сожалению, у нас в стране нет кризис-менеджмента. В эти два-три дня в стране кризис-менеджерами оказались президент Токаев и аким Туркестанской области Шукеев. Где наши институты власти, где наши правоохранительные органы? — вопрошал Саиров.

— Они делали, что могли, — тут же встал на их защиту журналист Ерлан Игисинов.

Саиров не собирался соглашаться с журналистом. А когда речь зашла о роли МЧС, выяснилось, что руководители ведомства не нашли возможности принять участие в программе. И всё же ругать чеэсников за проблему с оповещением и эвакуацией на этом шоу не собирались. Вычислять акимов, раздавших земли под ИЖС, благодаря чему расстояние между жилой зоной и военной частью сильно сократилось, — тем более.

Очень благодарный журналист

Несмотря на большие технические возможности, программа шла не в прямом эфире. Но возможность следить за ходом обсуждения во время записи у советника акима Туркестанской области Сакена Калкаманова была. Ему несколько раз давали высказаться по видеосвязи, когда Рахим Ошакбаев пытался завести разговор об ответственности виновных во взрывах и соразмерности суммы компенсации ущерба. По мнению Ошакбаева, арысцы имеют право на гораздо бОльшие суммы, чем те, что предлагает им правительство.

Ведущий Ерлан Игисинов так не хотел, чтобы участники дискуссии заостряли внимание на проблемах, что вопрос «Какое у арысцев настроение?» задал Калкаманову дважды. Свою симпатию к советнику акима области журналист совсем не скрывал и даже выразил благодарность за его работу от себя и своих телезрителей.

— У арысцев классное настроение, — отвечал Калкаманов Игисинову. — Они ожидают помощи у всего Казахстана в восстановлении Арыса. (…) Давайте не будем сейчас искать виноватых. Пусть это сделает специальная правительственная комиссия. Всем миром поможем восстановить Арыс. 17 регионов уже помогают, уже началось строительство. Начали дома восстанавливать, — говорил Калкаманов.

— Почему мы делаем упор на то, что регионы помогают? — спрашивал Ошакбаев. Виновато государство, а помогают регионы.

Журналист Ерлан Игисинов вновь взял на себя роль адвоката:

— Рахим, ну знаете… (… ) Что, нам всем не помогать и ждать, чтобы Министерство обороны платило компенсации?

Ошакбаев не отступал:

— Что значит «помогают регионы» я вам расскажу: руководство области даёт поручение акимам районов собрать предпринимателей. Собирают и говорят: «Вот, случилась трагедия, давайте поможем». Те помогают из своих средств, и потом это организуется в гуманитарную помощь…

— Драматизм, конечно, хорош, но не настолько, — перебил его Игисинов. Нельзя обесценивать помощь всех казахстанцев.

Ошакбаев уже не обращал внимания на бессодержательные возражения ведущих и, обращаясь к Сакену Калкаманову, предложил озвучить, сколько средств на восстановление Арыса потратил акимат Туркестанской области. Назвать сумму Калкаманов не смог.

— Вы сделали запрос из резерва правительства? Есть резерв правительства на подобные ситуации, — уточнил Ошакбаев.

Журналист Ерлан Игисинов снова бросился спасать Калкаманова.

— Я думаю, что, конечно, это было сделано. Я думаю, что в данный момент больше стоит вопрос о том, чтобы оказать максимальную помощь. А что касается причин и последствий, я думаю, что обязательно ответственные понесут решения (наказание? — А. Б.), — сказал Игисинов.

Большая неделя

«А теперь рекламная пауза»

Прекратить поток актуальных вопросов могла лишь какая-нибудь вынужденная пауза, вроде рекламы «Ешь, пей, жуй… », но в сценарии программы её не было. Ведущие несколько раз передавали микрофон члену Ассамблеи народа Казахстана Аскеру Пириеву.

— Генетический код нашего народа говорит о том, что помогает государство, не помогает государство, я не знаю. Но в целом так получается, что народ просто сидеть не может в таких ситуациях, потому во все времена всегда было так, что есть у нас такое понимание, как асар. Скоро всё будет видно, кто что сделал. Я думаю, что, собравшись в этой студии, мы все вопросы этих событий не решим, — говорил Пириев и, пользуясь случаем, щедро хвалил в эфире военных, пожарных и волонтёров.

Кто-то в студии ещё заметил, что в Арысе «произошёл массовый героизм сил МЧС», а под занавес программы замминистра обороны Тимур Дандыбаев извинился за сложившуюся ситуацию перед народом Казахстана!

Это так порадовало участников программы, что все они дружно зааплодировали.

Журналистика и активизм. Подкаст «Нового репортёра»

Редакция
-
0
Журналистика и активизм. Подкаст «Нового репортёра»

Журналистика и активизм, журналистика и гражданская позиция, журналист и его мнение.

Может ли журналист высказывать свою позицию? Где и как? Может ли он участвовать в протестах? Имеет ли он право выражать симпатию к герою материала? Ведь считается, что журналист должен быть беспристрастным. Возможна ли вообще объективность в журналистике, или это утопия?

«Новый репортёр» представляет подкаст.

Ведущая — Марина Михтаева. Участники беседы — журналисты Асем Жапишева и Сергей Ким.

Поводом для беседы стал материал Присяга Бейбарыса Толымбекова: два репортажа, два взгляда.

Цитаты, которые определяют позицию Сергея

Нельзя под соусом информационного материала либо аналитического, но всё-таки журналистского, подавать что-то другое. Этим приёмом пользуются иногда пропагандистские СМИ. Не только в нашей стране. Часто под видом итоговых программ подаются публицистические. То есть человек сидит в студии и начинает вещать. Он говорит, например, о том, что вот «в Киеве весна, но не радуются киевляне». Мы, журналисты, понимаем, с чем мы имеем дело, но простой зритель, естественно, не понимает. Никто ему не объясняет, что это за формат. Там нет плашки «собственное мнение, которое субъективно в какой-то степени» и так далее.

На мой взгляд, некоторые журналисты оправдывают свои действия тем, что они якобы находятся по одну из сторон баррикад в информационной войне — вот это как раз убивает журналистику не меньше, чем государственная машина. Потому что этим можно оправдать очень многое. Да и вообще понятие информационной войны. Оно предполагает очень много допущений, которых вне состояния этой информационной войны не должно быть. Информационная война, на мой взгляд, это довольно искусственный термин, который нужен для оправдания. Он не создан искусственно, но он используется часто для оправдания пропаганды против пропаганды.

Сейчас очень тяжело простому читателю и зрителю отличить фейковую новость от достоверной. У людей буквально каша в голове. Я общаюсь с людьми, которые не работают в сфере журналистики. И знаю, как им сложно. Они готовы верить рассылкам в WhatsApp, отправленным ноунэймами, кое-как сляпанным на коленке. Понятное дело, что это для меня выглядит абсурдным. Но люди этому верят. Причём довольно образованные люди зачастую. Если журналисты сейчас будут высказывать мнение, несомненно, появятся люди, которые захотят заменять мнениями факты. И в журналистике тоже. Мы просто ухудшим ситуацию. Произойдёт хаос.

Цитаты, которые определяют позицию Асем

Мне кажется, объективность в журналистике — это миф. Объективности не существует. Когда мы говорим про объективность, нужно вспомнить, какие есть форматы. И если мы говорим про журналиста, который работает в информагентстве, там вообще ни о каком мнении, конечно, речи идти не должно. Ты в информагенстве, у тебя задача от пяти до семи новостей в день выдавать. И там просто, сухо, и ты должен это всё отрабатывать. Другое дело государственное информагентство: дело не в том, что говорится, а что замалчивается. Потом есть объяснительная журналистика. И здесь не может быть объективности. Конечно, всегда должно соблюдаться правило «показывай мнение обеих сторон», «максимально давай всем сторонам высказаться». Но мы опять же понимаем, что не по всем вопросам лучше показывать обе стороны. Например, по вопросам антивакцинации. Я бы никогда не дала столько же места людям, которые выступают против вакцин.

Давайте вспомним вообще, что такое медиа? Мы неправильно это слово употребляем. Медиа — это множественное число от слова медиум. И когда я говорю, что каждый человек со смартфоном — это медиа, я вспоминаю об изначальном значении этого слова, которое тоже, в принципе, сейчас везде широко распространяется. Передатчик. В идеальном мире передатчик не должен искажать сигнал. В идеальном. И когда люди идут на митинг и включают прямую трансляцию, он ничего не искажает, но, опять же, мы ничего не понимаем. Что там происходит? Никто нам не объясняет, что происходит. Когда человек начинает комментировать это всё, он может сказать: «Злобная толпа портит нам здесь выходной и распугивает детей». Или он может сказать: «Люди вышли требовать свои права, и менты их избивают».

У нас очень много политически активных людей, которые журналисты. У нас профессия такая, слишком много информации, и в какой-то момент ты начинаешь к какой-то теме всё больше и больше обращаться. Одно время я писала материалы для фонда Аружан Саин. Писала статьи про детей, которым нужна помощь. И, пропуская через себя эти истории, в какой-то момент я уже была во всём этом. Как волонтёр собирать деньги, делать копирайтинг. И мне очень тяжело было потом обратно выходить. Я до сих пор помогаю, но я уже стараюсь держать дистанцию. Это очень тяжело. И у меня нет ответа на вопрос, как разделить журналистику и активизм.

В беседе в пример также приводятся казахстанские журналисты и публицисты Гульнар Бажкенова, Вадим Борейко, Салима Дуйсекова, Елизавета Цой, Данияр Молдабеков.

Кто верит фейкам. Исследование

Ольга Королева
-
0
Кто верит фейкам. Исследование

Как отличить фейк от достоверной информации? Оказывается, чтобы овладеть этим умением, нужны опыт работы в интернете и умение редактировать фото. Во всяком случае, эти факторы важнее, чем то, как оформлена фейковая новость и где она размещена: в Facebook или New York Times.

Иногда фейковые фото сделаны настолько искусно, что трудно наверняка сказать — реальная ли картина на них изображена. Внимательно посмотрите на эти два изображения и скажите: правда это или фейк?

По крайней мере один человек погиб после того, как рухнула часть моста в китайском Чжэнчжоу.
Небольшое, пыльное, скудно обставленное здание служит классной комнатой для учеников в начальной школе в Хараре, городе на окраине столицы Зимбабве.

Ваша оценка может быть основана только на визуальной информации. Или, возможно, вы учли авторитет источника или количество людей, которые поставили лайк и сделали репост.

Профессора университетов Калифорнии и Вирджинии изучали, как люди оценивают достоверность изображений, иллюстрирующих онлайн-истории, и какие элементы участвуют в этой оценке. Оказалось, что чем больше у пользователя опыта работы с интернетом, цифровой фотографией и онлайн-медиаплатформами, тем меньше шансов «повестись» на фейковые изображения. Иными словами, чем выше ваш уровень медиаграмотности, тем сложнее вас обмануть.

Кого удалось обмануть?

Вернёмся к фотографиям в начале материала.

Оба изображения — фейки.

Главной задачей этого исследования было определить, как и насколько каждый из факторов влияет на суждение людей об онлайн-изображениях. Предполагалось, что достоверность первоисточника может быть одним из таких элементов. Впрочем, как и доверие к любому вторичному источнику — людям, которые сделали репост. Другое предположение — что повлиять на решение зрителя может его отношение к изображённой проблеме. К примеру, если интернет-пользователь не согласен с тем, что изображено на картинке, он с большей вероятностью посчитает это фейком. И наоборот, с большей вероятностью поверит в правдивость фото, если согласен с тем, что видит.

Кроме того, авторы исследования хотели посмотреть, насколько важна «подкованность» человека в плане инструментов и техник, которые позволяют манипулировать изображениями и создавать фейки. В последние годы методы подделки информации развивались намного быстрее, чем технологии, которые могут обнаруживать цифровые манипуляции.

Тем не менее, риски и опасности, связанные с фейковыми новостями, остаются высокими. Обычно поддельные изображения используют злонамеренно, чтобы влиять на общественное мнение или вызывать эмоциональные переживания. Буквально в прошлом месяце, во время беспорядков в Индонезии после выборов, мужчина преднамеренно распространил в социальных сетях фото с подписью «Китай отправил боевиков в Индонезию под видом иностранных рабочих», чтобы разжечь в обществе антикитайские настроения.

Тестирование фейковых изображений

Для того чтобы проверить все эти теории, авторы исследования создали шесть фейковых фотографий на разные темы, включая внутреннюю и внешнюю политику, научные открытия, стихийные бедствия и социальные проблемы. Затем эти изображения «запаковали» в 28 макетных композиций на тему того, как каждая из этих фотографий может отображаться в интернете. Например, она может быть опубликована на Facebook или как новость на веб-сайте The New York Times.

Каждый макет представлял собой поддельное изображение, сопровождаемое кратким текстовым описанием и несколькими контекстными подсказками и особенностями: конкретное место, где было сделано фото, информация о его источнике, об авторе снимка, а также о том, сколько лайков или других взаимодействий было сделано с публикацией. Все изображения и сопровождающий текст и информация были полностью сфабрикованы. Пример того, как именно выглядели финальные варианты, можно посмотреть на двух фото в начале материала.

Важно отметить, что использовались только поддельные изображения: чтобы исключить возможность, что кто-либо из участников, прежде чем присоединиться к исследованию, наткнётся на оригинальное изображение. В тестировании приняли участие 3476 человек из Amazon Mechanical Turk. Всем участникам было как минимум 18 лет, и все они жили в США.

В первой части исследования каждый участник ответил на произвольный набор вопросов, касающихся их навыков работы в интернете, опыта работы с цифровыми изображениями и отношения к различным социально-политическим вопросам. Во второй части им представили случайно выбранный макет изображения. Попросили внимательно посмотреть на изображение и оценить его достоверность.

Контекст не помог

Оказалось, что суждения участников о достоверности изображений не менялись в зависимости от контекста, в котором эти фото были представлены. Изображение с рухнувшим мостом считывают как фейк вне зависимости от того, пост ли это на Facebook или часть статьи на сайте New York Times.

Основными факторами, влияющими на результат, оказались уровень опыта работы с интернетом и цифровой фотографией. Те, кто был хорошо знаком с социальными сетями и инструментами цифровой обработки изображений, более скептически относились к подлинности фото и реже принимали их за чистую монету.

Что касается убеждения и мнения людей по тем или иным вопросам, то этот фактор также сильно повлиял на их оценку достоверности фотографии. Например, когда человек не согласен с посылом изображения, он с большей вероятностью полагает, что это фейк.

Этот фактор также может объяснить, почему фейки так легко и быстро распространяются: когда люди сталкиваются с чем-то, что подтверждает их взгляды, они с большей готовностью делятся этой информацией среди своих друзей и подписчиков в интернете.

Что с этим делать?

К сожалению или к счастью, чтобы не стать жертвой манипуляций и фейков, существует всего один выход. Кстати, его эффективность тоже подтверждена исследованиями. Необходимо привлекать как можно больше людей для работы с онлайн-медиа и редактированием цифровых изображений, в том числе путём инвестирования в образование. Тогда они узнают больше о том, как оценивать изображения в интернете, и с меньшей вероятностью станут жертвами фейков. Иными словами, необходимо развивать навыки медиаграмотности. Материалы «Нового репортёра» по этой теме можно найти здесь.

Материал подготовлен по статье на сайте niemanlab.org.

Поезд безмолвных пассажиров. Мониторинг Zakon.kz

Редакция
-
0
Поезд безмолвных пассажиров. Мониторинг Zakon.kz

2,5 из 5 за соблюдение баланса. 4,2 за понятность текста. «Новый репортёр» на постоянной основе будет проводить анализ сайтов Центральной Азии. Открывает рубрику сайт Zakon.kz.

В журналистике, как и в любой другой профессии, существуют профессиональные требования к созданному продукту. Кроме оперативности, это достоверность, взвешенность, умение отразить мнение всех участников события и найти действительную суть материала.

Мы проанализировали 15 случайно выбранных информационных сообщений в июне 2019 года на портале Zakon.kz, которые были поданы как собственные материалы портала.

Самые низкие цифры у Zakon.kz в категории «Баланс». Это отсутствие в материалах так называемой «второй стороны». Чаще всего авторы материалов довольствуется одним — официальным источником, предоставившим информацию.

Например, материал «Более 60 тысяч жителей отдалённых сел получат бесплатную медпомощь». В нём идёт речь о медицинском поезде, который перемещается по отдалённым регионам страны. Автор отлично описал возможности медиков и оснащение мобильной клиники, привёл цифры по количеству жителей аулов, прошедших обследование и лечение, статистику выявленных заболеваний и т. д. Однако комментирует материал заместитель генерального директора Фонда развития социальных проектов Samruk-Kazyna Trust Асель Шильдебаева, причём автор никак не поясняет, какое отношение Фонд имеет к работе медпоезда. Есть также интервью руководителя медицинской группы, главного врача «Медицинского поезда» Гульнары Мадиевой.

Материал щедро снабжён фотографиями, на которых хорошо читается процесс оказания медпомощи. Но пара фотографий — крупный портрет грустного аксакала и тоскливая очередь пациентов в коридоре вагона — ставит под сомнение необходимость всей этой дорогостоящей затеи с медпоездом. Кроме того, нет даже маленькой цитатки хотя бы одного пациента, который бы нужность этого поезда подтвердил. Хотя именно пациенты, не имеющие в своих сёлах доступа к высококвалифицированной медпомощи, и есть главные герои материала, да и всего проекта в целом.

Стоит отметить, что в своих материалах портал практически не использует ссылки на анонимные или скрытые источники, и это даёт читателю возможность понимать, от кого исходит информация. Большинство статей написаны доступным языком. Именно поэтому всегда заметны материалы, инициированные государственными структурами или правящей партией. Они бросаются в глаза формализмом, канцелярским языком и тяжёлым «генетическим» пороком: «На церемонии присутствовали Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев, члены Политбюро товарищ Суслов, Косыгин и другие официальные лица».

Кроме того, нередко в материалах «сбит прицел». Так, в статье «400 студентов из ВКО получат образовательные гранты из средств местного бюджета» подробно и старательно описываются усилия регионального акимата по выдаче грантов в местные вузы. Есть статистика прошлых лет и прогнозы, есть оптимистические цитаты официальных лиц. А истинный смысл материала дан вскользь: «Если в 2016 году уехали обучаться 1800 выпускников школ области, … в 2018 году 636 выпускников выехали в зарубежные вузы». Из материала ясно, что называться он должен примерно так: «Как остановить выезд молодёжи из Казахстана». И вновь нет интервью счастливого 18-летнего усть-каменогорца, который теперь может выучиться и найти работу в своей стране. В результате материал получает «пятерку» за достоверность, так как источники информации подтверждены фамилиями и должностями, «тройку» — за сфокусированность и «единицу» — за баланс.

материалы Zakon.kz

Хорошо получаются у портала «живые» материалы. Так, «Девочки-тройняшки родились в Алматинской области» заработал один из наивысших баллов. И заработал бы высший, если бы не «опасные» цитаты, которые, по замыслу автора, должны были подчеркнуть качество оказанной роженице медицинской помощи. Однако, наоборот, порождают сомнения в том, что и всем остальным эта помощь доступна. «Ещё мне повезло, что я попала в хорошую больницу, где работают настоящие профессионалы. В эту больницу я поступила 22 мая, с тех пор меня под контролем держали врачи больницы. Если бы не они, не знаю, как бы я родила, сегодня почти месяц, как я была в больнице, сегодня со своими девочками еду домой», — цитирует автор новоиспечённую многодетную маму. И становится страшно: то есть хорошая медпомощь в РК — это везение? И что будет, если в следующий раз она будет рожать в другом роддоме? И что будет с остальными женщинами, которые попасть в этот роддом не смогли?..

Хотя, быть может, автор и преследовал именно эту цель. Иногда такие случайные или предумышленные «неосторожности» в материалах говорят о ситуации больше, чем можно было бы сказать в лоб.

контент-анализ Zakon.kzСистему оценок можно найти здесь. Контент-анализ на сайте «Новый репортёр» проводится на основе семи показателей, по каждому из которых аналитики ресурса выставляют оценки от 1 до 5. Для контент-анализа выбираются случайным образом 15 информационных материалов ресурса за один месяц на социально значимые темы.

В материале использованы скриншоты с сайта Zakon.kz.

1...185186187...534Страница 186 из 534

Данный веб-сайт был создан в рамках проектной деятельности Internews и поддерживается различными донорскими организациями, включая Европейский Союз. Содержание публикаций не обязательно отражает позицию доноров. Ответственность за содержание материалов несут авторы и Internews.

Свяжитесь с нами: info@newreporter.org

ССЫЛКИ

ПОПУЛЯРНЫЕ СТАТЬИ