Кинокритик Карим Кадырбаев сказал в одном из интервью, что у казахстанского кинематографа три главные темы: жизнь казахов за рубежом, женитьба «великовозрастного балбеса» и келин. Более того, фильмы о последних и вовсе оформились в отдельный жанр со своими законами и клише. Медиакритик «Нового репортёра» Наиля Галеева посмотрела самые известные казахстанские фильмы о келинках и выяснила, что они транслируют, а также какие у них есть проблемы и достоинства.

«Келинка Сабина»

Начнём с прародителя жанра современных казахстанских комедий о нелёгкой жизни невесток — картины «Келинка Сабина» 2014 года. Однако с Сабиной казахстанский зритель познакомился гораздо раньше — в скетч-сериале «KZЛандия», адаптации российского шоу «Наша Russia». Но и этот проект не был оригинальным, хотя авторы говорили об обратном — очевидно, что «Наша Russia» была адаптацией шоу Little Britain. Для этого достаточно посмотреть хотя бы один-два выпуска оригинала и российский вариант. В «Келинку Сабину» перекочевали многие сюжеты и характеры персонажей из «KZЛандии», и здесь кроется основная проблема фильма. Он воспринимается не как цельное и самодостаточное произведение, а как сборная солянка из популярных скетчей.

По сюжету фильма Сабина — избалованная городская девушка, которая получает всё, что хочет, но мечтает о большой любви. И не с кем-нибудь, а обязательно со сказочно богатым шейхом. И её мечта, кажется, сбылась, ведь ей сделал предложение арабский шейх по имени Джонни. Вот только шейх оказался обычным парнем Жанибеком, и отвез он её не в Дубай, а в аул Жугеры. То есть Сабину обманули, похитили и намерены насильно выдать замуж.

В плюсы фильма можно записать то, что Сабина не смиряется с ситуацией и много раз пытается сбежать, пусть и безуспешно. Более того, полиция не воспринимает рассказ девушки о похищении всерьёз, а заявление на новоиспечённую семью участковый предложит написать Сабине, только когда не захочет возвращать долг её мужу. Такое же равнодушие Сабина встретит и в суде аула, так что зрители на бессознательном уровне считывают информацию, что справедливости им искать негде. Но из-за изображения ситуации в юмористическом ключе сходит на нет критика, которую, возможно, закладывали авторы фильма. Да, в фильме далеко не позитивный портрет казахстанской полиции и судебной системы, но мы регулярно читаем в новостях, как заявления женщин о бытовом насилии игнорируются правоохранительными органами. Плохо, что фильм не критикует сложившуюся ситуацию, а представляет её как нечто забавное и неизбежное, и для переживших насилие это может стать триггером и уж точно не поводом для смеха.

https://youtu.be/vT6ZvNLbLOQ

В центре сюжета «Келинки Сабины» — похищение девушки, что до сих пор остаётся большой проблемой для Казахстана. По данным Informburo, 2019 году в Казахстане официально зарегистрировали 210 фактов похищения «человека с целью женитьбы» — такую формулировку дали в пресс-службе прокуратуры Туркестанской области. И это только официальные данные, можно лишь предполагать, сколько девушек и женщин похитили на самом деле. Отсюда и главная претензия к фильму: нормализация насилия над женщиной через юмор. Смеясь, зрители не воспринимают похищение как преступление, а как весёлую историю, вовсе не статью Уголовного кодекса. Кроме того, в фильме и сам муж Сабины, и его родственники регулярно кричат на неё, агрессивно разговаривают и вообще относятся как к прислуге. Даже племянник супруга позволил себе командовать Сабиной и пытался заставить её прислуживать ему. Девушка ему этого не позволила, но всё равно отношение к келин как к прислуге и собственности — не редкость для Казахстана, и фильм показывает это как норму, с которой нужно смириться.

Ещё одна важная проблема фильма — романтизация стокгольмского синдрома, который развивается у Сабины. Со временем она привязывается к своим похитителям, начинает искать их расположения и исполняет их прихоти. К сожалению, она, пусть и в теории, не собирается проявлять понимание к ещё одной келин, которая должна войти в дом: «Представляете, у меня просто отличная новость! Наконец-то хоть что-то хорошее произойдёт за последнее время. Завтра к нам домой привезут новую келин. Ох, наконец-то у меня будет своя личная помощница. Я, конечно, против всяких дедовщин, но, как говорится, на войне как на войне. Она у меня ещё попляшет. Она будет шуршать по дому, всё делать, а я буду просто лежать и отдыхать». 

Авторы фильма поддерживают ещё один стереотип, что женщины — враги друг другу, не способные на сочувствие, а только лишь конкуренты в борьбе за мужчин и лучшие условия. И хотя новая келин окажется под стать своим новым родственникам — такой же крикливой и недружелюбной, намерение Сабины устроить дедовщину характеризует её не лучшим образом.

И всё же, даже с учётом всех этих минусов и неудачных решений, у фильма был шанс стать картиной со зрелым феминистским посылом. Ближе к концу Сабина узнаёт, что похищение организовали её родители, недовольные поведением дочери и её игнорированием обычаев и традиций. Она уезжает из аула, но не возвращается к родителям и начинает самостоятельную жизнь — работает, не тратит время на вечеринки и вообще становится самодостаточной молодой женщиной. Но стоит ей увидеть мужа, который приехал в Алматы на коне и с букетом цветов, как решает вернуться к нему и прежней жизни в ауле в положении келин и домохозяйки. Финал фильма обесценивает весь путь героини и её борьбу за свою свободу и субъектность.

«Бишарашки»

Можно было списать многие стереотипы и клише, особенно противостояние города и села, на время — всё-таки прошло восемь лет, и наверняка многое изменилось. Но нет: городские келин по-прежнему избалованные и поверхностные девушки, что мы и увидели в фильме «Бишарашки» 2022 года. Главный герой фильма — успешный, но нечистый на руку бизнесмен, который регулярно обманывает окружающих и не отдаёт долги. Один из кредиторов напоминает о себе аллюзией на «Крёстного отца» — Байтемиру в кровать подкладывают отрезанную голову, но не лошади, а барана. Главный герой верно считывает послание и перевозит всю семью к родителям в аул, где и начинается основной сюжет. У Байтемира— молодая жена, которая умеет разве что ходить по магазинам, тратить деньги и ухаживать за собой. В ауле ей придётся столкнуться с суровой действительностью, а начнётся обучения с полупредложения-полуприказа свекрови подоить корову. Авторы фильма не стали усердствовать и практически один в один пересняли сцену из «Келинки Сабины» — по одной схеме выписали даже реплики героинь, которые пытаются разговорами успокоить животное.

Сабина:

«Привет, корова. Меня зовут Кырсыкбаева Сабина. Я пришла взять немного молока, если ты не против. (…) Представь, что я твой телёнок и пришел пососать немного молока».

Молдир:

«Привет, прости меня, пожалуйста. Я немножко возьму, и всё. (…) Я понимаю, что это может быть неприятно, но мы ведь должны понять друг друга — мы же женщины».

Обе героини пострадают в столкновении с коровой, что проиллюстрируют исключительно звуковым рядом, а каждая из них сумеет надоить совсем немного молока. Более удачливой оказалась Сабина, улова которой хватило на несколько чашек, а Молдир — только на одну. Вероятно, потому что героиня «Бишарашек» несколько эгоистичнее Сабины.

Не стало неожиданностью и недовольство свекрови своей городской невесткой, которой она говорит: «Часы работают, а ты нет», а в ответ на нежелание Молдир вставать, припечатывает: «Перед соседями стыдно». Но сына будить не позволяет: он ведь устал, ему надо отдохнуть. В принципе, нам привычно такое отношение к келин, однако в 2022 году хотелось новых конфликтов, но создатели фильма не рискнули и использовали привычные клише.

https://youtu.be/MEmoPZ8yu_A

Мы критиковали Сабину за её привязанность к похитителям, но в героине Нуртаса Адамбаева чувствовалось развитие, пусть и обусловленное стокгольмским синдромом. У Молдир же нет развития — она проявляет интерес к хозяйству и прислушивается к свекрови как будто назло своему мужу, который предложил ей деньги за то, чтобы она стала хорошей келин. Если исходить из того, какой предстала Молдир в начале фильма, ей привычны такие предложения от мужа. Например, перед переездом в аул Байтермир уладил семейный скандал, пообещав Молдир новую машину. И героиня с радостью соглашается на такой откуп, так что для зрителя становится сюрпризом заявление Молдир, что она искренне любит мужа, и деньги здесь ни при чём. Перед этим ни одной фразой, ни единым поступком она не показала, что способна на глубокое и бескорыстное чувство, так что её внезапное преображение кажется не более чем ленивым ходом сценаристов. И эта претензия касается не только Молдир, но и детей Байтемира, на которых ранее не действовало ничего — ни замечания отца, ни упрёки бабушки и дедушки.

«Келинка тоже человек»

Лучше прописали характер героини в фильме «Келинка тоже человек» (2017 год). Выбор названия пусть и отвечает содержанию картины, но всё же вызывает смешанные чувства — неужели в XXI веке кто-то сомневается в том, что и келин заслуживает человеческого отношения независимо от того, насколько она соответствует ожиданиям своей свекрови?

По сюжету Айжан вместе дочерью и мужем живут с его родителями, потому что он — единственный ребенок и не может их оставить. Поэтому главная героиня вынуждена каждый день, с утра и до самого вечера, терпеть придирки и выходки свекрови. Однако Айжан не тихая и кроткая келин, ей всегда есть что сказать, и на шпильки Майры — так зовут свекровь — она отвечает тем же. Вероятно, уверенность девушки проистекает из того, что у неё есть поддерживающие родители, готовые принять молодых в своём большом доме. Это и держит девушку, которая надеется однажды переубедить мужа. А его, кстати, полностью устраивает жизнь с матерью, так как от неё он получает любовь и поддержку, а что жену пилят — ну такова участь келин, пусть терпит, ничего страшного. При этом Майра умело манипулирует сыном: регулярно ударяется в слёзы, жалуется на своё хрупкое здоровье и играет на чувстве вины сына, который выбрал себе в жёны неумеху и колючку.

Первые 10–12 минут фильма чётко обрисовывают конфликт и характеры героев, благодаря чему зритель быстро втягивается в историю. Вообще «Келинка тоже человек» выгодно отличается от предыдущих фильмов цельностью сюжета и персонажей. Фильм не провисает и удерживает интерес зрителя, даже учитывая избитый троп об обмене телами. Понятно, почему создатели фильма прибегли к нему — чтобы между героинями фильма наконец-то воцарилось взаимопонимание, им нужно оказаться на месте друг друга. Однако в 2017 году, после комедий «Чумовая пятница» и «Любовь-морковь», а также хитового аниме «Твоё имя», кажется, что обмен телами не расскажет ничего нового, пусть его и разбавят проблематикой современного Казахстана. Так и случилось — Айжан и Майра сначала будут пакостить друг другу, попадать в неловкие ситуации на грани инцеста и почти уничтожат свою семейную жизнь. А потом начнут понимать и сочувствовать, помогать и поддерживать — всё как мы привыкли.

Но даже не это мешает фильму стать хорошей комедией, а одна маленькая сцена, в которой Айжан решается наконец спросить у свекрови, почему она так её невзлюбила. А та отвечает: чтоб не скучно было. И эта фраза обесценивает и упрощает всё то удачное, что было в характере героини — не было причины у её поступков, она третировала свою келин просто так, из самодурства и от небольшого ума. Получается, что и конфликта никакого нет, героини живут в соответствии с патриархальными устоями, в котором женщина женщине враг и соперница. Да, Казахстан — страна патриархальная, в которой насилие над женщиной — повод для смеха, а не судебного разбирательства. Но всё же от фильма, снятого на исходе второго десятилетия XXI века, ожидаешь большего, чем совета дать невестке «шапалак». Так и выходит, что женщины в Казахстане живут в круговороте семейного абьюза — келин становится свекровью, но не собирается давать спуску невестке, пусть пройдёт через те же мучения, что и она. В этом плане «Келинка тоже человек» даёт невесёлый прогноз казахстанскому обществу.

«Келин особого назначения»

Предыдущие фильмы о келинках были миксом семейной и романтической комедии с некоторой долей драмы. Однако создатели картины «Келин особого назначения» внесли некоторое разнообразие, добавив в фильм элементы шпионского триллера — немного, но всё же лучше, чем ничего. Асель — сотрудница спецслужб, она очень амбициозная и целеустремленная, но совсем не уделяет времени быту и личной жизни. Естественно, за это её будут журить и пугать свекровью, которая выгонит такую неумеху из дома: «Ну ты же девушка, что за бардак? Ты как замуж выходить собираешься? Тебя свекровь выгонит. Тебе не на разведку, а замуж выходить надо», — говорит Асель её начальник по имени Мухтар. 

В принципе, зритель уже привык, что в казахстанских фильмах — и не только про келинок — постоянно обесцениваются карьерный рост и личные желания героинь. Главное для женщин в фильмах такого сорта — любой ценой создать или же сохранить семью. Другое дело, что советы по замужеству Асель даёт её начальник — это нарушение субординации, пусть даже он был другом или родственником её отца (в фильме до конца непонятно). Кроме того, Мухтар, будучи руководителем подразделения спецслужб, во всём полагается на шарлатанку, которая притворяется экстрасенсом и под предлогом «очищения» просто вымогает у доверчивого мужчины продукты. Как такое допустили вышестоящие органы, непонятно, и такой сюжетный ход сильно бьёт по репутации спецслужб — разве можно на них надеяться, если их руководители шагу ступить не могут без разрешения экстрасенса?

Несмотря на недовольство своего начальника, Асель всё же добивается участия в спецоперации по поимке наркобандита. Но для этого девушке нужно стать сексуализированным объектом, на который «клюнет» организатор наркотрафика. И если бы Асель не согласилась на такие условия, то, вероятно, и в спецоперации она бы не участвовала. К сожалению, спецагенты в фильме — некомпетентные недоучки, поэтому подозрение падает на обычного парня Ерлана, которому не повезло оказаться в одном кафе с Асель. Она флиртует с молодым человеком, зовёт его на свидание, и он сам, и его семья сразу строят далеко идущие планы. Ерлан сначала сопротивляется, резонно отмечая, что видел девушку один раз и этого мало для создания семьи. Но мать говорит: «Один раз — сразу в загс», а младший брат добавляет: «Будет сопротивляться — клади на лопатки». Зритель помнит, что Асель себя в обиду не даст и на лопатки положит скорее всю семью Ерлана, но, абстрагируясь от этого знания, мы снова получаем нормализацию насилия над женщиной.

Не обошлось в фильме и без кражи невесты: младший брат Ерлана усыпляет Асель, прячет её в машине и, довольный своим поступком, рассказывает об этом герою. Тот сначала возмущается, а потом всё-таки увозит девушку, чтобы против её воли сделать своей женой. Напомним, похищение человека — уголовное преступление, порицаемое в цивилизованном мире. Но для создателей казахстанских комедий Уголовный кодекс не писан, так что кража невесты в них преподносится как нечто обыденное и забавное. Вот и в «Келин особого назначения» главная героиня становится невесткой поневоле. И снова: мы знаем, что Асель ведёт спецоперацию, она подозревает Ерлана и его семью, за ней стоит целая команда спецназовцев, ей нечего бояться. Поэтому преступные действия семьи Ерлана не считываются как противозаконные, и это один из основных минусов ленты. Если бы между строк создатели оставили для зрителя послание о недопустимости похищения, то претензий к фильму не было.

Но и без этого у картины хватает проблем: например, образ свекрови Асель словно собрали по кусочкам из стереотипов всех предыдущих фильмов о келин. Невестка интересует свекровь исключительно как бесплатная рабочая сила. Женщину не волнует даже, любит ли келин её сына и что она за человек: главное, пусть стирает, готовит, моет посуду, подметает двор, наливает чай. Лучше складываются отношения у Асель с бабушкой мужа, хотя и она регулярно высказывает мизогинные мысли. Когда девушка интересуется, чем занимается её внук, бабушка осаживает её, говоря: «Разве мужчине подобает отчитываться перед женщиной?»

Разумеется, по всем канонам «келин-муви» Асель со временем начнёт симпатизировать семье Ерлана, а в него самого влюбится. Однако зритель остаётся с вопросом, насколько жизнеспособны отношения, начавшиеся со лжи и похищения. Действительно, любовь, построенная на обмане — распространённый троп для ромкомов разных эпох, начиная от «Римских каникул» с Одри Хёпберн и заканчивая казахстанскими фильмами о келинках. Но режиссёры в мире уже занимаются деконструкцией ромкомов и их критикой, а казахстанские кинематографисты предпочитают двигаться по накатанной, потому что уверены: зрители съедят и не такое.

Потому фильмы про келинок получаются такими стереотипными и клишированными, а образы в них — настолько нежизнеспособными. Прогресс наметится только тогда, когда киноделы начнут уважать зрителя и видеть в нём думающего и эмпатичного человека, которому не всё равно, над чем и как смеяться. А до тех пор мы так и будем смотреть на келинок со стокгольмским синдромом и прочими психологическими травмами.