7 июля пройдёт онлайн-конференция «Миграция во время COVID-19. Что нужно знать журналисту». Принять участие в ней приглашаются журналисты медиа и независимые авторы из Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Узбекистана, Туркменистана.
Что будет?
Цель конференции — через выступления экспертов рассказать о том, с какими проблемами столкнулись мигранты и беженцы в Центральной Азии во время COVID-19, как пандемия повлияла на миграционную ситуацию в регионе, что и как сейчас делают международные организации, НКО для того, чтобы помочь мигрантам.
На конференции представят примеры журналистских проектов по миграции в эпоху COVID-19, которые подготовлены в других регионах мира при сотрудничестве МОМ и Internews и другими некоммерческими организациями, а также представят источники, ресурсы, сервисы, которые будут полезны для журналистов, освещающих эту тему.
Конференция проводится в партнёрстве с региональным проектом «Усиление борьбы с торговлей людьми и защиты уязвимых мигрантов в Центральной Азии в ответ на региональные и глобальные вызовы», реализуемым Международной организацией по миграции (МОМ) / Агентством ООН по миграции при финансовой поддержке Министерства иностранных дел Королевства Норвегии.
Как это будет происходить?
Эксперты и журналисты соберутся вместе на площадке Zoom (до 50 человек), встреча также будет транслироваться в YouTube и Facebook для увеличения заинтересованной аудитории. По формату это будет информационное мероприятие, главные задачи которого — обозначить проблему, привлечь внимание, показать форматы и примеры, достойные распространения.
В конференции примут участие:
Сергей Рязанцев, член-корреспондент РАН
Марина Храмова, заместитель директора Института социально-политических исследований РАН
Нодира Саидкаримова, страновой координатор проекта ЮСАИД по Безопасной миграции в Центральной Азии
Дарья Манина, координатор коммуникационных проектов в комитете «Гражданское содействие»
Когда?
Онлайн-конференция пройдёт 7 июля с 16:00 до 18:00 в Zoom.
Как принять участие?
Для того чтобы принять участие в онлайн-конференции, необходимо оставить заявку на сайте. Конфиденциальность указанной информации гарантируется.
Все зарегистрированные участники за день до конференции получат оповещение со ссылкой на участие в конференции в Zoom.
ВАЖНО: Участие строго по онлайн-регистрации! На момент подключения к конференции необходимо иметь доступ к интернету и рекомендуется не опаздывать!
Что потом?
Онлайн-конференция «Миграция во время COVID-19. Что нужно знать журналисту» — часть глобальной образовательной программы для медиа по освещению ситуации с миграцией, беженцами и национальными меньшинствами во время COVID-19. Кроме неё запланированы конференции, тренинги, воркшопы с центральноазиатскими, российскими, украинскими, европейскими медиаэкспертами.
Проект реализуется международной некоммерческой организацией Internews и финансируется Европейским Союзом. Проект направлен на усиление устойчивости граждан к фактам радикализации и дезинформации, ведущим к насильственному экстремизму, путём поддержки СМИ, организаций гражданского общества, государственных учреждений, религиозных лидеров и активных граждан Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана. Для достижения этой цели Internews поддержит национальные и региональные программы, направленные на производство инклюзивного, высококачественного контента, который является точным, заслуживающим доверия и сбалансированным, чтобы помочь местному населению повысить его способность делать осознанный выбор и принимать позитивные меры в поддержку мира и безопасности против попыток и фактов радикализации. Проект реализуется с октября 2019 года с общим бюджетом в 4 500 000 евро и охватывает все страны Центральной Азии.
Несколько месяцев назад я положительно отозвался о документальном фильме «По ту сторону нефти» авторов «Уральской недели» Лукпана Ахмедьярова и Рауля Упорова. Несмотря на очевидные недостатки, картина о депрессивных посёлках близ нефтяных месторождений произвела на меня большое впечатление. Недавно творческий тандем выдал новую документалку — «Саян. Из столицы в аул». Это картина о программисте, который вдруг занялся фермерским делом, пытаясь внедрить в хозяйство компьютерные технологии. Возможно, я бы не взялся за исследование этого фильма с таким интересом, не выпусти режиссёр Канат Бейсекеев с месяц назад свой очередной кинопортрет «Kamal. Как играть в баскетбол в студенческой лиге в США». Интересно, что таких вроде бы разных, но удивительно схожих по своей сути работ — ещё поискать.
Плохая визитная карточка
То, что сразу настораживает в фильме «Саян», — явно дилетантские видеосъёмка и монтаж. Справедливости ради, таковыми они были и в хорошем фильме «По ту сторону нефти», но в тот раз я сделал скидку, потому что большое содержание показалось мне намного важнее формы. Однако бесконечно делать поправки на непрофессионализм газетных журналистов в деле обеспечения зрителя качественным визуалом я не имею права — есть риск, что гуляющий фокус, неубедительная работа со светом и трясущаяся камера станут визитными карточками документалистов из Уральска. Оправданий не может быть ещё и потому, что в новой картине страдает самая основа — в ней нет истории, есть лишь статический образ и набор исходной информации, и из этих ингредиентов не удалось собрать ничего путного. Набор этот прост. Программист по имени Саян после 12 лет офисной работы в Алматы переехал в родной аул и занялся скотоводством. Заодно решил применить свои профессиональные навыки и теперь пасёт коров с помощью GPS-приложения.
Если изъять из ситуации сложность казахстанских реалий, главная идея картины сводится к демонстрации портрета отечественного «илона маска», мыслящего категорией двуединства мечты и возможности. Если же от сложности не бежать и держать в уме капризы исторического момента, придётся признать: необычен герой не своими навыками и амбициями, а прежде всего самим побегом из города в аул — то есть разворотом лицом к экономическому урагану, который уносит иных, безропотных и согласных, в противоположном направлении, в сытые застойные города. С этой точки зрения все приспособления героя по захвату геолокации пасущихся бурёнок и его же очаровательный оптимизм — лишь заезды на главную тему. И она шире, масштабнее, чем портрет неунывающего фермера.
Более того, без стремления к философскому обобщению, без попытки выйти за пределы скупого повествования все усилия авторов лишаются малейшей ценности. Во-первых, потому что семейное хозяйство Саяна представляет собой довольно далёкое от представлений о передовой ферме зрелище. Стереотипы эти разбиваются о привычные инвариантные пейзажи, которые и есть настоящий Казахстан — с облупленными саманными строениями, грязными дорогами и торжеством ручного труда. Во-вторых, я вижу попытку авторов оперировать популярной мифологемой «интеллигент в деревне». И если фильм этот всего лишь про Илона нашего Маска, смысл этого усилия исчезающе мал. Саян таскает воду в бидоне на тележке, перекладывает вилами сено, но чистенький городской кэжуал на нём (не какая-нибудь потёртая рабочая сменка) мешает уверовать, что все эти действия не только для операторской картинки. В-третьих, смекалке Саяна, конечно, можно позавидовать, однако его рассказ про ведение хозяйства — с помощью нормальной бухгалтерии, учёта голов скота, таблиц в Exel и GPS-маячками на животных — если и впечатляющ, то только по меркам его родного посёлка и множества похожих на него селений, разбросанных по стране, куда азы современного фермерского дела, возможно, ещё не дошли.
Возможно, так и было задумано: показать технологическую отсталость нашего села через пример деловой хватки эдакого Джека Восьмёркина (персонаж советского фильма «Джек Восьмёркин — «американец»», прим. ред.), пытающегося преодолеть тяжёлую инерцию сельскохозяйственных устоев. Да, только в таком случае история с дауншифтингом обретает логику. Согласно ей, Саян — не олицетворение экспортированной из города на малую родину передовой мысли. Он лишь иллюстрация того самого запустения, понятная только на фоне сельских декораций с передаваемыми из поколения в поколение эмалированными кастрюлями, чёрными от возраста бидонами для воды и в целом тем постоянным на селе избытком старых вещей, который не всегда от бедности, но всегда от прагматичного к ним отношения. Но в итоге впечатляет не Exel, добравшийся до села, а сам этот избыток, который и есть печать непреходящих непростых времён; въедаются в память и саманные стены со старинной глиной из-под обвалившейся штукатурки, и напуганная корова, которую верх ногами, связанную, увозят трактором.
Но глубинный смысл фильма всё же в другом. Я к нему ещё вернусь — при сравнении «Саяна» со свежей картиной Каната Бейсекеева.
Третья лига
Удивительно, как не похож на фильм «Уральской недели» новый документальный портрет от Каната Бейсекеева. «Kamal. Как играть в баскетбол в студенческой лиге в США», и как он на него в итоге похож.
Отдавая должное безусловному режиссёрскому и операторскому мастерству Бейсекеева, я уже высказывал мнение о зацикленности автора на своём творческом коньке, назвав значительную часть его фильмографии педалированием вечной казахстанской темы «переезда из маленького аула в большой город», которая конструктивно не меняется от того, что бейсекеевские герои едут из маленькой страны в центр мира.
«Kamal. Как играть в баскетбол в студенческой лиге в США» — это история о студенте американского вуза по имени Камал, который получил возможность учиться за границей благодаря баскетболу. Спортивные способности парня заметили преподаватели. Видимо, тут требуется пояснение. Университетский спорт в США — это далеко не то же самое, что университетский спорт в Казахстане. За океаном для многих профессионалов именно выступления в студенческой лиге становятся первым значимым трамплином в спортивной карьере. Вузы, в свою очередь, охотно набирают физически одарённых абитуриентов (иногда именно эти таланты становятся чуть ли не главными при отборе). Алматинец Камал, с детства увлекающийся баскетболом, один из немногих «наших», кому удалось получить американский грант благодаря спортивным способностям.
Камал рассказывает, что его заметили далеко не с первой попытки, а Канат Бейсекеев старательно фиксирует на видео (и это великолепная операторская и монтажная работа) тренировочный процесс и маленькие спортивные драмы на баскетбольной площадке и в раздевалке. В фильме есть все необходимые, почти обязательные для таких работ, сюжетные атрибуты: Братство Команды, Поражение от Сильного Соперника, Вдохновляющая Речь Тренера. Есть даже Великий Мастер — уличный тренер, случайно встретившийся Камалу во время поездки в Нью-Йорк.
«Главное — это ритм», — твердит темнокожий уличный спортсмен Камалу, великодушно даря свою философию баскетбола (кстати, тонко воспринятый ритм игры немаловажен и в фильме Бейсекеева, динамику которого будто задаёт дриблинг — удары мячом во время перемещения игрока). Но подарит ли встреча с темнокожим гуру важный, судьбоносный навык нашему студенту — неизвестно. Тренировка в Бронксе — это завершающий эпизод, и Бейсекеев не покажет нам, изменится ли Камал в лучшую сторону далее, во время игр своей студенческой лиги.
Я не хочу приводить документальное кино к стандартам игрового. И, может быть, ожидаемый мною показ нового уровня Камала — это попсовый ход в духе дешёвых художественных спортивных драм. Но в отсутствие результата как следствия всех этих усилий весь эпизод со встречей на баскетбольной площадке в нью-йоркском Бронксе кажется несколько натянутым — в конце он и вовсе сужается до высокопарных рассуждений главного героя о ценности баскетбола для подрастающих поколений, и это разочаровывает. Оборвав историю, Бейсекеев купирует фильм до очередной истории о соотечественнике, которому хватило способностей и целеустремлённости попасть в США.
Особенность вселенной Бейсекеева — и, возможно, это главный её изъян: она существует в той системе ценностей, в которой герои фильмов выбираются не из исключительности их самих (Камал явно не выдающийся игрок в своей лиге), а из того убеждения, что сам по себе переезд в центр мира равен его покорению. Например, для того чтобы переехать в ту же Москву и стать поводом для бейсекеевского фильма, надо достичь уровня звезды стендапа и стать Нурланом Сабуровым. Для американской серии фильмов достаточно дорасти, например, до контрактника в армии.
Бейсекеев занимается подробным исследованием соотечественников, оказавшихся на чужбине. Вполне возможно, так он ищет ответ на вопрос о сути патриотизма в эпоху глобализации и взаимопроникновения культур. А, возможно, ещё и идёт на поводу интереса аудитории, которой заграница с присказкой «знай наших» интересна. Но, сдаётся мне, Бейсекеев, кроме всего прочего, ищет героя своего времени. И природа этого исследовательского интереса телепортирует фильм «Kamal» в одно измерение с таким непохожим, на первый взгляд, фильмом «Саян».
С чего начинается Родина
Безусловно, фильм «Kamal», в отличие от «Саяна», даже при всех моих замечаниях, — это абсолютно профессиональный уровень документалистики, на котором можно не обсуждать качество формы, а с содержанием можно лишь соглашаться или не соглашаться. И я бы не хотел сравнивать фильмы такой разной весовой категории, зачем тратить время читателя на очевидное.
Интереснее сопоставить другое и заострить внимание на направленности мысли режиссёров Ахмедьярова и Бейсекеева, на их побуждении обратиться к своим (таким разным вроде бы) героям.
Но для начала хотел бы исполнить обещанное и рассказать о главной идее фильма «Саян», которая явно была заложена при создании, но, к сожалению, оказалась плохо раскрытой. Фильм Ахмедьярова — о поиске национального пути и о приобщении к народным истокам. Потому что переезд главного героя в аул и занятие скотоводческим делом — это не просто перемещение из одних условий в другие, это, в философском смысле, возвращение. Другими словами, это попытка приблизиться к Золотому веку и переосмыслить образовавшуюся историческую пустоту после падения великой кочевой цивилизации.
Финальный эпизод абсолютно прозрачен. Герой запускает квадрокоптер для наблюдения за стадами с воздуха и шутит: раньше его предки так запускали орлов. Квадрокоптер летит над степью, а Лукпан Ахмедьяров как бы говорит нам о возрождении национального кода через переосмысление современных достижений. Правда, несмотря на очевидность последнего эпизода, идею эту из фильма приходится буквально по крохам выдавливать, словно пасту из старого тюбика. Потому что герой плохо раскрыт, а действие в фильме формально, постановочно, и на поверхности то, что Саян так и остаётся парнем, который умеет связывать корову и работать вилами, а иногда запускает квадрокоптеры. Но не всё так просто.
При исследовательском сопоставлении двух фильмов кажется, что герои — и Саян, и Камал — выбирают разные направления движения: один стремится в мир западной цивилизации, другой тяготеет к родной земле, один использует спортивные навыки в царстве науки, другой — интеллектуальный багаж в мире сельского труда. Но не случайно один из эпизодов Бейсекеев посвящает важной фразе студента, который хочет после окончания вуза вернуться в Казахстан. Очевидно, что в будущем Камал может повторить путь Саяна, решительно выбравшего для жизни посёлок Хан Ордасы Западно-Казахстанской области. Возвращение в Казахстан для Камала, как и возвращение в свой посёлок для Саяна, — это возвращение к истокам с другого, правда, витка спирали.
Герои во многом схожи.
Интересно, что баскетбол в истории о Камале будто отражает суть отношений в западном обществе: якобы команда — это некое братство индивидуалистов, и в жизни этой общины скрещение рук с выкрикиванием лозунгов перед игрой действительно необходимо, потому что для временного сосредоточения на коллективной цели этим индивидуалистам нужен ритуальный триггер. И, несмотря на вовлечение в спортивную командную деятельность, Камал ищет новый опыт в одиночестве и находит его в лице своего уличного тренера. Между делом студент рассуждает о том, что игра для него всё же находится на втором месте после учёбы: Камал — один из традиционных бейсекеевских героев-прагматиков, словно в назидание обгоняющих прогрессивностью взглядов многих соотечественников, оставшихся на Родине.
В фильме Лукпана Ахмедьярова главный герой также изображается одиночкой, который рассчитывает только на свои навыки, продумывает жизнь на два шага вперёд, и, как уже было сказано, способен плыть против течения.
Сходятся главные герои двух фильмов и тем, что они выхвачены посреди своего пути — в хозяйстве Саяна, как я уже говорил, пока нет лоска современной животноводческой фермы, а у Камала очевидные проблемы с техникой игры: он вовсю пользуется коронными дальними бросками, но с игрой у щита явно не преуспевает. Таким образом, в обоих случаях главную ценность обретают не достижения, которые весьма относительны, а сами действия во имя высокой цели. В двух портретах совершенно разных режиссёров угадывается какая-то общая возрожденческая мысль, вера в человека и в разум. И обращение к Саяну и Камалу так или иначе связано с рассуждением о будущем страны. Ахмедьяров и Бейсекеев независимо друг от друга, но сходным образом пытаются понять, что нас ждёт впереди.
С 30 июня в Казахстане стал вещать новый канал «Абай ТВ». Министр информации и общественного развития Аида Балаева заявила, что это «нишевый канал, посвящённый богатству и наследию отечественной культуры». «Абай ТВ» входит в ТРК «Казахстан». О предыстории и первых днях нового телеканала рассказывает медиакритик «Нового репортёра» Газинур Гиздатов.
Культура до культуры
У культурной тематики на отечественном телеэкране своя непростая ретроспектива, которую стоит вспомнить. Ещё 10 лет назад на каждом казахстанском канале были собственные передачи, посвящённые культурному прошлому и настоящему. Все они имели немногочисленную, но преданную аудиторию. Передачи о культуре были разные по уровню, существовали, как правило, недолго, исключительно на спонсорские деньги и растворялись в небытии. Некоторые из них больше предлагали пафосные эпитеты, набор клише под заклинания учёных «этот персонаж — наш человек».
На этом фоне захватывали фундаментальным и критическим уровнем осмысления происходящего в культуре «Времён связующая нить» Мурата Ауэзова («Хабар») и «Открытая Азия» Ауэзхана Кодара («Тан»). Из других эксклюзивных запомнился «Чердак» на телеканале «Астана», в котором телезрителю предлагались местные образчики постмодерновой культуры или казахстанская культурпродукция в необычной упаковке. Конечно же, наиболее зрелищными и профессиональными были монументальные документальные сериалы «Хабара» и «Ел Арны» об историко-культурном наследии «Линия судьбы» (продюсерские центры GALA TV, «Медиазавод»).
В тех давних документальных фильмах были бесспорные по своей значимости имена для всего Казахстана. Привлекала попытка показать не биографию, а само становление человека, неважно — писателя, художника, учёного. Именно в них, в передачах «Линии судьбы», могли прозвучать самые серьёзные, неангажированные мысли о времени и о себе. Совсем не устарела одна из фраз казахстанского режиссёра Серика Апрымова. Она скорее даёт понимание современного в казахстанском искусстве: «Исчезла атмосфера». Ещё радикальнее тогда оценивал ситуацию казахстанский культуролог Ауэзхан Кодар, говоривший, что «казахстанская культура — это плод, возросший в тепличных условиях демагогической новой общности — советского народа, и потому абсолютно лишённый самобытного культурно-созидающего пафоса».
С 2011 года начал свое вещание канал «Мәдениет», в основном это были передачи на казахском языке о традиционных музыкальных и сценических культурных формах: «Ақсарай», «Сол жылдар», «Өркениет», «Қылқалам» и «Сахна». Канал о культуре, помимо этого, успел выпустить масштабные по форме проекты: документальный цикл фильмов об Абае, 10-серийный цикл «Қазақ даласының құпиялары», которые до сих пор встречаются в сетке вещания других каналов.
В 2014 году канал «Бiлiм» слили с «Мәдениет», и в таком виде «Білім және Мәдениет» («Знание и Культура») просуществовал свои лучшие четыре года почти до конца 2016 года. Медиапродукция нескольких продюсерских центров стала основой канала о культуре с передачами «Первые», «Казахстан: вчера, сегодня, завтра».
К бесспорным последним удачам того канала нужно отнести документальный цикл «Портреты заговорили» («Медиазавод»). Впервые на нашем телевидении рассказывали об актёрах не просто с любовью, а фактами творческой биографии, передача о Лидии Каден здесь запросто соседствовала с монологами Разии Хасановой, фильм о Серике Нарымбетове шёл вслед передаче о Чингизе Капине.
Потом этот телеканал в линейке Агентства «Хабар» вошёл в «Kazakh TV», потеряв по дороге всё, что можно, в том числе базовые циклы «Личность», «Этнокультура», «Искусство» и другие. То, что осталось, трудно отнести к полноценному телепредставлению казахстанской культуры.
Реинкарнация забытого
На фоне такого грустного прошлого и COVID-19 неожиданно для всех появился «Абай ТВ». Название многообещающее и ко многому обязывающее. Судить только по первым дням невозможно, особенно в ситуации, когда отсутствовала проговорённая внятная концепция нового канала. Было торжественное открытие с чиновниками и министрами. Все почему-то больше говорили о неоспариваемом — о значении Абая в культуре Казахстана, чем о требуемом — о казахстанской культуре в её телепроявлении. Можно предположить, что в эти дни телезрителям несколько кощунственными показались наигранные уверения в необходимости вспомнить о культуре. Возник риторический вопрос: а зачем было о ней забывать?
Кстати, формируемая на глазах сетка вещания нового канала до боли знакома по «Мәдениет» — практически с теми же персонажами театрального и художественного мира 20-летней давности. Далее на канале последовательно представили телеверсию концерта в Нур-Султане в честь 175-летия поэта от 21 января и телеверсию эссе-вечера «Абайдан аманат», запись концерта от 26 февраля, где Абай явно утонул в патоке красивых слов. Современные образчики казахстанского искусства, в том числе в его телеверсиях, обнаруживают глубинное сходство с советским соцреализмом: тематическая прямолинейность, назидательный и пафосный характер, иногда даже свободу от вкуса.
Затем в сетке канала были незамысловатые, но серьёзные беседы о культурном житье-бытье — «Сарасөз», с очень, на взгляд художников-оформителей, богатым интерьером, искусственным камином и ненавязчивой звуковой подкладкой. Сюда же была включена беседа с министром культуры и спорта Актоты Раимкуловой. Беседа, несмотря на камерный характер передачи, больше смотрелась отчётом по культурным достижениям последних лет. Наверное, многие кинозрители из Казахстана удивятся, узнав, что вписанные в государственную программу «Рухани Жангыру» и многажды раскритикованные историками и искусствоведами фильмы «Казахское ханство» и «Томирис» — это тоже средства сохранения культурного кода. Этим понятием чиновники уже научились свободно, но не всегда уместно оперировать. Далее последовали беседы с артистами и певцами, которых мы традиционно видим на других казахстанских каналах. Эксклюзива не случилось.
Скромность и простота первых дней извинительны. В телепередаче «Мәдениет жауhарлары» пока элементарно повторили то, что было сделано в разные годы в докарантинную эпоху. Все слова и оценки верные, но культура не должна быть повёрнута только лицом в прошлое. На канале «Абай ТВ» хотелось видеть не только уже зафиксированные образчики традиционной и классической культуры (и не в нафталиновом их предъявлении), а, конечно, современную культуру во всех её проявлениях. Ведь она у нас есть.
Появятся ли на «Абай ТВ» новые смыслы? Ведь сам поэт призывал к духовному поиску себя в своём времени. Пока же мы видим только то, какой казахстанскую культуру хотела бы видеть власть.
PS. Вот так сейчас выглядит сайт нового телеканала. На странице в YouTube материалы из информационных программ телеканала QAZAQSTAN. Наверное, можно сделать ссылку на то, что это новый проект, но зачем нужно было запускать его, если ничего не готово?
Канал Kókshe — это Акмолинский областной филиал АО «РТРК «Казахстан», основан 21 сентября 1999 года после передислокации центра Акмолинской области из Астаны в Кокшетау. Если заглянуть на сайт телеканала, можно узнать, что новости в его эфире составляют 23 %. Медиакритик «Нового репортёра» Алия Нагорнюк посмотрела несколько июньских выпусков.
Вёрстка и анонсы
Представьте себе, что вы смотрите новости. И сегодня в выпуске:
Президент поздравил медработников
Президент поедет в Москву на парад
Назначение вице-министра
Парламент. Отчёт по бюджету
Онлайн-совещание – Nur Otan
Аппаратное совещание
О выборах в Сенат
О внесении изменений в Процессуальный кодекс
Юбиляр (10 минут!)
ЕНТ
О засухе
Погода
Сразу можно себе представить тоскливое времяпрепровождение у экрана. Анонсы, которые должны завлекать, вызывают только одну реакцию — ску-у-ука!
«В областном филиале партии Nur Otan состоялась онлайн-встреча по вопросам строительства многоквартирного дома для медицинских работников Зерендинского района». На канале, видимо, забыли, для чего нужен анонс. Это едва ли не единственный случай такого укоренения канцелярской лексики на региональном информационном поле. Причём она намертво прижилась даже в анонсах! Хочу напомнить, что анонсы — это не просто оглашение повестки дня новостей, это новостной рекламный слоган, если хотите. И сказать «Оставайтесь с нами!» явно недостаточно. Чтобы зритель остался, над анонсами надо работать не меньше, чем над сюжетами.
О людях, историях и законах жанра
В большинстве своём столичные новости даны безотносительно к жизни людей в Акмолинской области (чиновники не в счёт), если не считать молодых врачей и аксакалов, которые просят дождя у Аллаха — вот, кстати, отправная точка сюжета, а не «В этом году высока вероятность засухи…».
Вообще нормальных человеческих историй практически нет в эфире канала. Одни бесконечные заседаловки. К примеру, звучит закадровый текст о Дне медицинского работника, уже прочитано поздравление президента, но текст всё висит. Можно показать самих врачей и медсестёр в сегодняшних непростых реалиях, живую картинку буквально 2-3 секунды, а не ведущую. Такие кадры усилят и заключительную фразу президента: «Государство в приоритетном порядке будет оказывать помощь медикам».
Сюжет об аппаратном совещании (так уж окрестили тему авторы) приобретает иную жанровую структуру. Из вроде как сюжета он перерастает во «встречу акима области с собственным аппаратом». Закадровый текст журналиста идёт на убыль, его заменяют недопустимо длинные синхроны руководителя области. Позиция редакции вполне понятна. Но есть же законы жанра! О них и поговорим.
Материал должен содержать некую ударную фразу — лид (от английского lead — вести, лидировать). Это может быть информационный повод, основная мысль сюжета, цитата… С неё, пульсирующей и ёмкой, и стартуем. По содержанию это: что, где, когда, с кем и как произошло.
Что же у нас? «Аким Акмолинской области Ермек Маржикпаев в срочном порядке собрал аппаратное совещание. Главный вопрос повестки — эпидемиологическая обстановка в регионе». Хотя в интервью материал прекрасный: «…по постановлению мы ограничили до 50 человек, но всё равно собирают по 200-300…» (и покажите эти тои!). Или, когда аким говорит о расширении географии заражения в регионах, стоит показать этих самых людей.
Глава региона говорит: «Качество работы акимов будет оцениваться… и по заболевшим коронавирусом. Имейте в виду». Это же подарок для лида!
Написать интересный, интригующий, увлекательный, насыщенный, эмоциональный сюжет можно всегда. Надо учиться видеть тему и своих потенциальных героев.
Именно с истории героя предпочтительно начинать сюжеты по одной простой причине — такие зарисовки всегда интересны зрителю. И иногда герои в новостях канала всё же встречаются. Например, в материале «Все профессии нужны!» (название редакции — А. Н.).
Но, к сожалению, вся структура рушится, от задумки не остаётся и следа. Уже на подступах к сюжету, в подводке, редакторы новостей (или автор и ведущая) отваживают зрителя от экрана: «При подготовке и выделении грантов на обучение учитывается потребность региона в кадрах с техническим профессиональным образованием. Отсюда формируется количество бесплатных мест в учебных заведениях. Грантов на регион отведено 4 тысячи 764…» И т. д., т. п., как говорится.
А ведь в подводку нужно было вывести именно новость — и она в устах Валерия Гамазова, заместителя руководителя областного управления. Их даже две: принимать будут по лучшему среднему баллу ряда предметов аттестата, а по рабочим специальностям будут зачислять практически ВСЕХ — по итогам собеседования.
И зачем — скучнейшая статистика в подводке! Обилие цифр, конечно, катастрофическое: «Грантов… 4764», «800 грантов», «выделено свыше 400 мест», «плюс 1190 мест», «33 колледжа», «более 21 тысячи студентов», «по 94 специальностям», «139 квалификациям», «для всех 13 отраслей»… Есть даже повторяющиеся!
Статистика лишь подтверждает вашу информацию, она должна быть подчинена основной мысли сюжета, если, конечно, сама по себе не является лидом. Надо просто выбрать, а не вываливать всё на несчастного зрителя, достаточно было графики.
Однако на фоне остальных материалов в этом хоть какое-то тяготение к стандартам новостного текста мы наблюдаем (герой в самом начале). И, к чести журналиста, при таком количестве числительных допущена лишь одна погрешность — «…а это ещё тысячу мест». Правильно: «А это ещё одна тысяча мест».
Сродни школьному сочинению «Кем я хочу стать» — концовка сюжета о Дне полиции. Этакий панегирик в честь правоохранителей: «День казахстанской полиции — знак уважения и благодарности всем, кто самоотверженно создавал казахстанскую полицию и трудится в её рядах. Во всем мире эта профессия — одна из самых престижных и уважаемых. Стражи порядка всегда бесстрашно встают на пути нарушителей закона, рискуют собой, защищая жизни граждан». Не подвергая сомнению нужность нашей полиции, хочу сказать, что такими хвалебными речами её престиж до уровня всеобщей народной любви и уважения не поднять. А вот эмоциональный рассказ о герое-полицейском, а не о функциях патрульной полиции, был бы уместен.
И уж, конечно, в новостном сюжете не место назидательности. «Государственный служащий — как зеркало государственной власти. Он должен обладать такими качествами, как совесть, справедливость и, самое главное, — высокой организаторской способностью. Работу видит и оценивает общество».
Ошибки и канцелярит
Некоторые тексты кокшетауских журналистов можно считать безнадёжно «мертволежащими». Здесь не просто обилие канцеляризмов и штампов, присущих чиновникам оборотов речи, но их доминирование.
Давайте разберём несколько типичных ошибок.
«После отмены режима чрезвычайной ситуации мы расслабились, это надо признать. Именно так президент раскритиковал нарастающую в последние дни эпидЭмию (так произнесено, звук «д» должен быть мягким — А. Н.) коронавируса». Эпидемию, знаете, критикуй-не критикуй… Видимо, глава государства имел в виду людей.
Некоторые материалы и в стилевом, и в информационном отношении — по сути объявления, а то и развернутые инструкции, чаще всего подкреплённые синхронами чиновников (которые, кстати, в отличие от журналистов, часто тяготеют к простому и ясному изложению):
«На блокпостах важно соблюдать строгие санитарные требования. Магазины, реализующие продукты питания и бытовую химию, будут работать с 8 утра до 9 вечера. Непродовольственные — с 10.00 до 19.00. В салонах красоты население смогут принимать только по предварительной записи».
Иногда бывает, что журналисты делают новости «для галочки» — не столько для людей, сколько чтобы было довольно областное начальство. Хочется верить, что эта история — не про канал Kókshe. И что его новостная программа просто всё ещё находится в поисках своего собственного стиля. Надеемся, поиск не затянется.
27 июня Таджикистан праздновал День национального единства. Двадцать три года тому назад в республике закончилась кровопролитная гражданская война, и противоборствующие стороны — правительство во главе с нынешним президентом страны и объединённая таджикская оппозиция — подписали в Москве мирное соглашение. С тех пор многое изменилось. Осенью 2015 года костяк оппозиции — Партию исламского возрождения — обвинили в попытке госпереворота и Верховным судом признали террористической. В конце 2015 года президент Таджикистана Эмомали Рахмон получил статус Основателя мира и национального единства, Лидера нации. О том, каким сейчас видят этот праздник государственные каналы в Таджикистане, — в материале «Нового репортёра».
Подготовку к 27 июня все государственные телеканалы начали задолго до праздничной даты. Уже в начале июня в эфире появились документальные фильмы, посвящённые страшным 90-м годам: беженцы, танки на дорогах столицы, толпы разъярённых мужчин, трупы крупным планом. Фильмы в большинстве своём подготовлены силами пресс-службы президента страны, и их транслировали на всех государственных каналах — от республиканских до областных и районных. Была создана даже специальная сетка вещания: в 12:30 и в 21:10 на канале «Точикистон», в 10:20 и 20:40 — на «Сафине», в 08:30 и 19:30 — на новостном канале «Джахоннамо», в 14:30 и 22:00 их показывает канал «Синамо», а в 07:30 и 18:10 — все областные телеканалы.
Душанбе, 90-е годы, фото Валерия Щеколдина
Со второй декады июня телеканалы стали подводить итоги мирной жизни начиная с 1997 года: каждый день — сюжет об одном годе. Например, 2006 год был объявлен Годом арийской культуры, и телевизионщики напоминают, какие события происходили в том году; 2010-й — Годом образования и технического знания, и сюжеты телеканалов рассказывают о том, что было сделано. В мирное время открываются заводы и фабрики, президент Эмомали Рахмон ездит по стране и участвует в высоких встречах за рубежом. Всё бурлит и кипит, народ работает на полях и в садах, на фабриках и на заводах, везде царят мир и спокойствие. На фоне военной хроники 90-х мирная жизнь и правда выглядит впечатляюще.
Предателей не прощают
В середине июня в эфирах государственных телеканалов Таджикистана появился трёхсерийный фильм «Хиёнат» («Предательство»). Повествование телевизионщики начали вести с сегодняшнего дня: в кадре красивая картинка современного Душанбе — зелёные парки, девушки в национальных платьях, новенькие спортивные площадки. Через пару минут яркие краски сменяются на блёклую военную хронику 1990 года, когда в стране произошли печально известные февральские события. СССР доживал свои последние дни, на площадях Душанбе стали собираться недовольные граждане. Картинка разъярённой толпы в центре столицы, с которой всё и началось, до сих пор вызывает у таджикистанцев самые неприятные чувства, на которые, видимо, и рассчитывают госканалы.
Душанбе, 90-е годы, фото Валерия Щеколдина
Неожиданно в кадре появляется заставка «COVID-19», кадры из Америки — больницы, переполненные пациентами, кладбища для людей, скончавшихся от вируса, слёзы родственников. Следом — кадры из Таджикистана: здесь никаких слёз, врачи с гордо поднятыми головами выходят из больниц, по горным дорогам едет колонна грузовиков с гуманитарной помощью, дезинфекторы обрабатывают города, строятся новые больницы. Закадровый голос рассказывает о напастях, которые пережил Таджикистан: в 90-е была гражданская война, теперь эпидемия коронавируса. Справились с первым, справимся и со вторым.
После коронавируса начинается история Мухиддина Кабири, главы запрещённой Партии исламского возрождения (ПИВ), её бывший лидер Абдулло Нури 27 июня 1997 года подписывал мирное соглашение с нынешним президентом страны. Самого Нури не стало в 2006-м, а через девять лет после его кончины партия во главе с Кабири была признана террористической и запрещена на территории страны. Лидер запрещённой партии и часть его сподвижников успели уехать в Европу, другая часть попала за решетку. Вместе с Кабири авторы фильма показывают активистов и журналистов, воют волки, закадровый голос говорит: «Кто ошибся, того можно простить, но кто предал, нет тому прощения». Эта заставка будет появляться перед каждой серией фильма «Хиёнат».
В первом эпизоде картины бывшие сторонники запрещённой партии и даже родственники самого Кабири подробно рассказывают, какие коварные планы были у оппозиционеров, как они врали народу. После сюжет перемещается в Файзабад — это район в 50 километрах от Душанбе, малая Родина Мухиддина Кабири. Сначала журналисты напоминают, что Файзабад считается одним из самых красивых районов Таджикистана, показывают знаменитые файзабадские яблоки, перечисляют всех знаменитых деятелей культуры, которые здесь родились. Потом приступают к Кабири. На экране появляется текст его биографии и уже всем знакомое изображение вируса COVID-19 и надпись «Кабири — коронавирус XXI века».
Теперь хроника событий в Таджикистане в 90-х годах смешивается с кадрами терактов, которые произошли в разных странах, журналисты рассказывают о связях запрещённой Партии исламского возрождения с мировым терроризмом. Под конец этой серии зрители возвращаются в мирное время, когда Таджикистан начал строить Рогунскую ГЭС и открывать разные фабрики.
Вторая серия фильма «Хиёнат» посвящена зверствам, которые творили представители оппозиции в 90-е годы. Например, они организовали экономическую блокаду Кулябского региона, там были голод и эпидемия гелиотропа. Ведущий говорит, что гелиотроп страшнее коронавируса, и если власти тогда смогли справиться с гелиотропом, сейчас справятся с COVID-19. Авторы рассказывают про филиал партии, который находился в здании районной бани, тут людей пытали, убивали, и проводят параллели между запрещённой Партией исламского возрождения и ИГ (Исламское государство — запрещённая террористическая организация, прим. авт.). И кажется, что местная группировка даже страшнее.
Душанбе, 90-е годы, фото Валерия Щеколдина
Потому что перечисляются все самые громкие преступления прошлых лет, начиная с убийства иностранных велотуристов летом 2018 года (ответственность за теракт взяла ИГ — прим. авт.) и заканчивая нападением на 12-ю погранзаставу Московского погранотряда в 1993-м. Авторы напоминают, что в годы гражданской войны были убиты более ста представителей интеллигенции, среди которых профессора медицины Минходж Гулямов, Юсуф Искаки, журналист Отахон Латифи и многие-многие другие.
«Для чего они убивали интеллигенцию?» — спрашивает закадровый голос. «Для того чтобы без труда внедрить свою идеологию», — отвечает он же.
И, наконец, третья серия начинается с рассказа о таджикском журналисте Мирзо Салимпуре (Мирзо Салимов), который работал на «Радио Озоди», жил в Праге, но в 2016 году открыл сайт Akhbor.com (весной 2020 года признан Верховным судом «обслуживающим террористические и экстремистские организации» и заблокирован на территории Таджикистана — прим. авт.). В этой серии фильма авторы рассказывают о том, как запрещённая партия распространяет свою информацию с помощью сайтов и социальных сетей, как вербует граждан, как ведёт подрывную деятельность не только в Таджикистане, но и в других странах.
Заканчивается фильм «Хиёнат» кадрами таджикских военных парадов, картинками мирного Душанбе, звучит торжественный марш.
Человек пути и идеальное государство
Накануне праздника телеканал «Сафина» показал фильм «Марди рох» («Человек пути»). Эта картина была снята авторами «Сафины» два года назад. Она посвящена судьбе страны и тому, как к власти пришёл Эмомали Рахмон, который «в сложные 90-е годы взял на себя ответственность за государство и народ». Рассказ ведётся от имени 25-летнего человека, который был свидетелем крушения СССР, обретения страной независимости. В этом фильме также очень много внимания уделено событиям гражданской войны: пугающая хроника 90-х годов, комментарии свидетелей. Есть здесь и рассказ самого президента: уже в наши дни он едет в новеньком поезде из Душанбе в Куляб, вспоминает о тяжёлых временах и говорит о том, что нельзя предавать свой народ.
Душанбе, 90-е годы, фото Валерия Щеколдина
Кроме документальных фильмов, в эфире государственных телеканалов в июне были и аналитические программы, посвящённые Дню национального единства. Например, 23 июня в передаче телеканала «Точикистон» «Дар мавзуи руз» («На тему дня») ведущий Фахриддин Мухаммадъюсуф разговаривал с гостями — депутатами таджикского парламента и юристами, которые объясняли телезрителям, что такое национальное единство. По мнению депутатов, национальное единство — это когда народ сплачивается вокруг национального лидера. Эксперты ещё раз напомнили об особой роли президента Эмомали Рахмона, о том, что он обещал объединить таджиков и своё обещание выполнил. Юрист Джахонгир Саидзода подвёл итоги этой передачи и сказал, что нам уже не надо искать идеалы, потому что Таджикистан и есть идеальная страна. Это независимое, правовое, демократическое государство, которое мы должны беречь.
О том, что страну нужно беречь, население Таджикистана знает очень хорошо. Несмотря на то, что гражданская война закончилась 23 года тому назад, самый большой страх таджикистанцев, даже тех, кто не видел военных действий, — это повторение кровопролития. Обычным гражданам неважно, как развивались сложные сценарии гражданского противостояния в 90-е годы, в которых до конца не разобрались даже профессиональные историки: лишь бы не было войны. Судя по контенту на эту тему, который подготовили государственные телеканалы, разбираться в причинах и последствиях гражданской войны уже никто и не будет. Есть плохие, есть хорошие — так жизнь воспринимать проще и понятнее.
На одной из медиаконференций коллега призналась мне: «Знаете, я нетолерантна к ЛГБТ, поэтому никогда и ничего о них писать не буду». Общественные стигмы не могут не влиять на медиаконтент. Не писать об ЛГБТ, если душит гомофобия, — возможно, неплохая идея. Во всяком случае, это лучше, чем притворяться толерантным, но в текстах с упоминанием ЛГБТ позволять себе пропаганду нетерпимости.
Оправдать насилие
В мае этого года сотрудники охранного агентства в Костанае за волосы тащили человека по улице. Прохожие сняли всё на смартфон. Через несколько минут соцсети кипели от возмущения. А вечером журналисты «31 канала» поспешили «успокоить» своих зрителей.
«Оказалось, что снято оно (видео — А. Б.) в Костанае. На кадрах двое мужчин за волосы тащат хрупкую девушку и заталкивают её в служебный автомобиль. В полиции сообщили предысторию конфликта и ещё один любопытный факт», — сначала заинтриговала ведущая «Информбюро».
Дальше зрителям рассказали, что героиня ролика по документам — мужчина, но представляется трансгендерной женщиной. В интервью руководитель охранного агентства обвинил её в агрессивном поведении — якобы она била стекла, даже поранила самих охранников.
Сарказм, отсутствие позиции второй стороны конфликта выглядели как нелепая попытка журналистов обелить охранников. Будто если человек трансгендер, уважать его во время задержания или записывать его комментарий для материала совсем необязательно. К тому же, автор текста отмечает, что дело по статье о превышении служебных полномочий полиция завела после того, как видеоролик стал популярным в интернете. Вероятно, что если бы не было кадров, снятых очевидцем, на действия охранников полиция и вовсе не обратила бы внимания.
Аналогичные материалы вышли в некоторых региональных изданиях. Кто-то даже вспомнил прежние истории героини, связанные с полицей, которые освещало телевидение. Хотя они не имели отношения к теме.
Тему подхватили информагентства. «Охранники за волосы протащили девушку, которая оказалась парнем, по асфальту в Костанае», — такой заголовок придумали редакторы сайта Tengrinews.kz. Главная сенсация в статье — трансгендерность пострадавшей во время задержания.
Возмущение пользователей соцсетей по поводу жестокости охранников утихло уже на следующий день.
Поверить в безысходность
О представителях ЛГБТ-сообщества казахстанские СМИ пишут нечасто. Большинство материалов — о скандальных, криминальных случаях. Отдельная категория — это статьи о трагических ситуациях, которые уверяют читателя в безысходности.
«Несмотря на то, что мама знает мою историю, другим людям и родственникам я про это не рассказываю. Сейчас я не ищу отношений, но периодически знакомлюсь с парнями через мобильные приложения. Наверное, так и пройдёт моя жизнь — в сокрытии своей истинной сущности и страхе разоблачения. Иногда мне в голову приходят мысли о том, что пора «завязывать» с гомосексуализмом, найти себе жену, родить детей, но, с другой стороны, уже поздно это делать, большая часть жизни прожита», — так завершается статья на сайте Нур.кз о жизни героя из Атырау, который скрывает свою гомосексуальность.
Читатель узнаёт о тяжелой судьбе мужчины, может быть, проникается сочувствием, но не видит выхода из страшной ситуации. Просвета не видит и тот, кто относит себя к ЛГБТ и в тайне от всех ищет информацию в Сети, вчитываясь в строки подобных статей. В соцсетях материал сопровождают десятки гомофобных комментариев, и это ещё больше усиливает стигму.
Социальные роли важнее сексуальной ориентации
Если судить по контенту казахстанских СМИ на тему ЛГБТ, в жизни этих людей мало что происходит хорошего. Быть геем, лесбиянкой, трансгендером или бисексуалом в нашей стране действительно нелегко. Но ведь среди них есть не только маргиналы, которых нам показывают в выпусках криминальной хроники. Представители ЛГБТ-сообщества — это ещё и обычные законопослушные граждане, профессионалы в разных сферах, любящие и любимые, сумевшие преодолеть разные трудности или преодолевающие их сейчас; они защищают права, воспитывают детей или мечтают о них, становятся наставниками или открывают интересные проекты…
Конечно, на каминг-аут многие не решаются, чтобы избежать хейтинга, неудач в делах или даже насилия. Выходит замкнутый круг. И в этом смысле именно СМИ могли бы сделать более решительные шаги, чтобы рассказать интересные истории о жизни представителей ЛГБТ-сообщества с точки зрения их социальных ролей, без акцентов на сексуальную ориентацию.
В этом смысле интересна история музыканта Марата Бисенгалиева, рассказанная автору статьи «Люди, откуда в вас столько ненависти?» на сайте Exclusive.
— Как-то в разговоре с местным продюсером я обмолвился, что дружу с человеком нетрадиционной ориентации. На меня посмотрели как на больного: «Но это ведь болезнь, от таких общество надо избавлять». Я и сам до отъезда на Запад был неистовым гомофобом. Знакомство с талантливыми людьми, имеющими нетрадиционную ориентацию, перевернуло мои представления, — говорит музыкант.
Этот материал вообще можно считать одним из хороших примеров освещения темы ЛГБТ. Его автор сумел посмотреть на ситуацию с разных сторон, дав слово не только представителям ЛГБТ-сообщества. Ценны для понимания сути проблемы комментарии экспертов в этой сфере, объясняющие, что неприятие сексуальных меньшинств — признак незрелости общества и невежества. На их фоне контрастируют высказывания российского эксперта, выступающего против ЛГБТ-парадов.
Еще немного хороших примеров
Над материалами о проблемах ЛГБТ ответственно работают журналисты «Радио Азаттык» — вместо погони за сенсацией они предпочитают взвешенные интервью и попытки разобраться в сути проблемы. Свежий пример — история гея из Уральска, пережившего несколько похищений, насилие со стороны родителей, в том числе принудительное «лечение» от гомосексуальности с помощью операции на головном мозге. Репортеры издания не только представили пострадавшему площадку, чтобы он рассказал, что происходит в его жизни, но и дополнили материал комментариями специалистов, которые объясняют, почему гомосексуальность — это не патология. Так читатель получает полную информацию о проблеме зашиты прав человека и видит причины гомофобии.
Материал на эту же тему «Казахстанский эксперт: Гомосексуальность — не болезнь и не надо ее лечить»» удивил читателей газеты «Литер». Ранее редакция издания воздерживалась от освещения проблем ЛГБТ. Опубликованное интервью врача-психиатра Ирины Ленской — отличное просветительское пособие, в котором эксперт развенчала самые популярные мифы об ЛГБТ.
Отдельное место на пьедестале лучших создателей контента об ЛГБТ занимают лонгриды портала «Информбюро», в которых авторы подробно исследуют тему, представляют комментарии известных экспертов, политиков, дополняют текст данными и креативной инфографикой.
Подобных работ не хватает казахоязычным изданиям. В личных беседах редакторы независимых информационных ресурсов признаются, что публикации о толерантности к ЛГБТ и защите их прав могут отпугнуть лояльную аудиторию, и это снизит просмотры.
Гомофобия помогает политикам
Защита прав ЛГБТ в Казахстане — вопрос, несомненно, политический. Государственное телевидение, имеющее самый большой охват аудитории, особенно в регионах, избегает эту тему. Зато чуть ли не в каждом казахоязычном ток-шоу пропагандирует женскую покорность или поднимает вопрос токал.
Коммерческое телевидение выглядит более решительным в этом вопросе. На YouTube популярны выпуски ток-шоу «Өз ойым», опубликованные на канале «7 канал Казахстан» с участием трансгендерных женщин. В них гости травят героинь, всячески патологизируют их и унижают. Предлагают даже принять закон, защищающий казахскую идеологию. Кто-то беспокоится, что публичность героини лишит молодёжь «иммунитета против ЛГБТ». В итоге создатели шоу приходят к ожидаемому выводу: «такая» демократия нам не нужна. Эти выпуски набрали от нескольких тысяч до 1,9 миллиона просмотров.
Гомофобия, подогреваемая медиа, может стать реальной поддерживающей политической силой. Очевидно, что и казахстанская власть это прекрасно понимает. Когда в августе прошлого года акиматы столицы и Алматы отказали ЛГБТ-активистам в проведении мирного митинга, на YouTube-канале Atameken Business News опубликовали видеоролик, совсем не относящийся к теме бизнеса.
«Мы не исключаем, что если бы митинг разрешили, то не обошлось бы без массовых беспорядков, а это то, что нам меньше всего сейчас нужно. А ещё Казахстан ещё не готов создавать прецедент для практически всего постсоветского пространства. На наш взгляд, в наших реалиях, с нашими семейными ценностями разрешения на собрания ЛГБТ способны дискриминировать власть в глазах огромного количества людей», — говорит безымянный автор.
Эта риторика созвучна с позицией правительства и депутатов, которым во время обсуждения темы дискриминации прав на мирные собрания всё время мерещатся угрозы массовых беспорядков. И пока общество не готово вступаться за равенства прав всех граждан без исключения, управлять массами власти легче всего.
В соседней России пропаганда нетерпимости к ЛГБТ привела к возможности создания гомофобной рекламы о путинских поправках в Конституцию. Ролик стал популярным прежде, чем его успел заблокировать YouTube.
Вот почему права ЛГБТ в странах с развитой демократией — это права всех граждан, а не отдельной социальной группы, которой всё время советуют не высовываться. И медиа не боятся сообщать об этом.
Если вы всё ещё думаете, что после отмены режима ЧП можно себе позволить свободно передвигаться где угодно, просто посмотрите выпуски итоговых программ. И по возможности оставайтесь дома. Уже даже «Хабар» рассказывает честно и откровенно: больницы в Казахстане переполнены, люди умирают от пневмонии, причём у них не всегда при этом находят коронавирус. ВОЗ внесла РК в список стран, где инфекция распространяется стремительно. Напряжённая ситуация с COVID-19 в нашей стране и в мире — главная тема недели.
«7 кун» увлекательно рассказал о Параде Победы в Москве, «Аналитика» — не менее увлекательно о ЕНТ. Apta сделала хороший сюжет про людей, которые не могут после карантина заплатить за коммунальные услуги.
«Большие новости», КТК
Ушли в отпуск.
«7 кун», «Хабар»
Выпуск начинается с констатации факта: лучше не становится. Начало прошло под плашкой «#Береги ближнего!» и иллюстрировалось непонятными и жуткими кадрами болеющих людей, раздетых, незаблюренных. Из следующего сюжета станет ясно, что это кадры из одной переполненной больницы в регионе, где людей размещают вообще везде: на полу, на складах, в других помещениях.
Корреспондент Амир Саменбетов выходит на связь из аптеки и встревоженно рассказывает: у его мамы поднялась температура. Маму отправили лечиться дома, корреспондент объехал несколько аптек, необходимых лекарств нет. Тема продолжается в сюжете «Вирус в деле», который начинается со скандального видеоролика, на котором недовольный мужчина ругается с врачом, отказывающем в госпитализации родственника. Ситуацию комментирует кто-то по телефону, вероятно, из больницы — не то врач, не то администратор. Непонятно. Похожие истории о ситуации в больницах, в аптеках из разных регионов. Шымкент, Актау, Уральск: больницы переполнены, лекарств нет, врачи держатся из последних сил. Есть и простые люди, и чиновники, и сотрудники больниц и аптек. Сюжет полный и объективный, страшный: вероятно, так нам хотели объяснить, что дела плохи, шутки в сторону, сидим дома.
Нурсултан Назарбаев, несмотря на подтверждённый коронавирус, чувствует себя хорошо и продолжает работать.
Следующий сюжет — о тысячах казахстанцев, которые отказались уходить в изоляцию и вместе ежедневно ведут борьбу с коронавирусом. Речь о врачах, полицейских, военнослужащих, волонтёрах и журналистах. Президент Токаев на онлайн-форуме наградил больше 300 человек, которые работают на передовой. Синхроны Токаева, награждённых, воодушевляющая речь корреспондента с пафосными эпитетами. «Суровые по жизни и видавшие многое», — это он, например, о полицейских. Наградили и корреспондента «Хабара» — Марка Брюшко. У зрителя вопрос: в стране всё плохо-плохо или уже можно расслабиться и проводить имиджевые мероприятия?
Токаев посетил Парад Победы, который состоялся на неделе в Москве. Вместе с ним приехали 50 лучших казахстанских бойцов, которые прошли по Красной Площади. Очевидный плюс сюжета: объяснили спорную тему. Оказывается, на парад допускали только после проверки на коронавирус — именно поэтому все участники торжественного шествия были без масок и перчаток. Если хоть у одного члена делегации — будь то президент или военный — тест оказывался положительным, делегацию снимали с участия. Были ли такие случаи — нам не рассказали, зато сообщили, что казахстанские участники парада долго находились в самоизоляции перед мероприятием и тщательно берегли своё здоровье. Сюжет завершается опросом людей на улицах. Россияне признают вклад Казахстана в Победу. И вот опять вопрос, который остаётся без ответа: были ли среди опрошенных те, кто не признаёт? Если нет или их не вставили в сюжет, тогда зачем был нужен этот опрос?
Выпуск завершается очередной зарисовкой в стиле «ведущий работает из дома»: Александр Трухачёв у себя во дворе подстригает кусты. Так он затронул тему проливных дождей и отметил — растения после осадков растут ещё быстрее.
«Аналитика», «Первый канал Евразия»
Программа начинается с обзора ситуации с коронавирусом, эту неделю ведущая называет самой неспокойной и пугающей. Но, несмотря на это, отдельного материала о ситуации с коронавирусной инфекцией в Казахстане не сделали, рассказали о том, как обстоят дела в разных странах мира. Например, мы узнали, что заканчиваются места для пациентов в больницах в южных штатах США, как с местами для больных казахстанцев в Казахстане — не говорили. Правда, подробно объяснили, при каких симптомах что делать, как себя вести. Завершается материал информацией из Парижа, где готовятся открыть Лувр, который, видимо, должен вдохновить 20 тысяч больных казахстанцев: «Возможность запечатлить (вместо запечатлеть — прим. ред.) себя рядом с шедевром дорогого стоит… картины как бы напоминают: коронавирус, ограничения пройдут, обязательно закончатся, а вот искусство будет жить вечно, и жизнь всегда идёт свои чередом».
Отдельный материал «Аналитика» посвятила отечественному производству, которое развивается на фоне пандемии. Например, сейчас в стране уже девять предприятий выпускают медицинские маски, откроют ещё четыре. Журналисты задаются вопросом, почему это не произошло раньше, и получают ответ: на рынке много конкурентов, само государство часто покупает зарубежные аналоги. Представителей государства с комментариями в материале нет. Этот же сюжет показывает, до какого абсурда можно дойти, если следовать правилу казахстанского телевидения и не указывать названия предприятий в информационных программах. Все спикеры или с одного производства, или с пяти разных — непонятно.
Материал о том, как в этом году сдавали ЕНТ, можно было бы назвать украшением выпуска. В его центре героиня-выпускница, девушка из многодетной семьи, которая готовилась к экзаменам на карантине. В это логичное повествование органично вписались комментарии от учителей, проверяющих, психологов. Но, видимо, этого показалось мало, и появилась ещё одна героиня, которая два года назад и шпаргалки пронесла, и сейчас в Турции бесплатно учится, и, наверное, там и останется. Зачем автор включила эту историю, непонятно. Или затем, чтобы показать, что на ЕНТ жизнь не заканчивается, или как пример, куда ехать, если не сдашь экзамен.
Завершает выпуск сюжет на довольно избитую тему — журналисты в который раз противопоставляют массовый и детский спорт профессиональному и показывают, что в профессиональный вкладывают непомерно большие деньги, а детям ничего не достаётся, и как в таких условиях у нас будут расти хорошие спортсмены? При всей избитости темы материал задуман и снят интересно, написан хорошим языком, получился полным и сбалансированным. Единственное — если комментарий Ильи Ильина (странно, что тяжелоатлет рассуждает о футболе, но допустим) записан при такой откровенно плохой связи, стоило продублировать его субтитрами.
Apta, QAZAQSTAN
Apta началась с темы пандемии. ВОЗ добавила Казахстан в список стран, в которых быстро распространяется коронавирус. На эту тему не было отдельного сюжета, но была почти семиминутная дикторская речь с синхронами выздоровевших и врачей. Говорили также о нехватке мест в больницах и самолечении.
Касым-Жомарт Токаев принял участие в военном параде в Москве. Ведущая рассказала: люди обсуждали тот факт, что казахстанский президент не надел георгиевскую ленту, а когда по площади прошла наша десантно-штурмовая бригада, встал с места. Затем Жайна Сламбек туманно заключила: мол, «политический фон проведения этого парада ясен». Очень может быть, что кому-то и ясен, но кому-то точно нет, и эти люди никаких объяснений не получили. Желательно от эксперта-политолога.
Первый сюжет программы был посвящён теме роста долгов казахстанцев за коммунальные услуги. Материал получился содержательным и сбалансированным, с яркими историями людей, которые лишились дохода во время карантина и не платят по счетам уже 3-4 месяца. Только один недостаток. В сюжете социолог назвала систему коммунальных услуг слабой. После этого хотелось бы услышать ответ от профильных министерств. Но его не было.
ООН сообщает: когда уровень безработицы повышается, экономика в кризисе, растёт количество случаев трудового рабства. В сюжете на эту тему — истории людей, которые попали в трудовое рабство на десятки лет, есть комментарий от фонда помощи людям в таких ситуациях. Не хватило комментариев от полицейских или от любых экспертов, которые, скажем, могли бы дать рекомендации, как не попасть в трудовое рабство.
Мужчина стал донором и отдал часть печени своей племяннице, страдавшей циррозом, тем самым спас ей жизнь. После этого девушка родила второго ребёнка. Все благодарят друг друга и врачей. Хороший и позитивный сюжет.
На прошлой неделе газета ANA TILI напечатала интервью с Касым-Жомартом Токаевым. В программе Apta читали из него длинные отрывки, а потом взяли по этому поводу комментарии у писателей, поэтов, депутатов и даже самого журналиста, который сделал это интервью.
Завершилась программа информацией о том, что два сотрудника телеканала QAZAQSTAN получили награды в свой профессиональный праздник, а также видео «закулисья» программы Apta. А между ними почему-то вставили блок про американские политические новости.
Мониторинг итоговых ТВ-программ казахстанских телеканалов проводится «Новым репортёром» на постоянной основе еженедельно и публикуется по понедельникам.
Ажиотаж по поводу коронавируса в мае, похоже, упал до минимума, о чём убедительно свидетельствуют данные телевизионных рейтингов. Кроме ежедневных новостных сводок, зрителей стали заботить вполне мирские вещи вроде судьбы любимых героев мыльных опер. В майском топе нашлось место и для непотопляемого Леонида Якубовича, и для несдающегося Леонардо Ди Каприо. Даже телерепортёры будто поверили в то, что кризис исчерпан, и настало время обратить внимание на обывателей, обивающих пороги сельских акиматов, и столичных цветочников. Предлагаем обзор десяти самых популярных телепродуктов мая*.
1. Новости КТК (6,23**). Официальное завершение режима чрезвычайного положения казахстанцы встретили за просмотром новостей. Вечерний выпуск от 11 мая собрал у телеэкранов рекордное для месяца количество зрителей. В назначенное время перед аудиторией появился глава государства «с целым рядом инициатив, направленных на поддержку не только бизнеса, но и самих казахстанцев». Не все из этих инициатив, к слову, впечатлили бывалых репортёров КТК: «слегка размытым, но весомым» они, например, назвали поручение президента о необходимости выстроить новую систему экономики. В остальном двухчастный сюжет, вторая половина которого оптимистично называлась «Пойдём на поправку», не предвещал коллапса, о котором телеканал будет вещать своим зрителям уже через месяц.
2. Новости КТК (5,7). 4 мая хедлайнером выпуска стал не коронавирус, а новое «второе лицо» государства, спикер сената Маулен Ашимбаев. В лаконичном сюжете зрителям показали стройные ряды единогласно голосующих за кандидатуру Ашимбаева сенаторов и показали синхрон, в котором новоявленный глава верхней палаты парламента говорит, что после окончания режима чрезвычайного положения все госорганы должны заняться «поддержанием преемственности политики Елбасы». О том, что всё идет к благополучной отмене режима ЧП, говорили и другие сюжеты выпуска: о главном санвраче, указавшем на стабилизацию ситуации с COVID-19; об индексе самоизоляции казахстанцев, который «упал ниже тройки»; о столичных «романтиках», которые остались без цветов, и поэтому «воркуют здесь только голуби».
3. Новости КТК (5,48). В выпуске от 19 мая сюжеты о коронавирусе составляли явное меньшинство: корреспонденты КТК во всей красе представили аудитории демоверсию летней новостной повестки. Так, выпуск начался с рассказа о «страшной трагедии» — подросток в Таразе якобы убил свою младшую сестру из-за планшета. «Поговаривают, что планшет, который не поделили в тот злосчастный день, выделили школьникам для дистанционной учёбы», — намекает на неслучайность произошедшего закадровый голос. Темы других сюжетов выпуска захватывают не меньше: на окраине Шымкента в большегрузах из-за простоя начал гнить лук; жители посёлка Калкаман пригнали скот на газон перед сельским акиматом в знак протеста; казахстанцы могут найти собутыльников в интернете.
4. «Поле чудес» (5,32). В самом популярном майском выпуске капитал-шоу с трибун исчезли жёлтые шары, имитирующие зрителей. В предпраздничном выпуске от 8 мая трибуны наглухо закрыли, что, однако, никак не отразилось ни на количестве аплодисментов, ни на качестве закадрового смеха. Но, отдавая дань ограничениям, которые пандемия внесла в нашу жизнь, Леонид Якубович предпочел всё же отказаться от объятий, довольно неуклюже заменив их соответствующими жестами на расстоянии. Гостями программы, посвящённой Дню Победы, стали граждане многих постсоветских стран — в том числе Казахстана. Республику представлял алматинский музыкант, который вместе с вокалисткой исполнил знаменитый вальс о весне из комедии Шакена Айманова «Наш милый доктор».
5. «Диверсант. Крым» (5,3). Спустя 13 лет «Первый канал» выпустил на экраны продолжение известного сериала про разведчиков — Лёню Филатова и Лёшу Бобрикова. Казахстанская аудитория «Евразии» в мае имела счастье насладиться премьерой двухсерийного фильма одновременно с российским зрителем. Сюжет разворачивается вокруг нового боевого задания: товарищам поручено в Крыму ликвидировать капитана, ответственного за сдачу одного из рубежей Севастополя немецким войскам (это полностью выдуманная история). Режиссёр новой части обращает внимание, что в этот раз экшена и юмора будет меньше — создатели решили сделать акцент на психологизм и драму. Они претендуют и на некоторые кинооткрытия: например, утверждают, что впервые в картине показана южная немецкая форма.
6. «Кулфи» (5,21). Индийский сериал, который благодаря программной политике телеканала «Астана» сопровождал телезрителей на протяжении всего карантина, в мае поднялся в топе, улучшив свой мартовский рейтинг. «Кулфи» — ремейк другого индийского сериала на бенгальском языке. Критики, если верить приведённым в «Википедии» ссылкам, очень позитивно восприняли премьеру мыльной оперы. По их словам, талантливая исполнительница главной роли, несмотря на свой юный возраст, вызвала живой отклик у самой разной аудитории. Популярность у зрителей принесла актрисе аж три награды за два года — все, правда, от индийских профессионалов в сфере кино и телевидения. Признания от коллег, к слову, удостоилась и продюсер «Кулфи», на чьём счету уже порядка 30 многосерийных фильмов.
7. «Выживший» (5,08). В сентябре прошлого года НТК уже впечатлил своих зрителей демонстрацией этого голливудского киношедевра. В мае рейтинг Леонардо Ди Каприо, сражающегося с суровой природой за выживание, поднялся ещё выше. С фильмом, который принёс исполнителю главной роли, режиссёру и оператору по «Оскару», вероятно, не могло быть иначе. К тому же, эпидемическая ситуация в мире вынудила многих в прямом смысле бороться за собственное выживание. В таких условиях кажется неудивительным, что любители кино выбирали для просмотра фильмы о самоспасении в откровенно безнадёжных обстоятельствах. Чего только стоит одна сцена схватки Ди Каприо с медведем! И хотя в действительности роль медведя исполнил каскадер, актёру пришлось выдержать четыре часа грима, чтобы на него нанесли все необходимые «раны».
8. «Женщина в беде — 2» (4,78). Этот мелодраматический детективный сериал показал аудитории «Первый канал Евразия». «Женщиной в беде» во второй части оказывается подруга главной героини: дизайнер Лена, приехав к состоятельному заказчику, обнаруживает его убитым. Детский ортопед Аня с собственной свадьбы срывается на помощь подозреваемой в убийстве девушке и вместе с мужем начинает распутывать многоходовую мошенническую схему. Претензии к сериалу все под стать средней руки мелодрамы: главному герою не мешало бы похудеть ко второй части, «стрелялки-догонялки» дополняют фальшивые диалоги, а свадебное платье — якобы не в моде. В то же время поклонники жанра восхитились тем, как камера «любит» исполнительницу главной роли.
9. «Такая работа» (4,72). «Первый канал Евразия». 80-серийный российский детектив повествует о работе молодых оперативников, занимающихся расследованиями громких запутанных дел. Перед зрителями предстают амбициозные и неравнодушные полицейские, которые самоотверженно верят в то, что зло должно быть наказано. Наивная драма является адаптацией австралийского сериала «Отдел убийств», заключительный сезон которого вышел в 2011 году. Некоторые пользователи, оставившие отзыв на сериал в сети, указывают на сходство сценария «Отдела убийств» с сюжетом других не менее известных зарубежных детективов — например, «Касла». Те же, кому полицейская драма пришлась по душе, хвалят её за хорошую актёрскую игру, динамичность и возможность пропускать серии, не упуская при этом смысловой канвы.
10. «Женщина в беде — 4» (4,69). В четвёртой части мини-сериала в беду попадает мама главной героини: Валентина ненадолго выходит из дома и пропадает без вести. Супружеская пара, увлекающаяся расследованием всех бед в семье, с энтузиазмом принимается за дело. Вскоре супруги выясняют, что Валентина за большие деньги продала свой земельный участок сыну богатого бизнесмена. Пытаясь понять мотивы матери, Аня узнаёт, что предприниматель оставил ей и Валентине в наследство свой успешный бизнес, за которое ещё, конечно, придётся побороться. Комментаторы в сети не щадят создателей детектива: «Какая-то нескончаемая сказка про «белого бычка». Всё вертится вокруг Ани, которая притягивает бесконечные проблемы. Становится уже смешно от фильма к фильму, какая же неприятность снова обрушится на её голову».
* ТОП-10 основан на данных Kantar (TOO «TNS Central Asia»).
** Рейтинг — потенциальная аудитория программы, выраженная в процентах от общего числа жителей страны, имеющих телевизор. Имеет принципиальное значение для рекламодателей.
Все использованные иллюстрации —скриншоты программ с официальных сайтов телеканалов и YouTube.
Казахстанские журналисты, корреспонденты, репортёры, ведущие, редакторы, верстальщики, корректоры и многие другие принимают поздравления со своим профессиональным праздником — Днём работников СМИ в Казахстане.
«Новый репортёр» присоединяется к поздравлениям и предлагает вам пройти тест и проверить себя — сможете ли вы определить все слова, которые относятся к профессиональному сленгу теле-, радио-, печатной- и интернет-журналистики?
Обратите внимание: для того, чтобы получить баллы за вопрос, необходимо полностью правильно на него ответить. Если вы допускаете ошибку — ответ засчитывается, как полностью неверный. Тест можно проходить неограниченное число раз.
Мы на «Новом репортёре» уже рассказывали, что в материалах СМИ о женщинах на нашем рынке сплошь и рядом встречаются виктимблейминг, дискредитация женщин, пострадавших от насилия, оправдание абьюзеров, советы, как исправить себя, чтобы наконец быть принятой высокоморальным обществом и стать хорошей девочкой. Всё это признаки мизогинии или, проще говоря, женоненавистничества.
И этим самым издания как бы легализуют стигматизацию, травлю жертв, само насилие. Причём нередко авторы таких материалов — сами женщины.
Почему так происходит? Почему такие материалы появляются — ради хайпа? С определённой целью? Или стереотипы выскакивают сами по себе, а авторы их не распознают и не вымарывают?
Ответов нет, их нужно искать. Для этого Internews приглашает сотрудниц (журналистов, редакторов, авторов) центральноазиатских СМИ на первый медиадевичник «Приглуши мизогинию». Это будет душевный, но конструктивный разговор на важные темы.
Когда встречаемся?
27 июня 2020 года, в субботу, в 17:00 по времени Алматы.
Как попасть на встречу?
Зарегистрируйтесь, пожалуйста, здесь, чтобы мы могли отправить вам приглашение в Zoom.
Что взять с собой?
Чай/сок/воду, хорошее настроение и конструктивный настрой (мизогинию не брать).
