Домой Блог Страница 161

Коронавирус, Помпео и снежный коллапс. Мониторинг итоговых ТВ-программ 27 января — 2 февраля

Анна Шабалдина
-
0
Коронавирус, Помпео и снежный коллапс. Мониторинг итоговых ТВ-программ 27 января — 2 февраля

Китайский коронавирус-мутант — абсолютный информационный лидер этой недели, и этот факт признал даже «Хабар» (только Apta пока держится и более важной по-прежнему считает активность президента Казахстана). Также практически все обратили внимание на снежный коллапс на севере Казахстана и осветили эту тему кто со всех сторон, кто только с некоторых. Ну и, конечно, все, кроме КТК, рассказали про встречу Токаева с американским госсекретарём и визите президента в ОАЭ.

В остальном разброс главных материалов недели на разных телеканалах был широким — от очередной школьной реформы до тюремных пыток. В нашем мониторинге — программы КТК, «Первого канала Евразия», «Хабара» и QAZAQSTAN.

«Большие новости», КТК

Казахстан готов помочь Китаю бороться с коронавирусом и вывозит из Поднебесной своих граждан. Это главная тема выпуска «Больших новостей». Уже на первых минутах журналисты «проехались катком» по Минздраву: ведомство Елжана Биртанова хотя и проводит брифинги каждый день, но задавать вопросы на них корреспондентам не разрешают. В том числе и из-за отсутствия внятной информации в мессенджерах рассылаются фейки, на которые полиция реагирует весьма споро. А лучше бы на прессу реагировал Минздрав, подводит нас к логичному выводу программа.

Мелкая, но досадная, как заноза, и очень неприятная ошибка на графике в специальном репортаже про коронавирус: казалось бы, уж журналисты КТК должны знать, как пишется слово Таиланд. Но нет. Такие мелочи очень портят имидж любого СМИ.

К содержанию сюжета вопросов почти нет. Правда, не очень понятно было, всё-таки умеют наши медики распознавать коронавирус, или они просто умеют все остальные вирусы распознавать, и таким образом, методом исключения, делают вывод, что в Казахстане пока нет заразившихся? Про Россию в этом смысле рассказали вполне чётко: учёные соседней страны уже в течение 3-4 часов могут определить этот мутировавший коронавирус.

В рубрике «Больше деталей» — важная тема: нам опять предлагают варианты досрочного снятия пенсионных накоплений. И опять этими вариантами довольны, мягко говоря, не все. И снова как не отметить «мелкую» небрежность: вот нам рассказывают, что стоимость обучения в Казахстане начинается от 150 тысяч тенге. В месяц? В год? Остаётся сидеть и гадать. Или это неважно, по мнению корреспондентов?

И вообще в рубрике проблема с балансом. Ладно, людям могут предложить брать деньги из пенсионных накоплений на образование — в кредит под два процента. Людей это возмутило. Но почему? Какой-то экономист просто сказал на это, что система работает против граждан (хотя им вообще-то предложили хоть какой-то вариант, да и процент небольшой), а в самом ЕНПФ якобы явно что-то нечисто. Абсолютно бездоказательное заявление. Далее. Нам говорит ведущая Юлия Яскевич: мол, люди хотят забрать свои накопления, потому что не доверяют государству. Допустим. Но, может, тогда стоило бы упомянуть, что эти же люди потом, в старости, это же государство наверняка начнут ругать за то, что им разрешили эти деньги снять, они их профукали, и им теперь не на что жить. Это же пенсионные (!) накопления. И в идеале государство как гарант вообще не должно к этим деньгам никого подпускать. То есть про эту сторону проблемы вообще как бы забыли. И рубрика получилась только про то, какое государство хитрое и нехорошее, и опять что-то не то предложило. А что у ЕНПФ скандалы и проблемы, ну так это несколько другая тема, и она требует другого фактажа.

Сюжеты про снежный коллапс на севере Казахстана и предложение Минобра ставить школьникам оценки по 100-балльной шкале получились полными и сбалансированными. Впрочем, погода и образование — вообще такие темы, на которые опытный журналист может делать нормальные материалы даже не приходя в сознание.

«Аналитика», «Первый канал Евразия»

«Аналитика» на этой неделе — в стиле дайджеста. Коронавирус, реформы в школах, снежные заносы и спасение людей. Обобщая информацию, которая стала известна к концу недели, в материале про вирус из Китая акцент сделали на борьбе со слухами: «информационная зараза» тоже опасна.

В материале о реформах в школе вспомнили об изнасиловании в школьном туалете в Таразе, видео с камер наблюдения теперь предлагается хранить не в самих учреждениях образования, а в едином центре.

В материале про снежное ЧП в Казахстане хорошо поработали с пользовательским видео. Собрали и радость после снега в Актау, и кадры из других регионов, где актаусцам предлагают забрать снег к себе, и облегчение спасённых из заносов. Вопрос о качестве работы коммунальщиков подняли только в конце материала и в общих словах. Съёмочная группа побывала в селе Талапкер недалеко от столицы, где снега насыпало на два-три метра, люди не могли выбраться и доехать до работы. Кто должен за это отвечать в селе, и почему этого не произошло? Ни этого вопроса, ни ответа на него в материале не было.

Материал о борьбе с распространением синтетических наркотиков начинается с удачной аналогии. Болид, несущийся по трассе, сравнивают с наркотиком, попадающим в вену, который с невероятной скоростью активирует процесс разрушения организма. В материале интересный стендап, в котором корреспондент, показывая, как баллончиками с краской рисуют рекламу, закрашивает объектив камеры. Эти элементы делают стандартный материал об изменениях в законодательстве по борьбе с распространением наркотиков запоминающимся.

Историю изучения вирусов и как именно они «работают», препарировали в материале «Корона для вирусов». Корона — это потому, объясняют нам, что именно вирусы — истинные хозяева нашей планеты. Главные эпидемии XX и XXI веков — от испанки до птичьего и свиного гриппа, много любопытной информации, в том числе и то, как это всё затронуло Казахстан. Немало в материале цифр, но подают их не кучно, а дозированно, поэтому воспринимаются эти данные хорошо. Единственная странность — в сюжете говорят о том, что «заканчивается эра антибиотиков» (мы потребляем их бесконтрольно, и они перестают действовать), однако один из экспертов напоминает, что на вирусы антибиотики не действуют вообще. Тогда при чём тут они?

«7 кун», «Хабар»

Главная тема на «Хабаре» — тоже коронавирус, а не кто-то из президентов. «7 кун» даёт как информацию, которую кто-то выдал ещё неделю назад (что, например, невозможно подхватить эту инфекцию через еду или посылки), так и новую — что заражённых в Казахстане пока нет.

Ну и хватит о главном, переходим к президентам. Протокольные встречи обоих, отдельный сюжет сделали о переговорах Касым-Жомарта Токаева и госсекретаря США Майка Помпео. Никакой особенной информации материал не содержал и вообще был сделан именно в форме сюжета, как выяснилось в конце, потому, что Помпео дал «Хабару» эксклюзивное интервью.

Более симпатичный — как минимум, по картинке — материал про визит нашего президента в ОАЭ. Кроме красивых кадров, много интересной информации — например, про дворец, в котором принимали казахстанскую делегацию, или про конкретные проекты, которые будут совместно развивать наши страны. Причём говорили в кадре не только чиновники, но и арабские бизнесмены.

Далее программа вновь возвращается к теме коронавируса — уже в виде сюжета. Хороший сюжет, даже китайские врачи в нём были, которые рассказали, как они болезнь диагностируют. Журналисты «Хабара» говорят, что дефицита масок в стране нет (их в этом заверил Минздрав). Но если верить КТК, чьи корреспонденты, в отличие от хабаровских, ходили по аптекам, дефицит всё-таки есть: где-то маски кончились, а где-то продают, скажем, не более 10 штук в одни руки.

Пример отлично сбалансированного, хорошо наполненного сюжета — про коррупцию в сфере сельского хозяйства. Автор дал высказаться всем сторонам, эксперты даже подробно объяснили, почему Казахстан ввёл ограничения на продажу скота за рубеж. Но так бывает: все стандарты соблюдены, а сюжет скучный. Когда корреспондент уже может такое делать, можно учиться придумывать «фишечки», которые цепляют, привлекают внимание.

Сюжет «Жизнь в долг» — на животрепещущую тему потребительского кредитования. О новых его правилах рассказала исполнительный директор кредитного бюро — то, что люди получили поддержку (напомним, в прошлом году многим людям списали их долги банкам), не значит, что они не смогут больше получить кредиты, просто условия получения ужесточатся. Эксперты, финансовые аналитики рассуждают, почему люди берут кредиты. Опросили людей, они рассказали, на что брали кредиты и как оказались в долговой яме. Эксперт-психолог смотрится очень свежо, даёт рекомендации: как решить, нужен вам кредит или нет. Очень полезная информация, кстати. Вообще сюжет и полезным получился, и интересным.

Завершило выпуск то самое эксклюзивное интервью с Майком Помпео, порадовала берущая интервью журналистка, хорошо говорящая по-английски и задающая с восхищённым лицом толковые вопросы.

Apta, QAZAQSTAN

По версии авторов Apta, главная тема недели — визит в Казахстан госсекретаря США Майка Помпео. Ведущая Жайна Сламбек быстро перечислила, с кем встретился американский гость, затем ему самому дали слово. Помпео сказал, что поддерживает экономические и политические реформы Токаева. В целом информация про визит чиновника такого уровня была подана сухо и без комментариев экспертов-политологов (а их хотелось, раз уж этот визит — главнее коронавируса, пусть бы нам хотя бы объяснили, почему). Правда, каких-то экспертов ведущая упомянула в контексте, мол, «некоторые эксперты говорят, что влияние США в Центральной Азии не такое сильное, как у России и Китая, но и они, и мы сосредоточены на укреплении отношений» («Кейбір сарапшылар АҚШ-тың Орталық Азияға ықпалы Ресей мен Қытайдың ықпалына жетпейді, дегенмен, қарым-қатынастардың барынша терең болғанына олар да, біз де аса мән береміз, әрине»). Но что именно это за эксперты, откуда они и как их зовут, не пояснила.

Далее опять тема важнее коронавируса: визит Касым-Жомарта Токаева в Объединенные Арабские Эмираты. EXPO-2020 пройдёт в Дубае, в выставке примет участие и Казахстан. Автор материала не сказала, сколько денег наша страна выделила на это участие, зато большой синхрон был посвящён описанию, каким будет наш павильон. Почему нам кажется, что стоило бы упомянуть и про деньги: в декабре прошлого года в казахстанском обществе бурно обсуждалась информация, что Казахстан потратит на участие в EXPO-2020 девять миллиардов тенге. Так что хотелось бы, конечно, услышать, правда ли это, и не изменилась ли сумма в какую-то сторону. Завершился материал словами корреспондента: «Наблюдатели говорят, несмотря на плотный рабочий график, поездка президента была плодотворной» («Бақылаушылар жұмыс кестесінің тығыздығына қарамастан президенттің сапары жемісті болғанын айтады»). А нам интересно, кто эти наблюдатели, и почему они сами не захотели это сказать.

И вот третий материал — наконец, про коронавирус. Казахстан эвакуировал казахстанцев из Уханя. В сюжете кроме прочего — интересная и полезная информация, какие именно Казахстан принимает меры, чтобы вирус-мутант не проник на нашу территорию. Причём корреспондент показывает всё это наглядно, в стендапах: вот его проверяют тепловизором, вот он на себе демонстрирует спецодежду инфекционистов и так далее. И советует: поскольку любой вирус поражает прежде всего людей со слабым иммунитетом, нужно вести здоровый образ жизни, и это пока лучшая профилактика.

Материал про жителей территорий, прилегающих к Семипалатинскому полигону, которым платят маленькие пособия и вообще нужна помощь, получился информативным и эмоциональным. Единственный вопрос: если в тексте сказали, что президент дал некое поручение, а правительство на него не реагирует, стоит спросить у правительства, почему оно не реагирует.

246 человек, которые отбывают наказание в колонии строгого режима в Уральске, опубликовали видео, где рассказали, что они подвергаются пыткам. В сюжете на эту тему есть отрывки из видео, комментарии и родственников, и правозащитников, и сотрудника прокуратуры, но слова сотрудникам или начальству исправительного учреждения (ну или хотя бы КУИС) не дали.

Мониторинг итоговых ТВ-программ казахстанских телеканалов проводится «Новым репортёром» на постоянной основе еженедельно и публикуется по понедельникам.

«Акимы» на «Хабаре 24»: к вам едет ревизор

Сергей Ким
-
0
«Акимы» на «Хабаре 24»: к вам едет ревизор

Я неоднократно утверждал: государственное телевидение Казахстана меняется на глазах. Программа «Акимы», выходящая в эфир на «Хабаре 24», лишнее тому подтверждение. Госпропаганда приспосабливается ко вкусам аудитории и к новой политической повестке. Полагаю, народу нравится, когда власть и простой люд меняются местами, когда градоначальники, как в первый раз, волнуются перед объективами телекамер, а в государственном эфире показывают почти трущобный быт и дороги так и не воспрянувших за много лет закоулков Родины. Проект, выросший из лозунга: слова президента — бессменный эпиграф каждого выпуска, придающий «Акимам» вполне конкретный смысл. Я посмотрел все выпуски и пришёл к выводу, что это неплохая передача. Но только при одном условии.

Слово в слово

Я упомянул эпиграф и, если вы ещё не видели программу, приведу эти слова Касым-Жомарта Токаева, появляющиеся каждый раз в начале программы.

«У людей всегда должен быть доступ к местным властям. Это — аксиома, но не реальность. Считаю возможным в качестве пилотного проекта внедрить систему оценки населением эффективности работы местной власти», — гласит текст, который для убедительности озвучивается поставленным дикторским голосом, подходящим для ведения инаугураций или, например, объявления станций метро. И это важно, потому что бархатный баритон придаёт вступлению такой панихидальной торжественности, что хочется поставить видео на паузу (спасибо видеохостинговой платформе) и настроиться на тоскливый «паркетный» аналитический репортаж.

Но вместо этого мы видим журналиста, отправляющегося в населённые пункты, которых вы не увидите в прогнозе погоды. Вот он спрашивает местных о городских проблемах, а после вваливается без предупреждения в кабинет градоначальника для «допроса с пристрастием»; в конце показывается рейтинг акима по оценкам случайных прохожих… И это гораздо лучше ожидаемого.

Ведущего Асхата Ниязова можно уличить в мелких помарках, допускаемых в устной речи. Но магия телевидения всё-таки действует: спустя несколько минут вы про это забываете. Потому что у Ниязова получается увлечь вас своим мини-вояжем по трущобам разваливающихся городков не хуже популярных тревел-блогеров, обозревающих пятизвёздочные «люксы». Ведущий располагает к себе тем, что не пытается вещать с экрана с напускной важностью. Он шутит, смеётся и делает это естественно, без театрального усиления. Другой его козырь: особая телевизионная пластичность и хорошее «чувство камеры» — угадывается большая практика в информационных программах. Ему в помощь хорошая операторская работа — у человека с камерой отточенные рефлексы, а тандем c журналистом в целом очень «сработанный».

Да и режиссура программы хороша. Вот, например, как ведущий показывает отсутствие уличного освещения во дворах города Рудного: зритель видит кромешную тьму и только угадывающиеся очертания дома.

«Стоит свернуть во двор, где два полноценных пятиэтажных жилых дома, — освещения нет, — говорит невидимый Ниязов и вдруг включает-выключает направленный на своё лицо фонарик. — Вот он я, кстати: меня видно… меня не видно».

Остроумный фокус, заставивший меня улыбнуться, и абсолютно уместное решение задачи «как показать темноту».

Прохожие жалуются на плохую экологическую ситуацию, низкие зарплаты, неремонтируемые дороги и нечищенные тротуары. Ниязов наносит визиты в акиматы, часами караулит их отсутствующих руководителей (одного за два дня так и не находит, потому что, по открывшимся данным, тот живёт в другом городе). В «Акимах», кроме оборотной стороны страны, в которой мы живём, показывается и изнанка журналистской профессии, неприметное закулисье, вроде скучного общения с бюрократами на местах.

И это интересно, потому что некоторые эпизоды снимаются без купюр.

Вообще эффективное оружие съёмочной группы — постоянно включённые камера и микрофон. Осторожно, сотрудник акимата, в эфир может пойти абсолютно всё: попытки замакима подружиться с помощью чая и конфеток; градоначальник, скрывающий страну производства его туфель; местный фотограф в пресс-толпе, посмеивающийся над смелыми по меркам провинциального тоталитаризма вопросами ведущего.

Да, дьявол кроется в деталях: и авторы программы понимают, как показать нам краски удельных княжеств — Атбасар, Ерейментау, Житикара, Степногорск, Темиртау, Рудный… Вот в пустой советского наследия многоэтажке авторы обыгрывают финальные кадры «Ведьмы из Блэр»; вот ведущий делает «снежного ангела» на месте ликвидированной помойки; вот, опрашивая на улице очередного акима, Ниязов вдруг устраивает «баттл» градоначальника и оказавшейся рядом горожанки.

Эти экспромты, некоторые из которых, конечно, заранее подготовлены, хороши для зрителя, уставшего от «говорящих голов», вещающих о «реализациях государственных программ по улучшению чего бы то ни было». В этом новаторство: «Акимы» — это взгляд на городки, вверенные госуправленцам, с нижней палубы. Ниязов и компания не создают видимость облечённых властью ревизоров с длинными аббревиатурами в визитках. А юмор и добрая ирония весьма кстати: они подчёркивают серость маленьких городов и лиц местного чиновничества и прекрасно дополняют приветливость простых жителей. Интересно, что горожане не выглядят в программе статистами и электоральными киборгами. Они в «Акимах» — соль земли, люди с чувством собственного достоинства и требованиями, с будничным юморком размышляющие о нынешних и предыдущих акимах, словно о меняющейся погоде.

Ещё одно оружие авторов программы — вежливость, которая вместе с заклинанием «журналист из Нур-Султана» и верительной грамотой фирменного хабаровского микрофона открывает двери в городские администрации. Отсутствие желания разжиться смотрибельным скандальчиком — несомненный плюс программы «Акимы». С другой стороны, трудно представить «нехабаровскую» съёмочную группу, которой в провинциальных органах так благоволят.

Мелочь не жалко

И мы подходим к проблеме. Программа «Акимы» — часть новой государственной информационной политики и беспримесный пропагандистский продукт. Эпиграф от главного в стране человека подминает под себя цели и задачи. И вся телепередача кажется лишь подтверждением действенности этих слов, представлением для народа о работающих в стране демократических механизмах.

Ниязов в каждом выпуске говорит о том, что ездит по городам Казахстана, показывает, как на самом деле живут люди и насколько они доверяют своему акиму. Но это утверждение без разоблачительных уточнений. Тот же «рейтинг акима», основанный на уличных опросах, каждый раз выглядит карикатурно. Во-первых, потому что это лотерея, а не более-менее точные данные. Такой «выбор народа» лишь подсвечивает факт: акимов в нашей стране назначают. Да, ведущий задаёт собеседникам-акимам вопрос — готовы ли те покинуть пост, если их «народный» рейтинг окажется отрицательным. Конечно, получает положительные ответы. И всё это кажется дымовой завесой со «словами чести» и играми в соцопросы для доверчивых пенсионеров.

Недоумение касается выбора «жертв». Авторы в своих телевизионных исследованиях отдают предпочтение совсем небольшим городам о несколько десятков тысяч населения (исключения два — Темиртау и Рудный, в каждом из которых проживает более ста тысяч, но это весьма относительные исключения). Почему съёмочная группа не заезжает в крупные административные центры — неизвестно. Нам не объясняют сразу, да и содержание программы логику решения не раскрывает.

Нет, мне совсем не обязательно знать, почему именно так. Но складывается впечатление, что акимы мелких городов отданы на откуп в этой игре: смазывать сани большого утверждения (смотрите эпиграф) чем-то надо. Мелких же акимов не жалко: при богатых реках сушёной рыбой топят печи. При этом небольшие населённые пункты со множеством нерешённых проблем могут оказаться вполне удобными: просто они вписываются в ту картину мира, где неблагополучная глубинка разбавляется более-менее пристойной жизнью в крупных городах и побеждается последней, потому что люди всегда думают о большом, а не о мелком и менее значительном.

Конечно, если считать, что вклад Нур-Султана и Алматы в общепринятое представление об уровне и качестве жизни всей страны значительнее остальных сёл-городов, никакой Ерейментау мнение граждан о стране и власти не испортит. Это я рассуждаю, каким образом в списке не оказалось Семея, Актау, Караганды, Павлодара, Костаная да и Нур-Султана с Алматы и Шымкентом, чего греха таить.

Но готов признать, что окончательные выводы делать рано: до завершения телевизионного сезона ещё далеко. Подождём.

В духе вестерна

Подводя итог, я хотел бы рассказать о том, что может склонить вас к положительной оценке программы. Да и что душой кривить — мне она понравилась. Потому что есть главный критерий оценки любого телевизионного продукта. Утверждение, что телевидение может быть любым, но только не скучным, — как раз про «Акимов». У программы есть недостатки, но скучной я её назвать не могу точно.

У авторов есть правильное понимание характера зрительского спроса, которому надоел провинциальный пафос отечественного ТВ. Через дисплей до меня доносятся энтузиазм и творческий задор авторов, которые постарались сделать всё, чтобы я не смотрел очередную программу с ошарашенным от пробудившегося чувства собственной важности журналистом да с чиновниками, читающими скороговоркой позитивные отчёты. «Акимы» — это тот редкий случай, когда по бездорожью и разгильдяйству отечественные телевизионщики бьют с улыбкой на устах, пусть это всего лишь весёлая игра на очерченном поле.

Мне нравится музыка на заставке, отсылающая к вестернам, я понимаю, зачем она здесь: образ ковбоя с револьвером, который добирается до затерявшегося в бескрайних прериях городка — маленького замкнутого на себе пространства с неизвестными миру героями и злодеями. В этом свете диалоги с акимами выглядят настоящими дуэлями у трактиров. Мне нравится эта игра с образами, заложенная авторами.

Если принять условие, что программа «Акимы» — информационно-развлекательная (с креном в развлекательность) и снять с неё большую смысловую нагрузку, то это вполне хорошая программа. Тем более, что пропаганда — сложная тема для долгих обсуждений: во-первых, потому что многое на свете пропагандой является, просто с разными идейными зарядами; во-вторых, потому что слова в эпиграфе вообще-то правильные.

И если бы авторы захотели заняться серьёзным разоблачающим местных чиновников проектом, все те недостатки, о которых я говорил выше, оказались бы принципиальными. Но иронический заряд, который в «Акимах» есть, помогает позабыть серьёзность претензий: и правда — почему бы, развлечения ради, не спросить у нескольких людей на улицах, как они относятся к своему акиму?

Реклама электронных сигарет и потребительских кооперативов

Редакция
-
0
Реклама электронных сигарет и потребительских кооперативов

Возможна ли нативная реклама электронных сигарет? Как регулируется реклама потребительских кооперативов? Юрист Internews Ольга Диденко отвечает на вопросы медиаспециалистов.

Вопрос: PR-агентство обратилось к нам по поводу размещения статей, а именно — нативных публикаций на тему табака, использования вейпов и так далее. Клиент — табачная компания. Но мы знаем, что реклама табака в РК запрещена. Подскажите, пожалуйста, какова правовая сторона такого размещения для СМИ? Допустима ли нативная реклама? Должны ли мы предупредить читателя «о вреде курения»?

Ответ: Кодекс о здоровье народа и системе здравоохранения и закон РК «О рекламе» запрещает рекламу табака и табачных изделий, однако проблема в дефиниции «табачные изделия — продукты, полностью или частично изготовленные из табачного листа в качестве сырьевого материала, приготовленного таким образом, чтобы использовать для курения, сосания, жевания или нюханья». Электронные сигареты, вейпы и кальяны пока выпадают из такого определения, и их реклама не запрещена.

Но это пока, так как в Мажилисе парламента РК на рассмотрении находится новый проект Кодекса о здоровье народа

и системе здравоохранения, где та же дефиниция уже выглядит иначе: «табачные изделия — продукты, полностью или частично изготовленные из табачного листа и (или) других частей табачного растения в качестве сырья материала, приготовленного таким образом, чтобы использовать для курения, сосания, жевания, нюханья или иных способов потребления, в том числе с помощью любого прибора или системы вдыхания». Как только новая редакция этого определения будет принята, опубликована и начнёт действовать, реклама электронных сигарет, кальянов и вейпов будет запрещена.

При размещении нативной рекламы важно соблюдать те же требования, что и при обычной рекламе:

    • информация о рекламируемых товарах и услугах должна быть достоверной, не должна вводить потребителей в заблуждение относительно качества рекламируемых товаров и услуг;
    • она не должна быть скрытой и неэтичной.

Информация о вреде курения наносится на пачки сигарет или на знаки, которые устанавливаются в местах курения или продаж табачных изделий. Поскольку реклама табака и табачных изделий запрещена, то, соответственно, и в публикации такой информации нет необходимости.

Вопрос: В наш рекламный отдел обратилась компания, потребительский кооператив, с просьбой разместить рекламу услуг по приобретению жилья на выгодных условиях. Мы знаем, что под видом потребительских кооперативов могут создаваться финансовые пирамиды, несколько судебных процессов по их деятельности уже прошли в нашей области. Но, как правило, такие рекламодатели настойчиво просят разместить рекламу. Как быть, если деятельность таких потребительских кооперативов не лицензируется и по всем признакам — это «финансовая пирамида»?

Ответ:

Реклама деятельности финансовой (инвестиционной) пирамиды в СМИ у нас запрещена, но вопрос в том, кто и как признаёт деятельность какой-то компании финансовой пирамидой и запрещает её. Происходит это через череду уголовных дел и судебных разбирательств по жалобам пострадавших участников.

Иногда очень сложно определить, является ли компания финансовой пирамидой. Основный признак — рекламируемые услуги явно более привлекательны, чем аналогичные финансовые услуги на рынке. Например: сейчас при ипотечном кредитовании вы можете приобрести жильё в рассрочку от 6 месяцев до 20 лет в среднем под 18,6 % годовых. Если вы берёте кредит на 10 лет, то переплатите 121 %. Потребительские или жилищные кооперативы, под которые сейчас маскируются финансовые пирамиды, будут предлагать вам приобретение жилья в рассрочку на 10 лет под 25 %, то есть под 2,5 % годовых. Это явный признак того, что перед вами, скорее всего, финансовая пирамида.

Так как такая реклама запрещена в СМИ, подобные организации настойчиво продвигают себя в соцсетях, в том числе в аккаунтах СМИ. Как отказать в размещении такой рекламы законно? Во-первых, по признакам того, что всё-таки рекламируются услуги, которые явно более привлекательны для потребителя, и поэтому возникает сомнение в их правдоподобности. Такая реклама запрещена. Во-вторых, хоть и в соцсетях, но вы остаётесь медиа, и аккаунты СМИ тоже подвергаются мониторингу, и так выявляется информация и реклама, которые запрещены к распространению.

Вы можете задать свои вопросы медиаюристам, воспользовавшись формой на нашем сайте.

New Old Qazaqtar: перевоспитание «неправильных» казахов

Назира Даримбет
-
0
New Old Qazaqtar: перевоспитание «неправильных» казахов

В конце прошлого года копилка казахского контента YouTube пополнилась проектом журналиста «Первого канала Евразия» Амана Тасыгана — New Old Qazaqtar.

По задумке автора, в студии представители старшего и молодого поколения из разных сфер должны обмениваться мнениями, делиться опытом и рассказывать о своих взглядах на жизнь. Однако на деле встреча в студии превращается в место, куда приглашаются «мальчики и девочки для битья», где пытаются перевоспитать «неправильных» казахов, навязать им свои принципы, а порой умудряются и оскорбить. В общем, всё традиционное должно победить современное, как добро побеждает зло.

Гостями одного из выпусков стали известная исполнительница традиционных песен, актриса и телеведущая Жанар Айжанова и модель Динагуль Тасова, которая выходит на подиум в прозрачных нарядах. Носителем традиционных (а значит — правильных) ценностей, как нетрудно догадаться, выступает первая гостья. Вторую нужно было убедить в том, что она неправильно живёт, более того: оскорбляет всю нацию своим «голым» искусством.

Тема выпуска была обозначена как «Атаққұмарлық», «Атақ қуғандар», что в переводе с казахского означает «тщеславие», «в погоне за славой» и имеет негативный оттенок. Однако, встречая Жанар Айжанову, он восклицает: «Атақты, бірақ ешбір атағы жоқ, атақпен шатағы жоқ Жанар ханымды қарсы аламыз!» («Встречаем знаменитую, но не гоняющуюся за званиями и славой…»). Получается, тема выпуска посвящена одной героине, которая, по версии проекта, ищет славы любой ценой? Ведь не зря заголовок на видео кричит: «Жалаңаш қыздар — трагедия!» («Голые девушки — наша трагедия»).

При представлении гостей друг другу «известная артистка» небрежно бросает: «Нет, я не знаю её». Но когда ей показывают фотографии Динагуль с показов, вдруг вспоминает, что где-то она это уже видела.

После ответа на вопрос ведущего, что ей никогда не было стыдно за свои наряды, народная артистка переходит в атаку на свою визави.

«Тебе уже 29 лет, у нас таких называют «старая дева». И до скольки лет ты планируешь оголяться, до 70? Может, сразу и низ откроешь? Ты же не в таком возрасте, чтобы вот так вот показывать груди», — выносит она свой первый вердикт.

И затем они уже с ведущим на пару начинают «пытать» модель: это настоящая грудь или нет, а зачем ты их увеличила, тебе хочется, чтобы все их видели, расстегни пиджак, застегнись… Осталось только потрогать руками.

Затем разговор «о сиськах» плавно переходит на «национальный вопрос»: «Откуда родом, родители есть, братья? Наверное, ты не казашка? Не чистокровная? Ну, тогда понятно…» Настоящие же казашки так себя не ведут или не должны, по крайней мере (по версии «следствия»).

Динагуль пыталась объяснить, что это всего лишь её работа, и она считает себя прежде всего личностью, профессиональной моделью, а не просто казахской девушкой, но на её слова вообще не обращали внимания. Её оппонентка постоянно переходила на личности и, будто психиатр, всё пыталась поставить диагноз: девушка перенесла большой стресс из-за смерти матери и сестры, у неё обида на отца, который живёт с другой женщиной, она испытывала нужду и поэтому пошла на «такое». А ведущий добавляет: «Ты ради денег пошла на это?»

Так и хочется крикнуть: «В конце концов, она же не проституцией занимается!» Хотя то, чем занимается модель Динагуль Тасова, судя по всему, именно так и воспринималось в этой студии.

Дальше пошла мораль.

«Ну и что, что это нормально где-то за рубежом, это не искусство для нас. Мы, казахи, другие, и подражать не нужно Западу. Там вон мужчины женятся друг с другом, а женщины между собой. Бросай всё это, лучше подумай о будущем, о замужестве, в твоём возрасте у девушек по 4-5 детей», — по-матерински отчитывала артистка собеседницу.

В ответ на печальную историю о том, как бывший парень модели избил её после первого показа в прозрачной кофточке, вообще прозвучало что-то в духе «сама виновата»: «На самом деле хорошо, что он тебя избил. Он начитался негатива, поэтому поднял на тебя руку. Если бы ты с ним осталась и продолжала бы оголяться, он бы убил тебя. Рано или поздно у него бы лопнуло терпение. А так он тебя избил, и вы расстались, избежав трагедии. Ты поблагодари его за то, что так всё произошло».

Жанар Айжанова то жалела, то воспитывала, то отчитывала, ругалась матом и оскорбляла свою визави, но не воспринимала как равного собеседника. Хранительница всего национального, стоящая на страже традиций, говорящая всё время об особой этике казахского народа, проявлявшейся даже в мелочах быта и деталях женского одеяния, почему-то напрочь забывала об этой самой этике в ходе разговора и часто скатывалась на уровень базарных разборок.

«И не надо мне тут говорить, что казахские парни не решаются или боятся с тобой заводить разговор, делать предложения. Чего им бояться? Твоей искусственной груди? Казахи — прекрасные мужчины, имеющие достоинство и гордость, им нужны достойные девушки. И я не позволю тут их оскорблять. А кто будет это делать, я готова им волосы повыдёргивать. Они не хотят с тобой заводить отношения, зачем ты им такая нужна? Да они тебя убьют за такие фотографии и будут правы. Ты лучше найди себе кого-нибудь другой национальности, иностранца, и уезжай из страны, так будет лучше!»

Ведущий вместо того, чтобы привести разговор к какому-то балансу, время от времени и сам подключался к линчеванию: «Динагуль, ты ничего для себя не вынесла из этого разговора, так и будешь продолжать показывать грудь? Когда ты сказала, что отказалась от съёмок в «Плейбое», у меня мелькнула надежда, что ты, как настоящая казашка, не захотела позорить нацию на весь мир. Ведь ты же должна иметь уважение к себе, или ты себя не уважаешь?»

Возражения модели, что «подиум не выбирает и не делит на национальности», что это образ, и она не ходит по улице, как на показах, снова потерялись среди пафосных речей об «особенностях казахской нации».

В итоге и ведущий, и менторша, судя по всему, отчаялись перевоспитать «девушку с искусственной грудью», но выразили на это надежду. На том и расстались, как говорится.

Другой выпуск. Тот же сценарий, та же схема, беседа в том же русле. Только тема другая: «Не будь визажистом, будь мужчиной!»

Гости — боксёр Айдар Шарибаев в роли мужественного, брутального «нағыз қазақ» и Асылжан Болат, молодой, вежливый визажист.

Отец-железнодорожник мечтал, что сын пойдёт по его стопам, но мальчик окончил художественный колледж и теперь, как язвительно заметил ведущий, «рисует на женских лицах». Хороший, в общем объект для перевоспитания.

«Таких мы раньше геями обзывали, могли и избить», — начинает боксёр.

Ведущий и «правильный» гость всё так же не оставляют надежды наставить на путь истинный заблудшую душу: «Надо в спортзал тебе ходить, если нет работы, сам тебе найду, для двух рук лопата найдётся, как говорится. Поехать с нами на охоту и вообще заниматься мужским делом».

Права человека, по словам боксёра, могут быть разными в разных частях света: к примеру, в Казахстане «мы можем предъявить таким парням за то, что они выкладывают фото с макияжем, занимаются не мужским делом, потому что мы всё-таки казахи. Более того, это наша задача. Иначе «вот такие» парни «заражают» других, те сначала красятся, потом становятся «голубыми»».

В продолжении беседы масла в огонь подливает ведущий: «И до скольки лет ты будешь этим заниматься, в макияже фотографироваться, не будешь же дедушкой в 70 лет краситься? Девушки нет, не женат, ты точно стопроцентный мужик, не гей?»

В ответ на робкие возражения молодого человека — почему же мужчинам нельзя быть визажистами, и почему их принято считать людьми с нетрадиционной сексуальной ориентацией, — двое его собеседников предположили, что он нуждается в лечении.
«А чем мы можем ему помочь? Болезнь надо лечить, а не замалчивать. Ведь он, слушай, плохо влияет на молодёжь».

Попутно поднимается и тема мужчин-гинекологов: по шариату и вообще «по понятиям» — не мужское это дело, «пусть меняют профессию».

К концу разговора визажисту устраивают экзамен на знание имён и подвигов казахских батыров и современных героев — спортсменов, добиваются обещания, что он пойдёт в спортзал, задумается о настоящем деле, достойном казахского мужчины, женится и пригласит всех на той. В общем, станет настоящим казахом.

Но, как мы видим, и в первой, и во второй программе проекта те, кто выступает за истинно казахские ценности, ведут себя агрессивно, не брезгуют матом, зачастую допускают прямые оскорбления. Их оппоненты, отстаивающие альтернативную точку зрения (а иногда элементарно — своё право выбирать профессию), предельно вежливы и интеллигентны. А ведущий вместо того, чтобы выступать в роли модератора, буфера, откровенно подыгрывает одной из сторон. Так кому не хватает воспитания? Вот в чём вопрос.

Вебинар «Метрики и инструменты для оценки охвата аудитории»

Редакция
-
0
Вебинар «Метрики и инструменты для оценки охвата аудитории»

5 февраля 2020 года в 17.00 по времени Нур-Султана пройдёт бесплатный вебинар «Метрики и инструменты для оценки охвата аудитории».

Вебинар будет полезен журналистам, редакторам, блогерам, руководителям медиа и всем, кого интересуют методы анализа и подсчёта вовлечённости аудитории медиапроектов.

Спикер вебинара — Евгений Кулаков, основатель mediatoolbox.ru, эксперт по юзабилити, веб-аналитике и анализу аудитории.

В разное время принимал участие в проектах с «РБК-Недвижимость», «Спортмастер» «Ведомости», Autoreview, «Сбербанк России», Газета.ру, «За рулём», а также с несколькими казахстанскими медиа.

Вебинар бесплатный, необходима предварительная регистрация по ссылке.

Во время вебинара Евгений расскажет:

  • что делать журналисту, когда все вокруг «сидят в телефонах»
  • почему редактору нужен вовлечённый пользователь
  • как считать метрики вовлечённости и лояльности пользователей
  • какие технологии позволяют оценивать суммарную аудиторию конкретного медиа на всех платформах

Вебинар пройдёт в рамках конкурса грантов на вовлечение Internews и станет одним из цикла мастер-классов, посвящённых вовлечению аудитории.

Конкурс грантов на вовлечение для медиа — уникальный проект. Его цель — создание ярких, интересных, социально важных медиакампаний, объединяющих медиа, НПО и аудиторию.

Подробнее о конкурсе здесь.

Внимание! Для успешного участия в вебинаре вам необходимо:

  • установить последнюю версию браузеров Google Chrome, FireFox, Safari или Opera. В браузере должна стоять последняя версия Adobe Flash Player. В Google Chrome Flash Player встроен по умолчанию;
  • проверьте, достаточна ли скорость вашего интернет-соединения. Минимальная скорость подключения к вебинару — 1Mb. Рекомендуемая скорость для комфортной работы — от 2Mb (при недостаточной скорости возможны задержки звука и видео при показе ведущим видеороликов, презентаций с большим количеством графики, показе рабочего стола и работе с другими режимами, требующими качественного канала). Проверить скорость вашего интернета можно на этой странице;
  • если вы выходите в интернет из корпоративной сети, вам необходимо обратиться к вашему системному администратору, чтобы он открыл порт 1935, 80, 443;
  • чтобы попасть на вебинар, на посадочной странице нажмите кнопку «Войти в вебинар», заполните данные о себе и поставьте согласие напротив пользовательского соглашения;
  • если вы выходите в вебинар на планшете, рекомендуем выходить из браузера Google Chrome или Puffin Browse.

Проект проводится в рамках Центральноазиатской программы MediaCAMP при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID). Подробнее о программе читайте, пожалуйста, здесь. Подробнее об организации: Internews в Казахстане.

Источник фото на превью — личный Facebook-аккаунт Евгения.

Журналистов «Первого канала Евразия» и NewTimes.kz снова признали виновными в клевете

Татьяна Ковалева
-
0
Журналистов «Первого канала Евразия» и NewTimes.kz снова признали виновными в клевете

Апелляционная коллегия согласилась с решением суда первой инстанции, обязала «Первый канал Евразия» и NewTimes.kz выплатить уволенному из правоохранительных органов полковнику по 50 тыс. тенге в качестве компенсации за моральные страдания и опубликовать опровержение.

Конфликт между офицером полиции Ериком Батталовым и журналистами начался после того, как видео с его участием стало набирать популярность в соцсетях. В итоге 30 ноября 2018 года в изданиях появились публикации, рассказывающие о «похождениях» пьяного полковника.

Что случилось?

Ерик Батталов после рабочего дня выпивал с другом сначала в кафе, позже в номере гостиницы. Именно там его, лежащего на полу рядом с пустой бутылкой водки нашла горничная и вызвала скорую помощь.

Медики поставили диагноз — «отравление этанолом средней тяжести», но при более тщательном осмотре, уже в Почечном центре Семея, врачи констатировали: «Опьянение средней тяжести».

Несколько часов полицейский пролежал на полу в коридоре центра. Позже, немного придя в себя, пытался подняться, но, по сведениям некоторых очевидцев, не смог этого сделать самостоятельно, а потому нецензурно выругался на медперсонал (правда, не весь медперсонал подтверждает факт нецензурной брани).

Батталов не дал врачам номера телефонов друзей или родственников, а потому медики вызвали полицейских.

Что происходило в суде?

Недоволен экс-полицейский тем, что в публикациях журналисты написали — мол, он «избил врачей». Он утверждает, что никого не бил.

Журналисты же обращали внимание суда: факт избиения подтверждается двумя звонками на пульт «102». В них звонившие сообщают, что пациент «кричит, кидается и бьёт медицинских сотрудников».

— Мы обратились с официальным запросом в Департамент полиции на транспорте, как того требует закон «О СМИ», получили официальный ответ. В нём Департамент подтвердил информацию. Запрос был отправлен с перечислением всей имеющейся у нас информации. И рядом вопрос. На что получили ответ. Закон «О СМИ» определяет нашу работу именно таким образом. Поэтому мы считаем, что выполнили требования закона, — пояснил суду редактор информационного агентства NewTimes.kz Дмитрий Ким.

— А если вам недостоверную информацию предъявили, а вы завтра её опубликовали? — спросил председатель судейской коллегии Сисембаев.

— Для этого существует регламент. Чтобы не публиковать недостоверную информацию, мы обращаемся с официальным запросом в компетентный орган государственный, который наделён полномочиями по проверке этих фактов. Потому как СМИ по закону такими правами не обладают, — добавил Ким.

— На что вы ссылались, что эти сведения соответствуют действительности?

— Это официальный ответ на наш запрос от Департамента полиции на транспорте.

— Чем подтверждается факт избиения? — продолжил судья.

— Мы в суде первой инстанции рассматривали видео служебной проверки. Там медперсонал говорит, что эти действия были. Но судом первой инстанции эти сведения не были учтены, — сказал редактор агентства.

Адвокаты, пытаясь защитить честь уволенного полковника, снова повторяли аргументы, приведённые в суде первой инстанции: ответ МВД о проводимой служебной проверке ничего не подтверждает. Сам Батталов был в гражданской одежде, без служебного удостоверения, после работы, видео ничего не подтвердило.

— Ещё с какими доводами не согласны? — спросил у адвоката Серика Кужамкулова судья.

— Мы со всеми доводами не согласны. Это откровенная ложь, которую допускает только «жёлтая» пресса. Во-вторых, это именно порочащие сведения, потому что его обвинили в хулиганстве — 293 статья…

— Его бы всё равно уволили. Был сигнал, — заметил судья, не дав адвокату закончить мысль.

— При увольнении МВД указало, что данный факт освещён в СМИ и получил общественный резонанс.

— Полицейскому, облечённому властью, нельзя так, — возразил Сисембаев адвокату.

— Избивать нельзя. Так он и не избивал, — ответил Кужамкулов.

— Выпивать в общественном месте. В материалах всё есть, — напомнил защитнику судья и закрыл тему.

Во время своего выступления в прениях Дмитрий Ким обратил внимание суда, что в этом деле необходимо найти баланс между свободой выражения мнений, свободой слова и распространения общественно значимой информации, свободой СМИ и защитой репутации. И напомнил, что для редакции СМИ нет ничего важнее, чем общественный интерес к какой-либо теме, общие профессиональные правила этики и законодательные требования к нашей деятельности.

— Общественный интерес к этой теме понятен и логичен. Общество вправе знать, как работают госорганы, госслужащие, как проявляют себя в отношениях с подчинёнными и другими лицами не только в рабочее время, но и после него. В нашем случае — это не просто госслужащий, но и бывший руководитель департамента, который в соответствии со всеми нашими законами и Кодексом этики должен быть ещё более подотчётен обществу, восприимчив к критике и комментированию действий и поступков.

Распространяя информацию об этом событии, мы её перепроверили, и мы получили не опровергающую, а подтверждающую информацию, только после этого опубликовали материалы. Здесь мы выполнили все законодательные требования, предусмотренные законом РК «О средствах массовой информации».

Мы опубликовали материал так, что исключили любую идентификацию и персонализацию (ни в одной публикации не были названы личные данные Батталова — авт.).

Что ещё мы могли сделать в защиту репутации истца? Пожалуй, ничего. Конечно, ему хотелось бы, чтобы этого события не было, как и не было служебного расследования, увольнения из правоохранительных органов. Нам всего этого тоже не хотелось, и мы были бы рады об этом не писать. Но это случилось, и не по вине СМИ, а по вине самого истца, — заключил Ким.

Юрист «Первого канала Евразия» напомнил суду, что, согласно Конституции, «каждый имеет право выражать своё мнение, получать, распространять информацию любым не запрещённым способом». При этом, согласно закону «О СМИ», журналист не несёт ответственности за распространение в СМИ сведений, которые содержатся в официальных документах и сообщениях. А это сообщение было зарегистрировано в «102» дважды.

Адвокат Батталова в ходе прений почему-то стал утверждать, что в суде первой инстанции сведения о том, что полицейский напился в кафе, были опровергнуты. И ругал журналистов за ложь, безнравственность, неадекватное восприятие понятия «свобода слова».

— Они до сих пор не понимают, что безнравственно такие вещи врать (это цитата — ред). И теперь ещё прикрываются свободой слова. Они обвинили лицо в совершении уголовного преступления (хулигантство), эти сведения однозначно порочащие. Эти сведения послужили одним из оснований увольнения человека вообще ни за что с работы. Все признаки того, что необходимо опровергать эту лживую информацию, они налицо. Никому не позволено обливать грязью другого человека. Даже если это госслужащий. На его месте каждый из нас может оказаться — по ошибке попасть в больницу, отравиться чем-нибудь, и потом «эти» будут обливать грязью. Должен быть какой-то предел свободы слова. Они его понимают абсолютно ненормально. Просим оставить решение суда первой инстанции в силе, — высказался Кужамкулов.

К слову, только в этом своем монологе адвокат трижды ввёл суд в заблуждение. То, что полицейский пил в кафе, доказано материалами служебной проверки и официальными ответами МВД журналистам. Отравился Батталов тоже не случайно и не чем-то непонятным, а этиловым спиртом, и соответствующий диагноз ему поставила бригада скорой помощи, о чём имеются записи. В Почечном центре уже уточнили — у офицера опьянение средней тяжести. Ну и причина увольнения. По словам представителей Департамента полиции на транспорте, не публикации в СМИ стали причиной увольнения полковника, а его конкретное поведение.

«Основанием для увольнения Батталова из ОВД явился проступок, дискредитирующий правоохранительный орган, что выразилось в распитии алкогольных напитков в гостиничном номере с гражданским лицом, допущении непроизвольных рвотных выделений и акта мочеиспускания в медицинском учреждении, а также нахождение в состоянии алкогольного опьянения средней степени тяжести, оскорбляющем человеческое достоинство и общенравственную ценность», — написано в официальном письме Департамента полиции на транспорте.

Эпилог

А суд, выслушав все доводы сторон, всё же согласился с решением первой инстанции и оставил его без изменения. В СМИ с таким положением вещей не согласны. Для них это дело принципа и чести. Ведь если госорган, не желая предоставлять информацию, делает отписки, в которых не опровергает информацию, то почему в клевете обвиняют журналистов? Почему у суда и уволенного полковника не возникает вопросов к полиции? Почему некачественно проведенное служебное расследование (полицейские в ходе проверки выяснили не все обстоятельства той ночи — авт.) становится доказательством вины прессы? Ответы на эти вопросы и справедливость журналисты надеются получить в Верховном суде.

Пять эффективных бизнес-моделей для новостных изданий в 2020

Ольга Королева
-
0
Пять эффективных бизнес-моделей для новостных изданий в 2020

Делать предсказания — непростое дело, но в 2020 году есть вещи, которые можно смело заявить как факт: например, новостные издания не могут зависеть от старых способов ведения бизнеса. Такая тенденция наблюдается во всём мире. Старая бизнес-модель во многом зависела от доходов от печатной рекламы и тиража, а новые цифровые объявления практически полностью поглотили ненасытные технические гиганты Facebook и Google. Это поставило издателей новостей в трудное положение, но всё чаще им удаётся находить новые способы взаимодействия с общественностью, параллельно открывая новые потоки доходов. «Новый репортёр» собрал пять самых интересных решений по этой теме.

Кооператив

Многие новостные организации говорят о более тесной работе со своими читателями,  прислушиваются к тому, что они хотят, вовлекают в социальные сети и в различные мероприятия. Но некоторые редакции продвинули эту идею намного дальше, позволив своим читателям фактически купить долю в публикации. В 2018 году Berkeleyside провёл успешное прямое публичное размещение акций (DPO), получив миллион долларов от 355 инвесторов.

Другие организации стали кооперативами, в которых читатели становятся совладельцами и имеют непосредственное право голоса при принятии деловых решений. The Bristol Cable работает как кооперативная новостная организация с 2014 года. Более 2000 членов платят по 3 фунта стерлингов (3,9 доллара США) в месяц, чтобы получить право голоса в основных решениях. Это не единственная плата — люди делятся своими навыками и тратят своё время, чтобы помочь организации.

Ещё один пример — The Devil Strip в Акроне, штат Огайо. Организация предлагает читателям заплатить всего 1 доллар в месяц, чтобы стать совладельцем издания. За 330 долларов можно стать полноправным «акционером на всю жизнь». Они получают право голоса при принятии решений о том, какие материалы и расследования будут публиковаться в The Devil Strip и даже могут баллотироваться в правление издания.

Некоммерческое преобразование

Могут ли новостные редакции стать известны как общественное благо, причина благотворительности и пожертвований, неполитическая платформа для сообществ? Это цель тех медиа, которые переходят с коммерческой бизнес-модели на некоммерческую.

Только в этом году такие разные издания, как Salt Lake Tribune, Berkeleyside и alt-Weekly Chicago Reader, объявили о своем намерении стать некоммерческими предприятиями. «Это налоговый статус, а не бизнес-модель, — рассказывает Мэтт ДиРензо, бывший исполнительный редактор LION Publishers. — Некоммерческие организации не должны платить налоги с доходов, но их деятельность должна служить общественным интересам, а не интересам владельцев или акционеров».

Некоммерческим медиа также необходимо создать совет директоров, который будет  курировать, утверждать бюджет. В случае с Salt Lake Tribune владельцу пришлось отказаться от контроля над новостной организацией. Владелец Berkeleyside должен получить согласие всех своих акционеров.

Издания всё равно должны зарабатывать достаточно, чтобы содержать редакцию и платить сотрудникам. Оказалось, что легче брать необлагаемые налогом пожертвования и подавать на гранты из фондов, чем заработать на рекламе.

Государственная поддержка

Долгое время правительство США поддерживало местные новостные издания через Корпорацию общественного вещания. Эта поддержка меркнет по сравнению с тем, что происходит в европейских странах, которые гораздо щедрее финансируют государственные СМИ. В Нью-Джерси появился другой способ — местные новости финансируются общественностью через правительство.

Под давлением сторонников свободной прессы и общественности в Нью-Джерси появился закон о создании Гражданского информационного консорциума. Это некоммерческая организация, которая будет предоставлять гранты для совместных проектов, нацеленных на улучшение доступа к информации, развитие гражданской активности и обучение гражданских журналистов. Первая версия закона предусматривала пять миллионов долларов, финансирование началось с двух миллионов долларов, но это всё равно хорошее начало.

Другой пример эффективной государственной поддержки местных СМИ — из Нью-Йорка. Мэр издал распоряжение, согласно которому все городские агентства должны тратить не менее половины своих рекламных бюджетов на местные и этнические СМИ. Это поможет небольшим независимым СМИ в Нью-Йорке, поскольку город тратит миллионы долларов на рекламу каждый год.

Слияние общественных медиа с цифровыми

За последние несколько лет произошла серия слияний с участием общественных медиа и цифровых: Colorado Public Radio купил Denverite, WAMU купил DCist, а совсем недавно NJSpotlight объединился с NJTV и WNET.

«Общественные СМИ приносят масштаб, зрелую бизнес-модель и стабильный, диверсифицированный доход, — рассказывает Мелисса Дэвис, временный директор Colorado Media Project. — Некоммерческие цифровые стартапы приносят новые идеи, много энергии и более молодых, разных и креативных сотрудников. И те, и другие разделяют миссию служения читателю. Такие слияния станут огромной победой».

«Синергия может быть самым раздражающим словом в английском языке, но это действительно применимо и интересно, — считает Рейчел Сэдон, главный редактор DCist. — Не существует серебряной пули от кризиса, но общественные СМИ делают очень важный шаг вперёд, не только для финансовой стабильности, но и для того, чтобы сделать журналистику более отзывчивой к нашей аудитории».

Поддержка экосистем на государственном уровне

Ещё один многообещающий подход заключается в поддержке новостных медиа при помощи общегосударственных инициатив. Например, совместная работа с Colorado Media Project (CMP), которая помогла местным СМИ в проведении исследований, мероприятий и создании нового коворкинга. По такому же принципу New Mexico Local News Fund предлагает стипендии, обучающие тренинги и специальные мероприятия для местных журналистов.

«Сегодня любой новостной организации трудно решить все свои проблемы в одиночку, — говорит Нэнси Ватцман, бывший исполнительный директор CMP. — Государственные организации, которые служат центрами поддержки местных новостных экосистем, могут помочь редакциям, развивать сотрудничество, исследовать способы получения большего дохода, создавать экономную инфраструктуру и развивать поддержку сообщества».

Другой интересный подход — SpotlightPA, некоммерческая организация, финансируемая Институтом журналистики имени Ленфеста и местными фондами в штате Пенсильвания. Партнёрство включает в себя репортажи из газет, таких как The Philadelphia Inquirer, Pittsburgh Post-Gazette, PA Post и Harrisburg’s Patriot-News, но при этом работает как некоммерческий стартап с десятью штатными сотрудниками.

Материал подготовлен на основе статьи Medium.com.

Как защитить свои персональные онлайн-данные

Анна Сухачева
-
0
Как защитить свои персональные онлайн-данные

28 января — Международный день защиты данных (англ. Data Protection Day / Data Privacy Day). Его цель — повышение осведомлённости и информирование о лучших способах защиты данных.

«Новый репортёр» собрал полезные ссылки и инструменты — они помогут вам лучше контролировать информацию, которой вы делитесь онлайн.

1. Личный кабинет Google. Здесь собраны данные Google-сервисов, с которыми связан ваш аккаунт, — почта, YouTube, Google+, фото, Play Маркет. Очень удобно контролировать информацию и анализировать статистику.

Именно здесь можно проследить, какими сервисами и настройками Google вы пользуетесь — аккаунт Google, диск, календарь, устройства на Android, Google Play, YouTube.

Обратите внимание на раздел История приложений и веб-поиска. «Вы сами выбираете, чем делиться с Google», — действительно ли вы хотите, чтобы ваши поисковые запросы, места, которые вы посетили, и так далее, были сохранены?

Сохранённые пароли. Инструмент, с помощью которого сохраняются имена пользователя и пароли к сайтам, на которые вы когда-либо входили из Chrome и Android. Обратите внимание: функцию сохранения паролей приложений и сайтов в аккаунте Google можно отключить здесь же.

Приложения, связанные с аккаунтом. Очень часто мы регистрируемся на тех или иных сервисах, указываем почтовый адрес и забываем об этом. Этот сервис даст полную картину сторонних приложений, у которых есть доступ к вашему Gmail-аккаунту.

Раздел «Недавно использованные устройства» отображает устройства, которые использовались для входа в аккаунт за последние 28 дней.

История просмотров в YouTube и история поиска в YouTube. Эти два инструмента помогут составить картину того, что вы искали и смотрели в YouTube.

Если функция «Хронология» включена для вашего аккаунта, то здесь можно просмотреть всю историю ваших передвижений за день, неделю или месяц.

Здесь можно скачать свои персональные данные.

10 Google-инструментов для управления личными данными

Сервис Google на всякий случай создан для того, чтобы система знала, что делать с письмами, фотографиями, документами и другими данными из вашего аккаунта, если вы вдруг перестанете им пользоваться.

2. Здесь контролируется личная информация в Facebook. 

Какая именно и как используется информация из вашего аккаунта в Facebook, описано в этом разделе.

Чтобы проверить свои данные на Facebook (например, недавние действия), перейдите в раздел ваша информация на Facebook в настройках.

В этом разделе в настройках доступны следующие инструменты и ресурсы:

  • Просмотреть мою информацию — это сводка ваших данных на Facebook, которую можно в любой момент увидеть в одном месте. Мы разделили эти сведения на категории, чтобы вам было проще найти нужную информацию.
  • Скачать информацию — это инструмент, позволяющий скачать копию ваших данных на Facebook.
  • Журнал действий — это история действий в вашем аккаунте Facebook.
  • Управление информацией — это инструмент, позволяющий управлять вашей информацией на Facebook и находить ответы на распространённые вопросы.
  • Деактивация и удаление — это инструмент, позволяющий навсегда удалить аккаунт Facebook и информацию в нём.
Подробнее об управлении данными и настройках конфиденциальности можно узнать в быстрых настройках конфиденциальности.
3. Подробнее о личных настройках в Instagram — по ссылке. Здесь есть подробные инструкции, как ограничить видимость вашего Instagram-аккаунта, как, к примеру, убрать ваши изображения из поиска Google и так далее.
4. Информация о том, какие персональные данные собирает Яндекс, для чего и как это исправить — по ссылке.
Если тема вас заинтересовала, рекомендуем пройти бесплатный курс на Udemy по информационной безопасности или поиграть. Замечательный курс по онлайн-безопасности на английском языке от Google будет полезен и родителям, и детям.

Будем рады, если дополните список ресурсами, которыми пользуетесь вы.

Новости на СТВ: в эфире пресс-релиз

Алия Нагорнюк
-
0
Новости на СТВ: в эфире пресс-релиз

Есть такой канал и есть такие новости: иногда оба этих факта становятся открытием. А если серьёзно, то ещё 10 лет назад программу новостей можно было увидеть практически на каждом канале. Не все они сохранились (и каналы, и программы). Но кое-где уцелели. Например, на канале СТВ. Несколько его новостных выпусков посмотрела медиааналитик «Нового репортёра» Алия Нагорнюк и постаралась ответить на вопрос: и что же за новости в этой программе?

Царство канцелярита

Как только после заставки в новостях СТВ возникает образ ведущего, испытываешь положительные эмоции, потому что на экране — не лощёный напудренный юнец и не гламурная дива без мысли в глазах, а человек, так сказать, с жизненным опытом и потому вызывающий доверие. На ВВС и CNN, кстати, возраст не помеха. Хью Эдвардсу — под шестьдесят, Кристиан Аманпур — 62 года, Элисин Камерота моложава, конечно, но…

Итак, на экране появляется Максим Ковтун. На этом всё и заканчивается, интерес улетучивается, и ты рискуешь погрузиться в объятия Морфея. Потому что дальше происходящее можно назвать одним словом — СКУКА!

«В эфире «Панорама дня». В студии Максим Ковтун». Практически без паузы, приличествующей представлению и концу предложения, ведущий без особого интонирования начинает читать новости. Но его впору пожалеть. Ведь темп, мелодику речи, какую-никакую эмоциональность задаёт содержание, которое нацеливает на одно — борьбу со сном.

К примеру, в материале о китайском вирусе: «В результате вспышки заболевания новой коронавирусной инфекции с декабря прошлого года в Поднебесной зафиксировано уже около 200 больных, в том числе три случая со смертельным исходом. Есть факты завоза вируса в Японию и Таиланд. В связи с этим санврачи за два месяца проверили свыше 13 тысяч человек, прибывших из Китая». Конечно, после такого сообщения хочется просто убежать от телевизора куда-нибудь подальше. И дело не в вирусе, а в мёртвом канцелярском стиле изложения.

Это основная особенность того, что предлагают в эфире СТВ и называют новостями. Из пресс-релизов, чиновничьих ресурсов, отчётов, речи всякого рода управленцев и бог знает из чего ещё целыми блоками, изобилующая канцеляризмами, сокрытая целыми пластами мёртвых определений, наименований, статистических данных информация льётся на несчастного зрителя (если он, конечно, остался у экрана). И так написаны практически ВСЕ материалы. Предложения в них непомерно длинны — до 25 и больше (!) слов. Рекомендация — 12-14 фонетических слов (то есть без служебных — всяческих предлогов и простых союзов). И ни в одном материале «Панорамы dня» (смешно выглядит, да? зачем в новостной заставке латинская D вместо «Д»?) я не нашла зачина (лида, ударной фразы).

Лишние слова

Когда изо дня в день смотришь новости СТВ, такое ощущение, что это какой-то озвученный правительственно-административный ресурс. Причём информация повторяется: сначала текст редакции, а потом развёрнутое чтение документа.

«Президент Касым-Жомарт Токаев посмертно наградил полицейского из Костанайской области Дархана Базарбаева.

«За мужество и самоотверженность, проявленные при исполнении служебного долга, наградить орденом «Айбын» ІІІ степени Базарбаева Дархана Сериковича — полицейского Отдела полиции Костанайского района Департамента полиции Костанайской области Министерства внутренних дел (посмертно), — сообщается в указе. Трагедия произошла в городе Тобыл Костанайской области…»» Прямое цитирование указа, конечно, излишне. Название административно-территориальной единицы прозвучало четыре раза. Тавтология, которую я называю лексическим бессилием, в изобилии.

«С таким запросом к министру труда и соцзащиты населения сегодня обратились депутаты. На пленарном заседании депутаты Мажилиса также одобрили международное соглашение с Бразилией». Синонимическая замена на местоимение «они» настолько очевидна.

«Айман Сарсенгалиева также отметила рост проектов по всем программам гарантирования на 38 %. По её словам, рост проектов связан с пересмотром стратегий в 2017 году».

Ах, какая тема — о запрете экспорта мяса! Многослойная, с колоритными героями из глубинки, и ирония тебе тут, и сарказм — из категории «Хотели как лучше, получили как всегда». Мамытбеков сам в этом признаётся. Так нет же: «Свои доводы они представили в ходе пресс-конференции».

«Запрет на экспорт живого скота будет действовать полгода. Срок может быть продлён после проведения соответствующего анализа о том, как запрет повлияет на ситуацию на внутреннем рынке мяса». Какой рефлекс срабатывает? У меня тоже. Речевая немощность налицо. Казённый язык умерщвляет тему, и даже видео с коровками и овечками не спасает. Надо сказать, что чиновники, речь которых мы обычно подвергаем критике, в этом сюжете просто цицероны по сравнению с журналистами.

Вот говорит Асылжан Мамытбеков: «Почему продают именно в живом виде? Это что означает? Это означает, что мясокомбинаты не могут конкурировать с перерабатывающей промышленностью этих стран, которые дают цену выше. Почему? Потому что мы запретили экспорт шкур… Хотели как лучше, получили как всегда…» И дальше председатель Мясного союза просто, доходчиво, логично говорит о положении вещей. Зачем оставлять огромный синхрон с говорящей головой, если можно перекрыть его сочной картинкой?

Точно такая же ситуация и с сюжетом о краже лошадей и ограблении.

Дмитрий Демидов, начальник управления криминальной полиции, в деталях, просто в жанре детектива, рассказывает, как были совершены преступления. Синхрон очень длинный, но с деталями и хронологически выстроен — грех просто не взять за кадр.

Действие в сюжете (по законам драматургии) — главная составляющая. Синхрон лишь его поясняет или дополняет. А не наоборот, как у журналистов СТВ. Лицезреть милицейского чина или чиновника в новостях больше минуты скучно. Или в кадре — бубнящая судья (убийство несовершеннолетнего) — 43 секунды. Хочется динамики и видео, наконец!

Кстати, о нём. Картинка не отличается разнообразием. 50 процентов видео (а то и больше) — зал заседаний или кабинет. Иногда оно разбавляется оперативкой соответствующего качества, собственной операторской работы очень мало.

Объяснить это просто. Тематика узкая: заседание правительства или парламента, брифинги, встречи официальных лиц. А тут другого видео и не надо. Мастеровитые журналисты вычленяют актуальные темы, лишь вскользь указывая на информационный повод. К примеру, брифинг санитарного врача. Можно же обновить свою же информацию, сообщить новые данные: куда ещё проник вирус, каковы меры изоляции в Китае — и дать синхрон Бекшина. Иногда мы «пляшем» от обратного. Попало в руки интересное, захватывающее или даже пикантное видео — используйте. Вот, к примеру, кадры с полицейским, которого сбивают и тащат на капоте. Как ярко об этом можно рассказать, если полюбопытствовать, как зовут полицейского и кто нарушитель. Но мы получаем очередной текстовой «кирпич».

(Не)одинокие старушки и прочие (не)лингвистические казусы

Даже рассказывая о детской проблеме, журналист не отходит от принятого на канале стиля изложения.

«Реализацию документа сегодня обсудили депутаты Мажилиса на встрече с представителями госорганов. По словам парламентариев, новый механизм контроля будет отличаться тем, что теперь с ребёнком, который совершил правонарушение, оказался сиротой или попал в другую непростую ситуацию, будут работать не только полицейские, но и врачи, психологи и другие службы». Они работали с трудными детьми и до принятия документа.

Там всё подробно и понятно депутат рассказала, не журналист. Хочу добавить, что в одном перечислительном ряду не могут быть «врачи, психологи» и «службы». Вообще, конечно, ошибок много, да и лингвистических казусов хватает. И не лингвистических тоже.

«Автомобилисты… выбираются из заснеженной ситуации». Замело, видать, ситуацию-то…

«По словам коммунальных служб города…» Послушать бы, как они говорят — хором, что ли?

На взлётно-посадочной полосе «были установлены бетонные покрытия». Устанавливают, например, вышки, опоры линии электропередачи — то, что вертикальное положение имеет. Страшно подумать, как будут взлетать самолеты.

«Также широкое освещение произведений Абая и аль-Фараби будет происходить на центральных улицах, в торговых центрах и парках…» В рупор, что ли? И как можно «освещать произведения»?

В сюжете о волонтёрах автор пишет: «Вместе со студентом одинокой старушке оказывают помощь ещё двое ребят» (почему бы не сказать просто: помогают?). И далее: «Женщина переехала в областной центр, чтобы чаще навещать свою дочь». Так одинокая она или нет?

Правда, в этом сюжете есть какая-никакая драматургия и герой, и материал хорош на «закрывашку». Это предусмотрительно, интеллигентно и психологически оправдано. Такие сюжеты-зарисовки смягчают общее впечатление о выпуске, уравновешивают его — блок криминальной информации довольно весом. Иногда выпуск завершают заказным сюжетом. Так делают и редакторы СТВ. Но не всегда. Одна из программ заканчивается криминальной информацией о браконьерах с соответствующим видео — на сон грядущий, как говорится.

Так какие же новости на СТВ? Да никакие!

В Ухане или Ухани? Как правильно

Редакция
-
0
В Ухане или Ухани? Как правильно

Китайский город Ухань сейчас во всех информационных лентах. Здесь в декабре 2019 года была зарегистрирована вспышка пневмонии неизвестного типа. Специалисты установили возбудителя болезни — это коронавирус 2019-nCoV. Чем больше упоминаний города Ухань, тем больше вопросов: как правильно склонять название китайского города? «Новый репортёр» разбирался в теме.

Сайт Грамота.ru указывает, что писать и говорить нужно так, как будто название города — женского рода. То есть в Ухани, об Ухани и так далее. Сотрудники «Грамоты» ссылаются на словарь имён собственных. Но с этим не согласны специалисты по китайскому языку.

Научный сотрудник Института языкознания РАН Николай Воропаев объясняет:

«Какие-то топонимы давно стали известны в России, а какие-то — только недавно и очень неожиданно. И тут проще обратиться к традиции. Принимать решение по аналогии. Конечно, у тех, кто связан как-то с Китаем, огромный город Ухань, — этот топоним давно на слуху. И он у нас в голове мужского рода, наверное, потому, что мы учили китайский и отталкивались от слова «город», центр провинции.

Недавно я увидел в новостях, как Ухань был представлен в женском роде, было написано: «в китайской Ухани», для меня это звучало забавно. Скорее всего, это наши люди, опять же по традиции и аналогии, так написали, ведь у нас все подобные топонимы женского рода: Назрань, Оболонь (в Назрани, в Оболони), Волынь. Поэтому ничего преступного вроде бы в этом нет. Так как люди раньше не сталкивались с прочими китайскими топонимами. И по аналогии, опять же, так восприняли китайский топоним Ухань, он у них в голове прозвучал в женском роде.

как склоняется Ухань
Скриншот «Концевич 2002 — Концевич Л. Р. Китайские имена собственные и термины в русском тексте. Пособие по транскрипции. — М.: Муравей, 2002»

Но, я думаю, чтобы обеспечить единообразие русских текстов, надо опираться на прецеденты и традиции. Поэтому про себя всегда добавлять слово «город» и воспринимать Ухань в мужском роде. Тогда надо всегда писать «в Ухане, для Уханя, в китайском городе Ухань (Ухане), в китайском Ухане».

Ещё для опоры — похожие китайские топонимы, названия островов: Тайвань (на Тайване), Хайнань (на Хайнане). Но китайская провинция Юньнань, значит, надо писать «в Юньнани» (слово провинция — женский род)».

1...160161162...534Страница 161 из 534

Данный веб-сайт был создан в рамках проектной деятельности Internews и поддерживается различными донорскими организациями, включая Европейский Союз. Содержание публикаций не обязательно отражает позицию доноров. Ответственность за содержание материалов несут авторы и Internews.

Свяжитесь с нами: info@newreporter.org

ССЫЛКИ

ПОПУЛЯРНЫЕ СТАТЬИ