Так как нынче модно писать посты о полезном в формате «5 вещей, которые необходимо знать» «10 предметов, которые помогут выжить», «3 совета, как не соврать», мы решили в таком же виде опубликовать советы мэтров еще советской журналистики.

Поискали в сети и нашли советы одного из самых именитых и по праву заслуженных журналистов Советского Союза — Валерия Аграновского.

Валерий Аграновский — из династии писателей и журналистов. Отец — Абрам Аграновский, журналист «Известий», старший брат Анатолий — публицист, которого называли в СССР «журналист номер один».

Валерий Аграновский долгое время работал в газете «Комсомольская правда» и журнале «Огонек».

Когда в 2000 году умер Валерий Абрамович, «КоммерсантЪ» написал: «не стало донкихота отечественной журналистики, который до последней своей строчки верил, что добро почему-то обязательно должно победить зло».

Так вот, на сайте yojo.ru опубликовали выдержки из книги «Вторая древнейшая: беседы о журналистике». В ней Валерий Аграновский дает 25 советов молодым коллегам. Приводим в оригинале.

Интересно. Для понимания того, как изменилась журналистика с тех пор и что осталось в ней неизменным.

«1. Когда вы, коллега, получили написанный вами материал «с машинки», внимательнейшим образом вычитайте его, исправьте грамматические ошибки, расставьте пропущенные знаки препинания, а грязные места перепечатайте. Ибо восприятие материала и отношение к нему редактора будут на десять, двадцать, а иногда и на пятьдесят процентов зависеть от внешнего вида и грамотности статьи. Не сделаете этого, и крохотное сомнение вырастет у редактора в большое, досада перерастет в неприязнь, прохождение материала окажется затрудненным.

С другой стороны, если вам суждено быть редактором и читать чужие материалы, определяя их судьбу, как бы плохо ни был выправлен текст, как бы грязно ни выглядели страницы, как бы противно вам ни было, я призываю вас к сдержанности, чтобы досада по мелочам не вылилась в неприязнь к целому. Постарайтесь судить по сути, а не по форме! Но автору непременно укажите на его небрежность.

2. Редактируя материал коллеги, не допускайте вкусовой правки. Только смысловую! И никогда не правьте самодовольно, хоть бы вы были главным редактором газеты. Пригласите автора, растолкуйте ему свое мнение, постарайтесь его убедить. Над вкусовой правкой, когда «увидел» меняется на «заметил», в коллективе смеются. А самодовольщиков просто не любят.

3. Не унижайте коллег, за них переписывая материал. Все ваши замечания они должны внести сами. И не пишите на полях рукописи различные «ох!», «ну и ну!», «еще чего!» и т.д. Это унижает автора, он невольно становится вашим врагом.

4. Когда вы написали материал и сомневаетесь в его качестве, выслушайте мнение своего первого читателя независимо от того, кто им будет — муж, жена, машинистка или ваш первый официальный редактор, и помните: как скажет этот читатель, так, словно по цепной реакции, скажут, не сговариваясь, и все остальные, за очень редким исключением. Чудес почти не бывает, а потому не испытывайте судьбу, не лезьте на рожон, а сразу переделывайте материал, чтобы дать его после переделки другому «первому читателю». Коллективное мнение, даже несправедливое, в редакции непреодолимо!

5. Читая коллег, не забывайте слова A.C. Пушкина о том, что судить произведение следует по его собственным законам. То есть хвалите или ругайте не за то, чего в материале нет, а вам кажется, должно быть, а за то, что в нем есть.

6. Будьте щедрыми на похвалу, но и откровенными в критике. Любая критика в адрес товарища должна быть доброжелательной, искренней и ни в коем случае не личностной. Если вы чувствуете, что не сможете так критиковать, лучше вообще не открывайте рта. Недоброжелательная критика бесполезна и, стало быть, вредна.

Если по каким-то причинам вы не желаете публично критиковать откровенно слабую работу коллеги, щадя, положим, его больное самолюбие, то и не надо! У вас есть два выхода из положения: или скажите ему, что еще не читали материал, и он легко вам поверит, или замените публичное выступление «разносом» наедине. Коллега примет вашу критику, по достоинству оценив ваш поступок.

7. Опубликовавшись, ведите себя скромно, и тем скромнее, чем удачней была публикация. К поздравлениям коллег относитесь сдержанно, помня, что добрая половина их, говоря вам хорошие слова, самого материала не читала.

8. В свою очередь, избегайте поздравлять коллег с «отличной публикацией», если вы материала не читали. Коллега, возможно, ваши поздравления примет, да еще как должное, но вам будет очень уж противненько, — во-первых. А во-вторых, вы отрежете себе возможность когда-нибудь и где-нибудь открыто выступить против этой публикации, даже если, прочитав ее, поймете, что она противоречит вашим принципам, и от этого вам будет еще противней.

9. Старайтесь как можно реже хвалить материалы, принадлежащие перу руководителей газеты, даже когда они стоят похвалы. Это производит плохое впечатление на коллектив. И не волнуйтесь: кому надо, тот похвалит, — обойдутся и без вас! Поскольку сами руководители обычно испытывают неловкость, когда их публично хвалят подчиненные, они не будут иметь к вам претензий, если вы промолчите.

Зато критиковать их статьи можно как угодно и сколько угодно, если, конечно, вы обладаете соответствующим мужеством.

10. Однажды опубликовавшись, не мните себя состоявшимся журналистом, помните слова A.M. Горького: «Если человек печатается, это еще не значит, что он должен печататься. У нас очень многие люди печатаются по недоразумению или по слабости редакторов…»

11. С другой стороны, как бы ни были вы известны читателю, вы живете как газетчик до тех пор, пока публикуетесь. Только последняя, сегодняшняя публикация — визитная карточка журналиста. Долгие перерывы опасны, они лишают уверенности, тупят перо и снижают уважение коллег. Ничто не способно оправдать и компенсировать ваше молчание: ни бурная организаторская деятельность на глазах коллег, ни частые выступления на внутригазетных совещаниях, ни даже ваша болезнь или физическое отсутствие. Только печатное слово может восстановить уважение коллектива, зато восстановить мгновенно, безоговорочно, без единого темного пятнышка. У коллег, как и у школьных учителей, короткая память. Но сильная.

12. В газете не любят функционеров, не владеющих пером или пишущих плохо. Какой бы пост вы ни занимали, помните: должность не освобождает вас от обязанности писать, причем писать хорошо.

13. Журналисту, работая в газете, очень трудно поменять свое профессиональное и человеческое амплуа: как проявил себя в первые дни и недели работы, так и примут до конца дней. Начал с фельетона — «фельетонист». Не дал взаймы пять рублей в получку — скряга, и никакие сотни, данные потом, не помогут: «А наш скряга, представьте, раскошелился!!» Встал на первой летучке, откровенно высказал свое мнение, всегда потом простят любую степень остроты. Берегите свое будущее с первого дня работы в редакции!

И не только берегите — создавайте его, создавая себя.

14. Остерегайтесь амплуа «бойкого» журналиста с «бойким» пером, таких в газете презирают. Напомню слова М. Горького: «В понятие «бойкость» вместе с быстротой соображения и поступков всегда включается легкомысленное, поверхностное, непродуманное отношение к людям, к различным явлениям жизни». И дальше у него же: «Молодым литераторам нашим вообще свойственны «бойкость» и торопливость на пути к славе, этим и объясняется крайняя небрежность их работы» .

Пожалуйста, не торопитесь к славе, а то в спешке легко разминуться с нею!

15. Учитесь газетному мышлению: придумывайте подачу материала, делайте предложения, связанные с реализацией планов, стремитесь войти в «мозговой трест» редакции, членство в котором, пожалуй, одно из самых почетных в газете. Однако не забывайте, что, выдвинув идею, вы и будете назначены ее исполнителем. Инициатива всегда наказывалась исполнением, так что будьте осторожны.

16. Никогда никому из коллег не отказывайте в творческой помощи и совете. Легко и без жалости отдавайте свои мысли, «перлы» и перо другим. Помните: истинный талант — щедр!

17. Не становитесь штатным оратором. Много и часто говорящий журналист рискует, девальвировать свое слово, коллеги будут идти на пари: выступит или не выступит? Чем будет говорить и что, уже никого не тронет. Надо высказываться коротко и только по делу, при этом только в том случае, когда есть мысль. Оратор без мысли евнухоподобен.

18. Не бойтесь писать от первого лица. Хотя «я» в материале и ограничивает поле зрения журналиста, сужает его, зато работает на убедительность, создает «эффект присутствия», дает возможность высказать собственные мысли и повышает за них ответственность. Можно писать и от третьего лица, но уж «мы» сегодня — совершеннейший анахронизм. «Мы пахали!» — хвастала муха, сидя на роге вола.

19. Пишите только то, что не противоречит вашим убеждениям и принципам, если, конечно, они есть. Беспринципный журналист теряет способность думать самостоятельно, а неспособность думать ведет к беспринципности, — ситуация обоюдотупая. Никогда не забывайте, что вы писали прежде; смена позиции, без убедительного объяснения причин, самоубийственна и для журналиста, и для газеты, которую он представляет.

20. Читатель феноменально зорок. Он непременно заметит и фактическую ошибку, и орфографическую, и прочитает между строк, и домыслит за вас то, что не имелось в виду. Читатель у нас разный, один — доброжелателен, зол, спокоен, ехиден, вспыльчив, вдумчив, другой — рассеян, благороден, злопамятен, мелочен, щедр и прочее, — а журналист один! Чтобы угодить всем вкусам, чтобы потрафить каждому читателю, ни в коем случае не приноравливайтесь к нему. Оставаясь самим собой, вы легче получите общественное признание, нежели будете раздваиваться и растраиваться. Уважение к самому себе и есть уважение к читателю.

21. Внимательно просматривайте почту, вашу «кормилицу», если хотите быть в курсе событий. Какую бы должность ни занимал журналист в газете, он должен считать себя работником отдела писем в первую очередь.

22. По первым откликам вы можете смело судить о характере всей почты, которая придет на вашу публикацию: в массе своей читатель однороден, хоть и многолик. В переписке с ним решительно избегайте так называемых «трафареток» — стереотипа. Хоть несколько слов, но напишите от себя. Это важно не столько для читателя, который не всегда разберется, где «трафаретка», а где личное письмо журналиста, сколько для вас: непосредственный контакт с читателем рождает ощущение реальной поддержки, в которой вы часто будете нуждаться.

23. «Если мы возьмем всемирную литературу в ее мощном целом — мы должны будем признать, что во все эпохи в литературе преобладало… критическое, обличительное и отрицательное отношение к действительности, соглашались с нею, хвалили ее только пошляки, литераторы некрупных талантов, чьи книжки уже забыты. Та художественная литература, которой справедливо присвоено имя «великой», никогда не пела хвалебных песен явлениям социальной жизни. Боккаччо, Рабле, Свифт, Сервантес, Лопе де Вега, Кальдерон, Вольтер, Гёте, Байрон, Шелли, Пушкин, Л. Толстой, Флобер и другие люди этого роста и значения… — никто из них не сказал действительности утверждающее и благородное «да»!

Вы хоть и молодые журналисты, но, полагаю, взрослые люди, способные понять: процитированные выше слова М. Горького нам и сегодня не следует забывать, потому что литератор во все времена имеет достаточно оснований для того, чтобы петь не тенором, но басом. Нам (классиками) завещано смело и решительно выкорчевывать из реальной действительности все мерзости и недостатки, не мириться с подлостью, коррупцией, предательством, равнодушием, цинизмом. Нам никогда нельзя становиться людьми, спокойно и холодно относящимися к судьбе своей Родины.

24. Учитесь всю свою жизнь и учитесь всему! (Еще раз процитирую М. Горького: «Лично меня всю жизнь учили и продолжают учить. Учили Шекспир и Сервантес, Август Бебель и Бисмарк, Лев Толстой и Владимир Ленин, Шопенгауэр и Мечников, Флобер и Дарвин, Стендаль и Геккель, учил Маркс и также Библия, учили анархисты Кропоткин и Штирнер, и «отцы церкви», фольклор и плотники, пастухи, рабочие фабрики и тысячи других людей…»

Надеюсь, молодым журналистам в этой тотальной учебе, в этом поиске принесут какую-то пользу и мои скромные беседы о мастерстве. Однако, овладев секретами, приемами и методами работы, вы не закрепите все это навечно за собой, если останетесь «теоретиками».

Нет лучшего учителя, чем практика.

25. Профессия журналиста такова, что, каким бы опытом вы ни обладали, с каждым новым редакционным заданием начинается ваша работа с нуля. Ну и что, с нуля так с нуля! И потому последний мой совет: делайте дело. Вы только начните, и реальная жизнь подскажет вам много больше и ценнее того, что вы услышите от других».