Домой Блог Страница 191

Митинги, инаугурация и НЛО. Обзор итоговых ТВ-программ за 10-16 июня

Главная информационная тема недели — естественно, итоги выборов президента и его инаугурация. Именно с неё подавляющее большинство итоговых программ и начали свои выпуски. Про другую главную тему — митинги в Алматы и Нур-Султане и тотальные блокировки соцсетей и мессенджеров — предельно откровенно рассказал только один канал, КТК. Остальные или подробно объяснили, почему митинги — это плохо, или вообще как бы не обратили на всё это внимание.

Зато среди «эксклюзивов» этой недели попались два весьма неожиданных, и оба — на «Первом канале Евразия». Также в обзоре — телеканал QAZAQSTAN.

«Большие новости», КТК

Из всех каналов на этой неделе больше всего, как сейчас принято говорить, «зажгли» «Большие новости». Уже из анонса выпуска было понятно, что нам решили показать всё, что происходило во время и после выборов, максимально честно и подробно.

Сама программа началась мирно — с рассказа о том, как новоизбранный президент съездил в Бишкек и Душанбе на саммиты ШОС и СВМДА. Но продлилось это недолго: почти сразу начался самый, как говорится, «агонь». Хотя вроде чего бояться, если ролик про митинги в Алматы и столице (смонтированный под тревожную музыку из «Трансформеров») распространили сами полицейские? Вишенка на торте: ведущий отмечает, что композиция называется «It’s our fight» — «Это наша борьба».

В целом в этом большом материале журналисты, кажется, осветили всё по максимуму:

  • полицейские считают, что митинги организовала запрещённая в Казахстане организация ДВК, которую возглавляет беглый банкир Мухтар Аблязов;
  • но полицейские задерживали не только митингующих, но и обычных прохожих: например, отца-одиночку, мирно ехавшего домой на велосипеде;
  • после объявления результатов выборов в Алматы на стихийный митинг вышла группа «наблюдателей» во главе с айтыскером Ринатом Заитовым. Всё закончилось едва ли не штурмом одного из полицейских участков, хотя Заитова там уже не было, и он вообще записал видеообращение, в котором просил всех разойтись по домам;
  • во время волнений на перекрёстке сбили регулировщика, а стражи порядка избили журналиста Tengrinews; полицейские извинились, но заметили: мол, не отличили мы журналиста от митингующих, на нём не было опознавательных знаков;
  • во время митинга задержали всего девять журналистов, в том числе одного иностранного;
  • происходящее прокомментировал Касым-Жомарт Токаев: «Некоторые граждане вели себя недостойно»;
  • 12 июня Аблязов призывал людей выйти на улицы, власти почти полностью заблокировали интернет, что породило волну слухов. Людей отпускали с работы пораньше, город вымер, а акции протеста не состоялись;
  • в Нур-Султане девочка во время протестов подарила одному из солдатов одуванчик.

Ведущие «Больших новостей» особо отметили, что информационная борьба силовиков в эти дни вышла на новый уровень: они не только публиковали в сети аудиозаписи звонивших на 102, но даже выложили ролики с раскаянием нарушителей. Которые, впрочем, выглядели довольными и жизнерадостными.

Отбившись материалом про инаугурацию президента («стремительную»: она состоялась всего через три дня после выборов), тема собственно выборов продолжилась. Журналисты вспомнили, как проходила избирательная кампания, какие скандалы с ней были связаны, кто и сколько процентов голосов набрал. Как проходили сами выборы, на которых «многое было впервые» и зафиксированы довольно грубые нарушения. Особенно запомнилась одна сотрудница школы, которая уверяла, что на её участке никто ничего не нарушал: она сказала, что возмущена [обвинениями] «до беспредела».

Основные тезисы политологов, которые комментировали всё произошедшее:

  • социальной базы для революций в стране нет;
  • бунт и протест — это язык тех, кого не слушают;
  • нужны такие реформы, чтобы главным в стране стал гражданин, а не чиновник.

В целом уровень откровенности авторов программы по поводу митингов и комментариев к ним был таким, что некоторые пользователи соцсетей даже предрекали, что её не выложат на сайт КТК. На вечер понедельника её там и правда ещё не было, но сотрудники канала сказали, что это связано исключительно с техническими проблемами.

Да и чего бояться? В конце ведущие объявили, что программа уходит на летние каникулы. А до осени все всё уже забудут.

«Аналитика», «Первый канал Евразия»

Преднамеренно или случайно, но в программе «Аналитика» на этой неделе объединяющим все темы стал вопрос «Готовы или не готовы?».

В первом же материале про митинги после выборов в Казахстане цитируют Instagram-аккаунт вайнера Мейржана Туребаева: «Мы не готовы к мирным митингам», — пишет он. Вообще о митингах «Аналитика» говорит коротко, не упоминая ни нарушений во время выборов и разочарование избирателей после того, как Амиржан Косанов признал итоги, ни заявление акына Рината Заитова о создании партии и его последующее задержание.

Для «Аналитики» «главный выступающий, агитатор за незаконные митинги» — Мухтар Аблязов, лидер запрещенной в Казахстане партии ДВК, который скрывается за рубежом.

Но власть готова к диалогу с народом, говорят журналисты во втором материале — об инаугурации президента Казахстана. При этом в сюжете используют цитаты не с пресс-конференции Токаева, где он «готов ответить на любые вопросы», а из интервью зарубежному Euronews. Вообще в материале об инаугурации много неожиданных образов. Вместо стандартного «в мероприятии принял участие первый президент Казахстана» журналист как бы намекает: «Прибытие одного гостя — особый эпизод мероприятия», — и показывает проходку Нурсултана Назарбаева.

На удивление ни одного слова о курсе преемственности Елбасы. Теперь это подаётся так: «Токаев выбрал саундтрек». Инаугурация завершилась исполнением песни на стихи Назарбаева.

В программе также вышли сюжет об интернет-мошенниках, праздничный репортаж ко Дню медика, подборка назначений и происшествий (там почти пробросом прошёл материал из Восточного Казахстана, где власть оказалась не готова к разливу рек, и люди остались без жилья). Но комментарии чиновников журналисты не показали.

Завершилась программа неожиданным сюжетом про НЛО. Мы уже было предположили, что именно с этим свяжут многочасовую недоступность интернета на этой неделе. Но, как оказалось, особого информационного повода у материала нет, просто иногда некоторые видят инопланетян. Впрочем, эксперты программы считают, что к инопланетянам мы тоже не готовы. Вот прилетят они к нам, а у нас тут мы, такие неинтересные.

«7 кун», «Хабар»

«7 кун» начал с торжественной констатации факта: впервые в Казахстане президентскую присягу принёс не Назарбаев. И инаугурации Касым-Жомарта Токаева в том или ином виде программа посвятила почти 20 минут. Журналисты собрали лучшие образчики художественного пафоса: «Им бы гордился дядя, в честь которого получил первую часть имени, — Касым. Мама, которая настояла на второй, — Жомарт. И, конечно же, известный в литературных кругах отец — Кемель. Их племянник и сын получил поддержку шести с половиной миллионов соотечественников и стал вторым президентом в истории независимого Казахстана».

Чтобы осветить такое важное событие, так сказать, со всех сторон, корреспонденты поговорили даже с оркестром и охраной, имитируя «беседы с простым народом» и постоянно этот простой народ переспрашивая. Вот, например, диалог с музыкантом оркестра:
— А что у вас за инструмент?
— Сузафон.
— Как?
— Сузафон.
— Это такой военный инструмент, да?
— Это маршевый, для игры на улице.
— А вы долго учились на нём играть?
— 15 лет.
— 15 лет?
— Да.

А вот — с солдатиком:
— А у вас автомат настоящий?
— Так точно.
— А заряжен?
— Никак нет.

Такие «зарисовки про власть с человеческим лицом».

Расправившись с инаугурацией, авторы «7 кун» перешли к реакции мировой общественности на завершение транзита власти в Казахстане. Все, разумеется, в восторге от того, как всё прошло гладко, спокойно, по закону, и какой Токаев мудрый. Доволен даже Зеленский.

Далее в выпуске опять про нового президента — с кем встретился, какие дал первые указания, каковы его 10 приоритетных направлений. Среди прочего про Касым-Жомарта Кемелевича:

  • соперники признали его победу;
  • Токаев съездил в Кыргызстан;
  • Токаев съездил в Таджикистан.

И почти ни слова про Нурсултана Назарбаева! Больше «7 куну», видимо, не надо разрываться между старым и новым президентами, поэтому теперь в выпуск «влезают» не только материалы про руководителей страны. Вот и в этот раз поместились в конце два небольших сюжета: про героев в форме — тех, кто спасает людей, иногда ценой своей жизни. И коротенько про День медработника.

Apta, QAZAQSTAN

Первые 10 минут авторы Aptа, как и все остальные, посвятили инаугурации Касым-Жомарта Токаева. Из «фишек» материала: корреспондент сделал стендап на трибуне, на которой стоял Токаев, а ещё вспомнил, как казахские ханы издревле начинали правление: существовала традиция «Ақ киізге отырғызып хан көтеру» / «Поднять хана на белом текемете».

Подробно рассказали о пресс-конференции избранного президента с представителями отечественных и зарубежных СМИ. Более 100 журналистов задали около 30 вопросов на казахском, русском и английских языках. Президент-полиглот на все вопросы ответил. Упомянули в материале вопросы и про митинги. Токаев на них ответил, что люди вправе выражать свои мысли, но были и те, что угрожали безопасности жителей. И пригласил всех обращаться к нему посредством соцсетей.

Следующий материал о создании Национального совета общественного доверия комментировал политолог Айдос Сарым: высказал очень свежие мысли о том, что нужны реформы, а все вопросы нужно решать с помощью диалога и доверия.

Также в выпуск вошли:

  • интервью в студии с первым заместителем председателя партии Nur Otan;
  • в Нур-Султане — новый аким, болашаковец Алтай Колгинов;
  • саммит ШОС в Бишкеке;
  • саммит СВМДА в Душанбе;
  • сюжет о казахстанских полицейских в честь Дня полиции;
  • проблемы казахстанского рынка труда;
  • в Казахстане исчезают аулы — за последние 28 лет таких более 300 только в Костанайской области.

В целом можно сказать, что вроде о самом важном за неделю авторы Apta рассказали, но взгляду зацепиться было совершенно не за что.

«Басты бағдарлама», «Первый канал Евразия»

Итоговая программа «Первого канала Евразия» на казахском языке тоже началась с инаугурации. И тоже довольно подробно.

Потом не менее подробно рассказали о новых назначениях, которые сделал Токаев: сменились аким Нур-Султана, глава МОН, аким Мангистауской области, разделили АДГСПК (Агентство по делам госслужбы и противодействию коррупции: теперь одна часть будет отвечать за госслужбу, а другая противодействовать коррупции).

Столичному правлению Бахыта Султанова посвятили отдельно несколько минут — вспомнили, какие именно знаковые события произошли при прежнем акиме (в основном печальные: дети гибли в люках и на пожарах).

Следующий сюжет можно смело назвать самым неожиданным (неожиданнее, пожалуй, даже чем НЛО у русскоязычной версии программы) за всю неделю: журналисты рассказали, как на Зелёном базаре в Алматы торгуют порнодисками с… животными. Торговцев снимали скрытой камерой: допытывались, какие именно звери у них есть. Психологи сказали, что зоофилия — не болезнь, а проявление неуверенности в себе. Полицейские добавили, что порно с животными — всё равно порно, и на это есть статья.

От животных — к детям. Большой материал про использование детского труда всем бы был хорош, если бы не одно но: лицо ни одного ребёнка авторы сюжета не удосужились заблюрить.

Программа завершилась интервью в студии с филологом Айгуль Смаковой, с ней ведущий обсуждал проблемы в сфере образования.

«Новый репортёр» продолжит еженедельный мониторинг итоговых программ казахстанского ТВ до тех пор, пока все они не уйдут на летние каникулы.

Как создать подкаст: советы экспертов Школы подкастинга Internews

11-12 июня 2019 года в Алматы прошла первая в Центральной Азии Школа подкастов. Участники Школы — представители медиа и НПО Центральной Азии. Обучение проводили международные эксперты:

  • Артём Платов, издатель независимого правозащитного медиапроекта «ОВД-Инфо»,
  • Лика Кремер, продюсер подкастов «Медузы», основатель студии подкастов «Либо Либо»,
  • Елена Барышева, журналист, в прошлом основатель проекта Recycle и шеф-редактор сайта «Московские новости». Автор подкаста «Больше половины» — о женщинах, которые помогают другим женщинам,
  • Андрей Уродов, продюсер спецпроектов «Такие дела». Автор подкаста «Жизнь человека».

Создавать собственные проекты участникам помогали сотрудники Internews. Мы подготовили советы и рекомендации от менторов и экспертов Школы.

Артём рассказывает о жанрах подкастов.

  • В среднем подкасты слушают 6 часов в неделю. Цифра растёт каждый год.
  • Один эпизод подкаста в среднем скачивают 124 раза, в основном подкасты слушают на прогулке и за рулём.
  • Слушатели подкастов — премиальная аудитория; средний доход — 75 тысяч долларов в год, высшее образование, мужчины слушают чуть больше — данные США.
  • Подкаст — такой формат, который должен захватывать и держать.

Google научился индексировать подкасты. Технология ещё не внедрена окончательно, но скоро появится поиск по подкастам. А это значит, что рынок подкастов для рынка поиска аудитории станет открытым.

Монетизация

  • Нативная реклама.
  • Прероллы — рекламный блок до прослушивания, мидроллы — внутри подкастов. Рекламные блоки, которые зависят от хостинга, вставляете не вы.
  • Партнёрские/брендированные эпизоды — расширенный ряд нативной рекламы, весь выпуск создан при поддержке определённого бренда или рекламодателя.
  • Лицензирование историй для кино и сериалов.
  • Платная подписка.

Производство подкастов наиболее успешно у медиакомпаний, заводящих специальные отделы. На втором месте компании, которые занимаются производством подкастов.

Общепринятой типологии нет, есть принятые подходы. Нарративные, разговорные (интервью, беседа, авторские подкасты), новостные, другие (музыкальные, образовательные).

Ержан Сулейменов, медиаэксперт Internews, рассказывает слушателям Школы подкастинга о поиске и определении аудитории.

  • Чем уже и конкретнее вы представите аудиторию, тем успешнее будет ваш проект.
  • С точки зрения маркетинга хорошо работают узкие, нишевые комьюнити. Где небольшое количество инфлюэнсеров, и вы можете стать одним из них.
  • После того, как вы определили свою аудиторию, нужно представить, с какими проблемами ваша целевая аудитория сталкивается. По сути, подкаст — это сервис. И ваш подкаст должен решить какую-то проблему вашей аудитории.
  • Представляйте, какие чувства при этом испытывает ваша аудитория. Выбирайте соответственно тональность.

Например, подкасты Arzamas. Проблема аудитории — нехватка времени и желание обучаться. Arzamas помогает решить проблему.

  • Нужно следить, будут ли решаться проблемы. Если проблемы будут решаться, проект надо менять. По сути, это миссия.

Ольга Каплина, медиаэксперт, Internews, спрашивает — где люди слушают подкасты? Это тоже важный момент для определения аудитории. Чего хочет от меня в этот момент аудитория?

  • развлечения
  • информирования
  • решения проблемы…

Создать настроение — некую атмосферу. Например, говорит Ольга, атмосферу создают подкасты для прослушивания перед сном.

«Если вы умеете рассказывать историю, у вас всё получится», — говорит Лика Кремер, продюсер подкастов «Медузы», основатель студии подкастов «Либо Либо».

Лика делится лайфхаками и примерами:

В мире бум подкастов: потребление растёт на 10-20 % в год. Поворотный год — 2014. В этот год был выпущен подкаст «Сериал», детективная история о расследовании убийства американской школьницы.

Ещё пример успешного проекта — The Moth. Изначально это — истории жизни друзей, по четыре минуты на человека. Сейчас The Moth — это некоммерческая группа, которая занимается искусством и искусством рассказывания историй.

А вот продукт студии «Либо Либо». Школьный подкаст, где можно получить ответы на вопросы не от родителей или психологов, а от друзей и других подростков.

Советы от Лики:

  • В радио ты включаешься тогда, когда у тебя есть время. А подкаст ты выбираешь сам. Ты сам выбираешь собеседника. Подкаст разговаривает с тобой как с другом.
  • Не нужно переделывать что-то. Подкаст должен быть самостоятельным. Отдельным продуктом.
  • Нужен понятный формат — ответ на вопрос, о чём ваш подкаст. Ваша аудитория должна получать предсказуемый продукт. Понятный.
  • Задайте себе вопрос: почему подкаст? Почему не видео? Что такого в звуке?

Пример — подкаст «Медузы» «Как жить» — три женщины трёх разных поколений отвечают на вопросы и спорят о жизни.

  • Подкаст должен выходить регулярно раз в неделю — хорошая периодичность. Реже раза в две недели делать подкаст не стоит. Люди как бы подтягивают подкаст под свои дела.
  • Нужно рассказывать вашей существующей аудитории о том, что у вас есть подкаст.
  • Просите слушателей рассказывать о вас, писать вам, задавать вопросы.
  • Ваш подкаст должен быть везде, где есть подкасты. Не отпускайте подкаст в «свободное плавание», он потеряется.

Советы от Андрея:

  • Многие думают, что попасть на главную страницу iTunes сложно, но это достаточно просто — пишите в поддержку.
  • Если вы рассказываете историю, делайте перебивки каждые 1,5-2 минуты.
  • Вы хотите рассказать историю человека максимально эффектно. А команда может принести вам, например, семь часов звука. И их надо будет прослушать, а это достаточно сложно — вам придётся сортировать огромное количество материала, не всегда весёлая работа.
  • Обратите внимание: если вы будете делать много выпусков, вам будет всё труднее с каждым разом придумывать короткие и эффективные заголовки.

Школа подкастинга проводилась в рамках программы Internews «Поддержка доступа к информации» при содействии Агентства США по международному развитию (USAID) и является частью инновационного фестиваля, организованного Ассоциацией развития гражданского общества (АРГО).

Реалити-шоу «Нестеватр»: карманное «шоу Трумана», в котором можно увидеть себя

На пешеходной улице Панфилова в Алматы построили две стеклянные комнатки. В них заселили девушку Зульфию и парня Аблая. Участники шоу две недели жизни за стеклом будут выполнять разные задания организаторов и набирать «лайки» зрителей. Победитель получит миллион тенге.

Это краткий синопсис реалити-шоу «Нестеватр», старт которого около недели назад стал заметным событием.

Когда-то на российском ТВ настоящей сенсацией стало реалити-шоу «За стеклом». Оно задало на телевидении постсоветской цивилизации новую планку откровенности — правда, совсем скоро его участники на фоне последователей из «Дома-2» выглядели выпускниками духовной семинарии, а потому вскоре были позабыты. Впрочем, и то сверхрейтинговое «застеколье», как это принято в той же постсоветской цивилизации, было лицензированной копией креативной мысли нидерландских творцов, выступивших за два года до, в 1999-м, с шоу «Большой брат» (название — отсылка к роману Оруэлла).

Кстати, в Казахстане уже был опыт помещения людей в стеклянную «пробирку». Тот проект назывался «Дом-Весы».

Пять лет назад «31 канал» построил прозрачный дом, заполнив его гражданами с комплексами из-за избыточного веса, которые под присмотром телезрителей и гуляющих зевак, соревнуясь, худели.

Все эти шоу про то, как общечеловеческая склонность к вуайеризму удачно встречается с не менее свойственной Homo sapience тягой к эксгибиционизму, неизменно оказывались заметными событиями в медиажизни взволнованных зрителей.

Реалити-шоу «Нестеватр» (название происходит от разговорно-игрового сокращения с казахского «не iстеп отыр?» — «что делает?») исключением не стало.

Драматургия террариума?

Создала новое реалити-шоу компания Salem Social Media, активно завоёвывающая казахстанский сегмент YouTube спродюсированными проектами. Они выгодно отличаются от самодеятельных выступлений на платформе грамотными планированием и наличием стратегий развития. Аудитория этих проектов, как и положено, молодёжь, но иногда авторы под покровительством Salem Social Media, кажется, стремятся привлечь к просмотрам и поколение постарше, отправляя на теплые моря пенсионерок (радость апашки в дальнем зарубежье, и правда, трогательна для представителей всех возрастов) и используя навыки известного профессионала-интервьюера Амана Тасыгана (о нём я уже говорил в материале «Дуди Центральной Азии…»).

Стратегический дар менеджеров продюсерской команды неоспорим. Они хорошо чувствуют вкусы целевых аудиторий. И их развлекательные проекты набирают обороты.

Самое главное, они хорошо понимают, что нужно загадочному поколению казахстанцев, фанатеющих от Instagram. Интерактивность и связь с аудиторией в «Нестеватр» доведена до максимума. Во-первых, любой желающий может в любое время суток зайти на YouTube и посмотреть, чем занимаются Зульфия и Аблай. Может проехать на метро до улицы Панфилова и подойти к стеклянной прозрачной стене, чтобы увидеть их вживую. Может отправить комментарий — участники его прочтут: в каждой комнатке висят экраны, стилизованные под дисплеи смартфонов.

Собственно, основное время у ребят в стеклянных коробках проходит за общением: они то каким-то образом реагируют на подходящих к стеклу прохожих, то вслух отвечают на некоторые комментарии с экранов. Так как участники отделены друг от друга глухой стеклянной перегородкой, они могут общаться только на языке жестов, либо написав что-то маркером на стенах.

Признаюсь, я следил за жизнью обитателей застеколья урывками. То ли мне не везло, но всё больше я попадал на не очень активных парня и девушку, разговаривающих вслух с виртуальными комментаторами. В один из моментов выяснилось: Аблаю за что-то очень стыдно, и он это неустанно повторял, всячески изображая раскаяние. В другом эпизоде грустила уже Зульфия. Но вот парень приветливо подбегает к прильнувшим к стеклу прохожим, а девушка что-то радостно говорит и разгуливает по комнате. В другом отрывке целую вечность заняла почти безмолвная переписка наших героев друг с другом с помощью маркеров. Я скучал из-за полного отсутствия какой-либо драматургии и буквально заставлял себя смотреть шоу дальше — хотя бы ещё несколько минут. Когда становилось скучно до душевного зуда, читал комментарии зрителей и не понимал их. Тогда казалось — шоу по событийной насыщенности приближается к жизненному вакууму черепашьего террариума.

Только потом я догадался проматывать видео вперед-назад в поисках экшена — обещанных в анонсах конкурсов. Участники ели бургеры на скорость, освобождались наперегонки от скотча и пели: весь этот «свадебный креатив» набил оскомину очень быстро. И я уже, нахмурив брови, хотел написать что-нибудь разгромное о «Нестеватр» и людях, его придумавших. О том, что конкурсы кажутся мне безвкусными и лишенными остроты, о том, что я абсолютно не вижу развития героев (что вообще-то присуще хорошим реалити-шоу), что речь участников бедна, а им самим не хватает харизмы.

Но тут я кое-что вспомнил.

«Нестеватр» как символ

Я вспомнил, как когда-то давно, будучи младше примерно вдвое, и сам буквально «залипал» на то, казавшееся откровением, шоу «За стеклом» и с нетерпением ждал новых выпусков в эфире. Вспомнил, какими остроумными мне казались его участники, и как я переживал за их судьбы. И понял, что сейчас то «застеколье» показалось бы мне не намного лучше этого.

Не зря я уже упоминал попадание в целевые аудитории. Будь я 15-летним подростком во время летних каникул, вполне возможно, строчил бы сейчас комментарий за комментарием, глядя на завтракающих и явно скучающих участников. К сожалению, я уже не вхожу в поколенческий круг потребителей попсовых музыкальных каналов, брендированных вайнерских мороженых и шоу «Нестеватр».

Но если я сделаю самому себе скидку на разницу в возрасте с главной аудиторией этого, на первый взгляд, примитивного шоу, совершенно искренне и без натяжек найду, за что его можно и похвалить.

Сама идея заточения двух людей в маленькие прозрачные мирки комнатушек, выставленных на всеобщее обозрение, — богата. Человек, благодаря соцсетям живущий в иллюзии свободы и отсутствия преград, — это «шоу Трумана», которое всегда и с каждым из нас. Аблаю и Зульфие сквозь стекло улыбаются прохожие — они улыбаются в ответ; им пишут комментарии «ноунеймы», они отвечают, забывая через минуту о виртуальном диалоге. И они так хотят понравиться незнакомцам, чтобы заработать свой миллион.

Авторам проекта удалось, случайно или нет, поместить на предметную пластину видеохостингового микроскопа интересный образец самого блогерского существования. А если шире — реальность каждого человека, хотя бы следящего за количеством лайков и комментариев под постами. Драматургия, которая ускользала от меня во время долгих минут слежки за «подопытными», с этой точки зрения просто оказалась феноменом более высокого порядка. Смешно, но чтобы её понять, не обязательно смотреть шоу в течение двух недель. Одиночество в сети отделенных перегородками друг от друга и от окружающего мира современных людей — его наглядную модель легко рассмотреть и за более короткое время. Как это сделал я.

Три способа взаимодействия судов и общества в Литве, которые нужны Таджикистану

Литовская судебная система считается одной из самых лучших и продвинутых на всём постсоветском пространстве. Бывшая республика СССР добилась этого во многом благодаря открытости перед обществом и тесному контакту судебных органов и медиа.

Таджикская делегация из госслужащих судебных органов и журналистов, освещающих судебную тематику, побывала в Вильнюсе в конце мая. Её участники рассказали «Новому репортёру» о том, что судебная система Таджикистана может перенять у литовских судов.

Несмотря на то, что в Таджикистане зарегистрировано 53 официальных сайта, которые принадлежат различным судам — республиканского, областного и районного уровней, — таджикские журналисты всё ещё испытывают недостаток в информации. Данные на некоторых сайтах не обновляются, а если и публикуются вовремя, то их содержание оставляет много вопросов. В идеале в Таджикистане должно быть так: на сайте публикуется информация о процессах, которые сейчас идут, о судьях, которые их рассматривают, за исключением тех дел, которые проходят в закрытом режиме. И любой гражданин может ознакомиться с этой информацией.

Однако для этого Таджикистану придётся ещё поработать. А вот в Литве почти такая же система — обычный процесс. Во многом благодаря прозрачности и открытости судебная система в Литве за годы независимости успела превратиться в одну из самых развитых на постсоветском пространстве и завоевать доверие людей.

Результаты этих трансформаций во время образовательной поездки увидела таджикская делегация из госслужащих и журналистов, которые занимаются судебной тематикой.

Мы попросили коллег назвать три самых полезных способа взаимодействия судебных органов Литвы с обществом, которые они узнали во время поездки.

Виртуальные суды

В Литве с 2015 года работают виртуальные суды. Любой гражданин может принять участие в судебном заседании и узнать, как выглядит процесс судебного заседания, кто в нём принимает участие, какими правами и обязанностями обладают участники. Чтобы попасть на виртуальный суд, нужно зайти на официальный сайт, выбрать административное, гражданское или даже уголовное дело, которое кажется наиболее интересным, и начать процесс.

Во время виртуального процесса зрители могут посмотреть на планировку зала суда, на участников, вовлечённых в судебное разбирательство, — судей, адвокатов, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего.

Кроме того, зрители могут выбрать одного из персонажей виртуального зала суда и увидеть, как он должен вести себя во время процесса: где сидеть, когда нужно встать и так далее; во время слушания дела зрители могут даже задавать вопросы.

Этот образовательный проект создан в Литве для того, чтобы повысить психологический комфорт потерпевших и свидетелей. С помощью виртуального процесса они могут посмотреть, как он будет проходить в реальности и морально быть к нему готовым. Кроме того, виртуальные суды предназначены для тех, кто просто хочет больше узнать о процессе судебного разбирательства: например, журналистов или студентов юридического факультета.

Исторический музей судебной системы Литвы

Ещё один образовательный проект, благодаря которому обычные граждане Литвы могут больше узнать о судебной системе, — музей при Национальной судебной администрации Литвы. Это собрание 200 экспонатов, связанных с судебной системой страны разных периодов.

Оружие, документы, книги, судебная одежда, вещественные доказательства, дела, сшитые вручную, настоящие клятвы — всё это свидетели истории литовских судов. Разобраться в музее помогает гид, который работает для посетителей совершенно бесплатно.

Кстати, частые гости этого музея — литовские школьники, которым подробно объясняют, как работает судебная система. Так они с самого детства учатся жить в правовом поле.

Судебные дела в открытом доступе

Каждый журналист в Литве имеет право на доступ к информации через портал судебной системы.

В принципе, получить здесь информацию может каждый гражданин, но у журналистов особые преимущества: представители СМИ по запросу в администрацию судов Литвы за один день могут зарегистрировать личный аккаунт, который даст им доступ к гораздо большему объёму данных.

На этом сайте представители прессы смогут найти все судебные решения и график судебных заседаний, тексты приговоров и другие полезные данные. Если дело рассматривается в закрытом режиме, отделы по связям с общественностью литовских судов публикуют короткие резюме процесса в тот же день, когда происходят важные события или выносится приговор.

Если журналистам недостаточно данных, опубликованных на сайте, они могут сделать запрос в судебные органы. Его рассмотрят течение одного рабочего дня. Если предоставить нужную информацию прессе невозможно, сотрудники судебных органов обязаны объяснить, почему, и определить день, когда будет можно. Впрочем, для литовской судебной системы это исключительные случаи; судебные органы и журналисты в этой республике одинаково заинтересованы в своевременном информировании граждан, потому что и для тех, и для других это — показатель качества работы.

Акын Ринат Заитов как человек-медиа

Известного в казахской среде акына-айтыскера Рината Заитова вместе с десятками активистов и наблюдателей вчера в Алматы задержала полиция. По данным СМИ, около 50 человек собрались на площади у ледового дворца «Алматы Арена» и выразили своё возмущение итогами прошедших 9 июня президентских выборов.
Ринат Заитов выступил перед собравшимися с речью, в которой заявил, что будет создавать партию: «Меня предупреждают старшие товарищи, звонят и говорят: зачем это тебе надо?! Тебя закроют, арестуют! Но я ничего не боюсь, ни перед чем не отступлю. Если все будут бояться, что с нами будет?» — сказал он в своём кратком пламенном спиче.

Не успел Заитов закончить, как появившиеся полицейские начали хватать людей. Вместе с другими в отделении полиции оказался и Ринат. Спустя несколько часов его и других задержанных отпустили.

Попробуем разобраться, как Ринат Заитов — успешный представитель молодого поколения акынов, участник и победитель многих айтысов
(импровизированное песенное состязание акынов) — «докатился» до политики.
За последние два-три года активно раздающий интервью на злободневные общественные темы (в основном на Youtube) Ринат в казахоязычной среде стал настоящей медийной личностью. Его активность возросла накануне президентских выборов. К примеру, в период предвыборной агитации он заявил, что поддерживает кандидата от движения «Ұлт тағдыры» Амиржана Косанова.

В интервью передаче «Жұлдыздар не дейді?», опубликованном 6 июня, Заитов выражает надежду, что выборы изменят жизнь в стране, и напоминает о миссии настоящих казахских акынов:

— Настало время избавиться от этой проворовавшейся власти, которая за 30 лет ничего не сделала для народа. И я возлагаю большие надежды на выборы. Если говорить об айтысе и современных акынах, то многие из них боятся власти. Перед началом каждого айтыса у нас проходят собрания, где могут не указывать прямо, о чём нам говорить. Но о чём не стоит петь — говорят. И многие соглашаются, превращая айтыс в развлечение для власти. Но ведь во все времена акыны работали на народ, а не на власть, говорили правду, а сейчас многие из них участвуют в айтысах только для личной выгоды. «Придворных акынов», воспевающих власть, стало очень много, — говорит он и выглядит вполне искренним.

Интервью это, кстати, набрало больше 48 тысяч просмотров, похвастаться таким количеством в YouTube вряд ли могут даже серьёзный казахстанский политик или общественный деятель.

И именно его искренность, на мой взгляд, подкупает многих его поклонников. Он — один из немногих айтыскеров, который в своих выступлениях критикует власть, за что несколько раз был отлучён от участия в айтысах. И одно из таких выступлений, к примеру, — на канале «Қызықты студия», опубликованное в октябре прошлого года, — набрало более 740 тысяч просмотров.

https://www.youtube.com/watch?v=GxiQS6jGLvE

Кстати, у него есть и собственный YouTube-канал (на котором он выходил в прямой эфир последний раз 3 июня), там он говорит о митингах многодетных матерей, предстоящих выборах, своём кандидате и отвечает на вопросы слушателей. Эфир просмотрели по состоянию на вечер 10 июня более 173 тысяч пользователей, а число подписчиков канала — 183 тысячи человек.

6 июня он откликнулся на вызов принять участие в дебатах с неким Ержаном Тургумбаем — казахом, живущим в Италии, который активно призывал бойкотировать выборы и не голосовать, по его мнению, за «подставного» оппозиционера Амиржана Косанова. Видимо, у нас появился ещё один «настоящий» заграничный оппозиционер, но сейчас речь не о нём.

«Я не состою в штабе Косанова, не состою ни в одной партии, но решил быть наблюдателем на этих выборах. Не ради Косанова, ради себя и народа», — отбивается Заитов от навязчивых вопросов оппонента. Который, кстати, заметно уступает Ринату во владении казахским языком.

Выпуск передачи Talk Like c Аманом Тасыганом с участием Заитова набрал более миллиона просмотров, это тоже большая редкость в казахстанском YouTube, когда дело касается не развлекательного контента, а серьёзных тем. «Мы настолько прогнили, что нашей истиной и нашей правдой стала взятка», — заявляет Ринат.

В чём же феномен Заитова? Пожалуй, это эмоциональная искренность айтыскера, актерское умение западать в душу каждого казаха, виртуозное владение родным языком, когда, не называя имён и фамилий, можно красиво и жёстко критиковать кого угодно. К этому теперь добавились гражданская позиция, желание не молчать, как принято у многих представителей современного и традиционного казахского искусства. Ведь, в отличие от того же Бекболата Тлеухана или Кайрата Нуртаса, он не пел вместе с другими артистами на празднике партии Nur Otan по поводу победы на выборах.

Может, именно это помогает ему набирать свой «электорат»? И кто знает, может, именно он станет «казахстанским Зеленским» на следующих выборах президента? Кстати, в одном из интервью перед выборами он говорил, что пока не готов, и ему ещё нет 40 лет. А к следующим как раз уже исполнится.

Советы журналистам, пострадавшим во время массовых акций

В день выборов в Алматы во время несанкционированного митинга полиция задержала сотни человек, в том числе журналиста «Радио Азаттык» Петра Троценко, оператора Екатерину Суворову, аккредитованную от интернет-журнала Vласть, а также политолога Димаша Альжанова.

А в ночь на 11 июня напали на журналиста Tengrinews в Алматы. Корреспондент Шокан Алхабаев освещал задержания людей возле автовокзала «Сайран» в Ауэзовском районе Алматы.

Юрист Internews Ольга Диденко подготовила экстренные рекомендации для всех журналистов,  кто пострадал во время массовых акций в Казахстане:

1. Необходимо решить, будете ли вы обращаться в полицию по факту вашего задержания, пребывания в полиции, причинения вреда вашему здоровью и повреждения техники, получения угроз, насилия.

2. Если вы решите обратиться в полицию, в ближайшем отделении полиции вам нужно написать и зарегистрировать заявление о возбуждении уголовного дела в ЕРДР.

Далее вам нужен будет адвокат, и мы не рекомендуем осуществлять какие-либо действия, связанные с расследованием вашего дела, без адвоката.

3. Обсудите ситуацию с редактором (собственником СМИ) и поймите, будет ли вам оказывать редакция правовую помощь или нет.

Редакция может также:
— обратиться с заявлением о повреждении редакционного имущества;
— направить заявления в адрес МВД РК, МИОР РК, Генпрокуратуру РК о недопустимости задержания журналистов, причинения им вреда при выполнении ими профессиональных обязанностей.

Важный совет для собственников и редакторов СМИ: вам нужно иметь предварительные договоренности с адвокатами, которым вы доверяете и с которыми работаете, о том, что при необходимости они будут оказывать помощь вашим журналистам.

Контакты ваших адвокатов должны быть у каждого журналиста.

При задержании требуйте доступа к вам именно ваших адвокатов.

Обязательно при освещении массовых акций имейте при себе:
— удостоверение личности;
— служебное удостоверение;
— средства защиты — яркий жилет с надписью PRESS, кепку, каску.

Права журналистов:
Статья 20 Закона РК «О средствах массовой информации»:

4) Присутствовать по предъявлению удостоверения журналиста в районе стихийных бедствий, на митингах и демонстрациях, а также при иных формах выражения общественных, групповых и личных интересов и протеста.

Если нет времени заказать жилет с надписью PRESS, сделайте большой и яркий бейдж, который должен идентифицировать журналиста в толпе.

День выборов: медиамониторинг

9 июня в Казахстане состоялись внеочередные выборы президента республики, победу на которых одержал действующий глава страны Касым-Жомарт Токаев. По данным Центральной избирательной комиссии, свой голос ему отдали 70,96 % избирателей, принявших участие в голосовании.

«Новый репортёр» внимательно отслеживал процесс выдвижения кандидатов и подробно анализировал их предвыборную агитацию (первая, вторая, третья недели). Редакция завершает цикл предвыборных публикаций оценкой контента 20 ведущих онлайн-СМИ и пяти телеканалов Казахстана в кульминационный день президентской кампании.

В минувшее воскресенье отечественные СМИ разделились на две группы: одна предоставляла своей аудитории только официальную информацию и комментарии, другая, кроме этого, предлагала читателям собственный взгляд на повестку дня.

Подавляющее число масс-медиа давали информацию ЦИК о явке избирателей и рассказывали, как, когда и при каких обстоятельствах голосовали представители политического истеблишмента, кандидаты в президенты и соотечественники за рубежом. Отдельной любопытной «рубрикой» на многих интернет-порталах и телеканалах стали лаконичные (и не очень) репортажи о голосовании студентов, военных, моряков, вахтовиков, заключённых и даже рожениц.

Наименее полно СМИ 9 июня освещали происходящие в Алматы и Нур-Султане митинги и последующие задержания. Большая часть интернет-порталов предпочла публиковать лишь официальные комментарии представителей МВД, которые последовали спустя несколько часов после начала событий.

Ещё меньше СМИ упоминали о незаконных задержаниях журналистов во время митингов и о задержаниях активистов в других регионах страны. Также практически никто из коллег не публиковал в своих новостных лентах сообщения о нарушениях на избирательных участках, выявленных независимыми наблюдателями, в то время как социальные сети были полны их импровизированными отчетами. Кроме этого, интернет-СМИ, как ни странно, почти не жаловались на очевидные проблемы с доступом к сети, которые фиксировали жители Алматы и Нур-Султана.

Специальные информационные выпуски телеканалов в день выборов оказались наиболее скудными источниками актуальных данных о происходящем в стране. Телеканалы не фиксировали митинги и задержания, давали в эфир лишь сокращённый комментарий представителя МВД с брифинга, не сообщили о предполагаемых жертвах среди гражданских и полицейских, зато все как один записывали восторженные отзывы международных наблюдателей о демократическом и прозрачном выборном процессе.

Выборы как праздник: обзор итоговых ТВ-программ 3-9 июня

Главное событие этой недели — выборы президента Казахстана — прошло в воскресенье. А в субботу о нём говорить было нельзя, потому что перед выборами традиционно объявляется «день тишины». Поэтому многие субботние программы просто не вышли в эфир: видимо, решили, что если не говорить о выборах, то не надо говорить ни о чём. Зато эти каналы заменили свои итоговые передачи регулярными воскресными выпусками новостей.

И этот обзор получился короче, чем обычно. В него вошли лишь программы «Первого канала Евразия» и «Хабара».

«Аналитика», «Первый канал Евразия»

Программа «Аналитика» началась в 20.00 — в это время большинство избирательных участков в Казахстане уже закрылись (кроме самых западных), но ещё вовсю работали некоторые зарубежные. Поэтому об итогах выборов говорить было рано, но начали, конечно, с подробного и обстоятельного сюжета про то, как голосовала страна.
Корреспонденты рассказали про выборы в нескольких областях: вот в селе Павлодарской области журналист спрашивает людей, пришедших на участок рано утром: «Почему вам не спится в воскресенье?» Вот люди рассказывают, что выборы для них — это возможность ещё и пообщаться. И вообще праздник (видимо, ещё с советских времён). Международные наблюдатели подтверждают: да, люди приходят радостные, в национальных костюмах. Женщины признаются в любви к кандидатам. А вот голосуют солдаты: многим по 18, у них это впервые.

В Усть-Каменогорске жених и невеста перед походом в ЗАГС зашли на избирательный участок. Говорят: новый этап нашей жизни начинается с нового этапа жизни страны.

Эта феерия радости и позитива заканчивается кратким отчётом о том, как голосовал Елбасы: опустил в урну бюллетень и заявил, что власть должна меняться во всех демократических странах. Занавес.

С выборов — к другой важной теме: в Казахстане распространяют слухи о крахе тенге. Нацбанк их опровергает, а полицейские ищут распространителей.

Подводка к следующему сюжету: в Иране изобрели мини-гильотину для отрезания пальцев за взятки. А у нас по подозрению в коррупции задержан руководитель центра тестирования. Плюс начато досудебное расследование в отношении вице-министра образования и науки. В этом же сюжете — ещё несколько историй о взяточниках, например:

  • начальник колонии разрешил пронести чай с гашишем;
  • тренер по армреслингу наварился на восемь миллионов;
  • две семейные пары, где жёны — чиновницы, завладели жильем под снос, получили компенсацию, их посадили;
  • и так далее.

Вереница зарисовок на тему взяток креативно перемежается кадрами из любимых фильмов — «12 стульев» и «Кавказская пленница».

Материал на актуальную тему недели: многодетные мамы в Нур-Султане устроили пикет, а министр информации Даурен Абаев прокомментировал: «Никто из них не требовал работы, все требовали жильё и списание кредитов».

Центральным сюжетом программы смотрится материал, озаглавленный «Спасение утопающих». Очень актуальная в начале лета тема: в Казахстане тонут дети. Спасатели говорят, что тела детей вытаскивать из воды особенно тяжело. Много историй, рассказов о детях, которые ещё недавно были живы. Подробности того, как они погибли. За счёт этого материал получился очень эмоциональным, цепляющим и страшным.

Тему ЧП продолжает постоянная «винегретная» рубрика «Аналитики» — «Мелочей не бывает»:

  • дети умирают от ударов током — на улицах встречаются оголённые провода;
  • дети гибнут на батутах;
  • в Рудном опасное колесо обозрения;
  • в Шымкенте взорвалась цистерна;
  • Алматинскую и Туркестанскую области затопило;
  • в Нур-Султане на одной из улиц изменили скоростной режим, а знак не повесили;
  • в Караганде хулиганы дразнили львов в зоопарке.

Традиционно хороший у «Аналитики» «бантик»: сюжет, завершающий выпуск. В этот раз нам рассказали о новой победе GGG (утром в воскресенье он отправил своего соперника в нокдаун, и этот бой транслировали в столичных избирательных участках).

И совсем напоследок — не очень внятный, но эмоциональный материал о патриотических акциях: казахстанцы поют гимн и читают на камеру произведения Абая.

«7 кун», «Хабар»

К названию программы «7 кун» вполне можно добавить актуальное для сегодняшнего Казахстана имя-название улиц, аэропортов и столицы. До 19 марта эта программа была в формате «3/4 времени про президента, а потом что успеем», а последние несколько месяцев это, по сути, «Семь дней Нурсултана Назарбаева и немного про Токаева». И даже в день выборов ситуация не изменилась. Всю программу посвятили процессу транзита власти и хронике событий недели первого президента.
Цитаты ведущего Александра Трухачёва:

  • Казахстан — его конструкция.
  • Администрация первого президента наделена серьёзными полномочиями.
  • Сложение полномочий Назарбаевым нисколько не затмило интерес к его фигуре у игроков глобальной политической арены.
  • Сам мир глобальной политики очень нуждается в опыте первого президента Казахстана.

Больше, собственно, про этот выпуск «7 куна» сказать нечего.

«Басты бағдарлама», «Первый канал Евразия»

Поскольку итоговая программа на казахском языке «Первого канала Евразии» вышла в субботу, в «день тишины», то про выборы там совсем ничего не было. И выпуск начался с главного коррупционного скандала недели: ареста вице-министра Министерства образования и науки Эльмиры Суханбердиевой. А ведь всего неделю назад она комментировала дело бывших руководителей Национального центра тестирования. Логичный вопрос задают журналисты: уйдёт ли после этого скандала в отставку министр Куляш Шамшидинова? Сама она на этот вопрос ответила туманно: мол, время покажет.

Ещё по теме: руководитель антикоррупционного агентства Алик Шпекбаев в интервью «Казахстанской правде» заявил, что стоит принять закон, позволяющий отслеживать источники доходов чиновников. А изъятые у коррупционеров деньги надо отдавать малообеспеченным семьям.

Следующая тема — тоже остросоциальная: на заседании Сената рассматривали затратные проекты казахстанских холдингов. Депутат верхней палаты Ерболат Мукаев предложил закрывать неэффективные компании квазигоссектора.

В продолжение темы денег — сюжет о финансовых пирамидах. Несмотря на то, что люди вроде бы должны бы уже стать более финансово грамотными, число жертв мошенников с каждым годом только растёт. Они (жертвы) и стали героями материала. Хорошо, что его авторы не забыли заблюрить их лица. Эксперты давали советы, как не стать такой жертвой. Креативный стендап: корреспондент нарисовала на доске денежную пирамиду, которую потом стёрла.

Немного трэша под конец: авторы программы рассказали, как в Актобе старик хотел изнасиловать девочку, заманив её конфетами. Автор сюжета искал ответ на вопрос, можно ли ослабить действие препарата для химической кастрации, и как вообще надо наказывать педофилов. Материал украшают постановочные сцены, а некий писатель высказывается, что педофилов нужно казнить.

И в самом конце авторы программы внезапно возвращаются к теме коррупции: гость в студии — экономист Максат Халык. Он рассказал, почему коррупция вредна для экономики страны, и как с ней борются за рубежом.

«7 күн», «Хабар» (на казахском языке)

Казахоязычный вариант итоговой программы «Хабара» тоже выходит в субботу. Поэтому о выборах там тоже не было, но для тех, кто о «дне тишины» забыл, ведущий в самом начале о нём напомнил. Поэтому всё началось с материала о Нурсултане Назарбаеве, и дальше было всё тоже о нём и о нём. Как-то:

  • встреча Елбасы с зампредседателя Ассамблеи народа Казахстана;
  • встреча Елбасы с независимыми зарубежными наблюдателями;
  • Елбасы стал почётным сенатором;
  • Елбасы поговорил с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом;
  • Елбасы передал власть, и этот поступок высоко оценили во всём мире;
  • Елбасы поручил обеспечить народ питьевой водой.

Дальше немножко про Токаева: два сюжета по 10 минут каждый про то, как действующий глава государства съездил в Жамбылскую и Мангистаускую области. А потом ещё две минуты про то, как второй президент посетил главную мечеть Нур-Султана в честь окончания Рамадана.

И — на казахском языке в день тишины у «Хабара» нашлось немного времени на «что, кроме президентов, влезет». Влезли: большой сюжет про модернизацию МВД и КУИС и развитие киберспорта в Казахстане.

Очевидно, что итоговые программы на следующих выходных будут посвящены выборам гораздо подробнее. Мы обязательно их посмотрим и вам расскажем.

Программа «Бизнес и закон»: проколы информационного спецназа

Телеканал Atameken Business вместе с родственным порталом Inbusiness.kz, когда-то удачно занявшие свой уголок в нише «деловых» СМИ, в профессиональных журналистских кругах всегда на слуху. Законами рынка как бы предопределено: такие специализированные телеканалы и интернет-издания должны быть точнее, быстрее и глубже в избранных областях, чем средства массовой информации с более широкими и менее требовательными аудиториями. Отсюда и доверие — не только зрителей-читателей, но и коллег. Доверие чаще всего оправдывается.

Но, к сожалению, даже у «информационного спецназа» иногда случаются проколы. Так произошло в минувшее воскресенье с очередным выпуском программы «Бизнес и закон». Недостатки передачи находятся на поверхности, но при этом их достаточно, чтобы посвятить обзор «техническим тонкостям» выпуска.

Тема хорошая, исполнение не очень

Театр начинается с вешалки, а телепрограмма — с заставки. И заставка у «Бизнеса и закона» оказалась вполне добротной. Пожалуй, это лучшее, что я увидел, посмотрев тот выпуск: ведущий Константин Харламов молотом разбивает стену и проходит в широкую залу, замирая перед статуей богини правосудия Фемиды. То, что в последние секунды ведущий стоит к зрителю спиной, может, и дурной тон по телевизионным канонам, но мизансцену можно оправдать смещением визуального акцента на статую, символизирующую верховенство закона. Нет, я не собираюсь «разбирать» программу на такие мелкие детали. Просто смысл этой заставки символичен.

Выпуск «Бизнеса и закона» создатели посвятили интересной для вчерашних школьников и их родителей теме. 17-минутная программа о возможности копить деньги на образовательных депозитах, а также о специальных кредитах, предусмотренных государством. Хотел бы ещё раз подчеркнуть: в начале июня любого года это хорошая, актуальная тема для обсуждения.

Но разочарование ожидает почти с первых секунд выпуска. Вот ведущий здоровается со зрителями и презентует тему беседы. И всё бы ничего, но во всю ширь экрана в этот момент светится титр: «На обучение можно накопить или одолжить».

Вообще-то слово «одолжить» означает «дать кому-то в долг», а не «занять». О какой возможности зрителя дать денег в долг идёт речь? Скорее всего, это элементарная ошибка. Обидно вдвойне, что она всплыла в такой неподходящий момент — выпуск всё-таки об образовании.

Замечу, с титрами у программы в принципе беда: предыдущий выпуск (от 26 мая) вышел с названием телепередачи на экране «Бизне и закон». Именно так, с пропавшей «с».

Неприятное впечатление усиливает речь ведущего. Его подводка к сюжету и сам сюжет, предваряющий беседу с гостями, обдали зрителей таким густым канцелярским языком, что пресс-служба любого госоргана позавидует.

Журналист в сюжете объяснял: деньги на учёбу можно копить — есть специальный депозит «Акыл»; каждый год к накопленному государство добавляет премию. Так, с момента запуска этой программы казахстанцы в общем получили больше двух с половиной миллиардов тенге.

Можно вести долгие дискуссии, настаивать на специфике языка «делового СМИ» и нацеленности на особую аудиторию. Но меня не переубедить: в любых телевизионных текстах не должно быть канцелярских «осуществляется», «в рамках», «требуется наличие», «премия капитализируется». Интеллектуальности текстам они не добавляют, восприятие усложняют и демонстрируют небрежность и непрофессионализм автора.

Что интересного в бумагах

Особенно много нареканий вызывает работа ведущего. У Константина Харламова есть один хороший навык. Он приносит в студию правильные вопросы и иногда их задаёт. Мы дожили до тех времён, когда это на отечественном телевидении уже половина успеха. Но манера работы ведущего, к сожалению, может только опечалить.

Если программа начиналась с демонстрации официозного языка, который с огромной натяжкой можно объяснить «деловым» стилем Atameken Business, то вот он, новый поворот. Ведущий во время беседы этому стилю изменяет и ударяется в другую крайность — теперь его язык перегружен не канцеляритом, а разговорной речевой избыточностью. Вот, например, первый вопрос Харламова приглашённому гостю: «Мы уже знаем, что в Казахстане можно учиться и в кредит, и можно, при необходимости, при желании, накопить — то есть открыть депозит и накопить на своё обучение. Вот можно поподробнее как-то, давайте с кредитов начнём, это важно».

Я мысленно «спотыкался» на этой фразе вместе с ведущим. Небольшая ремарка, чтобы ознакомить читателя с проблемой. «Можно поподробнее как-то» — это очень плохой журналистский вопрос: фраза чересчур универсальна и подойдет к любому инфоповоду. Да и слишком много свободы даёт спикеру, а мы же не за спонтанные беседы на телевидении с его дорогим эфирным временем.

Вообще программа запоминается именно небрежно сформулированными вопросами. «Интересно, но мы к кредитам ещё вернёмся. Давайте по депозитам поговорим. Вот… какие преимущества? Что это вообще такое?» — например, спрашивает, перебирая бумаги на столе и не глядя на собеседника, ведущий.

Взгляд ведущего вниз — настоящая привычка. Харламов в кадре смотрит на бумаги, спрятав от объективов камер и от гостей глаза, а ещё время от времени что-то записывает. Часто за этим занятием он игнорирует пристальные взгляды собеседников, отвечающих на его вопросы.

И ладно бы упрямое разглядывание бумаг было впрок. Это и правда странно, но создается впечатление, что ведущий каждый раз формулирует свои вопросы на ходу, будто он не смотрел только что на ворох листов формата А4 — так натужно, с паузами и иногда с усиленной жестикуляцией рук, будто в поиске мысли, задаёт он простые вопросы.

Я чересчур придирчив? Допустим. Но как объяснить следующий эпизод? Вот ведущий Харламов задаёт очередной вопрос: «В то же время, что называется, средства (ударение на последний слог — ред.) остаются в стране, предназначенные для вузов наших, казахстанских?» Даже без сверки с орфоэпическим словарём понятно: ударение в слове «средства» ошибочное.

Я бы и рад посвятить время разбору проблем более высокого уровня, но что делать, если эти изъяны есть. «Бизне» без «с», «средствА» и «одолжить» в значении «взять в долг». Эти ошибки досадны именно потому, что они дилетантские и требуют всего ничего — чуть большей внимательности.

Что касается содержания программы, кратко его можно описать так: гости растянули на 17 минут справочную информацию, которая во многом повторяет уже представленную в подводящем сюжете. Снова про «Акыл», про два с лишним миллиарда общей выплаченной государством премии. Зачем этот сюжет вообще был нужен? Вопрос авторам.

Перечисленные изъяны сильно портят впечатление от интересной и актуальной, в общем-то, беседы — несмотря на грубые ошибки, Константину Харламову удаётся вытащить из гостей нужную информацию. Благо, собеседники готовы ею делиться. Удивительно, но главная цель программы оказывается достигнута — зритель, пусть и продираясь сквозь дебри, получает вполне сносное представление об образовательной программе государства.

Искренне жаль, что исполнение неплохой идеи хромает.

Как живут журналисты в заблокированном Таджикистане?

Вот уже год сайт одного из ведущих изданий в Таджикистане — медиагруппы «Азия-Плюс» — заблокирован на территории страны, но пользователей и оптимизма редакция не теряет.

Рассказываем о том, как сохранить аудиторию, если тебя заблокировали, и может ли современная редакция обойтись совсем без сайта.

В начале мая в Таджикистане в очередной раз оказались заблокированными не только социальные сети, мессенджеры и YouTube, но и поисковые системы — Google и Yandex. Кроме того, под блокировку попало большинство информационных сайтов и даже новостных агрегаторов; по сути, в свободном доступе остались только государственные СМИ. Эта тотальная блокировка продлилась почти месяц, после чего ко всем ресурсам доступ был открыт. Ко всем, кроме сайта медиагруппы «Азия-Плюс». И вот уже год без малого он успешно борется за свою аудиторию.

— Вернее, полгода мы находимся в абсолютной блокировке, а в периодической — с 30 июля 2018 года, — говорит исполнительный директор издания Зебо Таджибаева, главный диджитал-специалист в редакции. — Но я всё равно беру за измерение год, потому что первые полгода было так: нас открывали на пару дней, потом опять закрывали, открывали и снова отправляли в блок. И ровно шесть месяцев нас почти совсем не открывают. Пару часов, когда вдруг по непонятным причинам появляется доступ к сайту, не в счёт.

— Зебо, расскажите про статистику на сайте: сколько было посетителей год назад, до блокировки, и сколько их теперь?

— До июля 2018 года статистика у нас была стабильной: 41-45 тысяч уникальных посетителей в сутки, потом случилась Дангара (теракт на юге страны, в результате которого погибли четверо иностранных туристов — прим. ред.), мы очень тщательно отслеживали эту трагедию, рассказывали подробности, и наша аудитория выросла до 70 тысяч «уников» в сутки. Но тогда же нас и закрыли. Аудитория сразу сократилась до 20 тысяч и не росла.

В редакции «АП»

Сначала мы не придавали этому значения, потому что надеялись, что нас разблокируют и аудитория вернется. Но время шло, нас не открывали, и мы стали понимать, что можем потерять свою аудиторию навсегда. Понимали, но ничего не делали, всё-таки ждали, что блокировку снимут.

В итоге её действительно сняли — в день запуска первого агрегата Рогунской ГЭС, 16 ноября 2018 года. Мы — счастливые — освещали это важное для страны событие на всех своих площадках, подготовили текст под названием «Рогун — миротворец», в котором рассказали, что нас разблокировали благодаря запуску станции, но 17 ноября мы снова попали в блок. Даже «Рогун — миротворец» не помог.

И вот тогда-то мы и поняли, что это всё, нас не собираются открывать без надобности; поняли, что работать в обычном режиме мы уже не сможем, что надо как-то возвращать свою аудиторию, несмотря на блокировки.

— И всё это время статистика была около 20 тысяч?

— Ну да, во время блокировки она не увеличивалась, держалась на одном уровне. Мы продолжали работать в соцсетях, но либо ставили полный текст сообщений в своих постах, либо ссылки на заблокированный сайт. Естественно, статистика на сайте не росла. И вот в ноябре мы решили стать мультиплатформой и начали с «Яндекс.Дзен».

На эту платформу мы стали загружать материалы целиком, фактически развивая отдельную площадку, и размещали ссылки на «дзеновский» контент в соцсетях. Эта платформа удобна тем, что «Яндекс.Метрика» позволяет объединить статистику посещений на «Дзене» и на сайте и видеть общее количество пользователей, которые получают твой контент. Дела у нас пошли хорошо, благодаря «Яндекс.Дзен» мы смогли сначала увеличить статистику до 45 тысяч, а потом и до 52 тысяч. Это удалось сделать за три-четыре месяца, и всё шло хорошо до тех пор, пока мы не рассказали о своих успехах публично. После этого в Таджикистане заблокировали доступ к «Яндекс.Дзен». Наша статистика снова упала до 20-25 тысяч.

Как сохранить аудиторию?

— Кроме развития площадки «Яндекс.Дзен», что-то ещё вы делали?

— Мы поменяли сервис для пуш-уведомлений, мы пользовались ресурсом sendpulse.com, но он не особо дружил с Chrome, и мы его поменяли на push.world. И до блокировок, и после пуши генерируют 20 % общего трафика, поэтому мы относимся к ним очень серьёзно.

у медиа-группы «Азия-Плюс» есть своя газета

Ещё во время освещения дангаринского теракта мы вдруг попали в «Google новости» и «Google Discovery». Я не совсем понимаю логику Google — почему мы попали в их сервисы? Для того чтобы попасть туда, нужна хорошая оптимизация сайта, которая у нас хромает, но мы всё равно стабильно там находимся, и Google генерит до 40 % трафика.

Благодаря этому попаданию у нас подросла статистика заходов из стран Центральной Азии; в среднем в сутки на Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан приходится до 15 тысяч пользователей. Раньше такого не было, раньше не более двух тысяч приходилось на одну страну. Как только мы заметили, что у нас появляется новая аудитория, мы сразу стали адаптировать под неё контент — работать над региональными текстами.

— Что было, когда сервисы Google заблокировали?

— В первые дни после майской блокировки Google мы потеряли 70 % трафика, через пару дней статистика стала расти, потому что пользователи сориентировались, как обойти и эту блокировку.

— А что было после того, как «Яндекс.Дзен» закрыли?

— Мы перешли на другую платформу, на платформу Telegram — Telegraph. Она, конечно, не такая для нас удобная, как «Дзен». Прежде всего потому, что на ней материалы не группируются, они доступны только по ссылке, и невозможно увидеть общую статистику Telegraph и сайта, но тоже ничего. Telegraph для нас просуществовал недели две-три, после чего его тоже в Таджикистане заблокировали.

В запасе у меня есть ещё два варианта, но я, пожалуй, про них пока не буду говорить. Когда мы начнем ими пользоваться, думаю, их тоже заблокируют, а мы найдем другие варианты и так до бесконечности.

К сожалению, я не программист, и под рукой нет программистов, а то я бы занялась освоением «Яндекс.Турбо», который тоже способен обходить блокировки. Ещё есть в планах создать «нулевой сайт», чтобы люди не тратили трафик на загрузку картинок. Сейчас наш сайт им дорого обходится — они теряют трафик при включённом VPN плюс грузят картинки.

— А когда вы начали развивать канал в Telegram?

— Больше года назад. Сначала как дополнительный ресурс, на который особо не делали ставку, но потом он стал для нас и наших читателей настоящим спасением: Telegram пока не научились блокировать, он не жрёт трафик, и тексты здесь можно почитать, даже если нет интернета. Наш канал сейчас самый популярный среди таджикистанских, у нас 7,5k подписчиков, и аудитория растёт. Понятно, что он не генерит трафик, но нас читают.

— Вы никогда не думали совсем уйти в соцсети и отказаться от сайта, это вообще возможно?

— Мы и так весь контент уже выгружаем в различные соцсети, на YouTube, благодаря чему у нас везде выросла аудитория. Все эти площадки тоже периодически блокируют в Таджикистане, но сюда народ всё равно пробивается. А вот от сайта могут и отказаться. Хотя нас радует, что для многих наших читателей сайт пока остается хорошей привычкой.

Как не потерять оптимизм?

— Вы поменяли контент из-за блокировок?

— Думаю, что отчасти поменяли, потому что включился режим самоцензуры. Когда нас ещё то закрывали, то открывали, каждый случай мы разбирали в редакции и пытались понять, какой материал мог к этому привести. Естественно, журналисты не хотели стать причиной того, что сайт будет заблокирован, стали контролировать себя, но это не спасает.

— За что вас блокируют?

— Мы не знаем, нам ни разу никто не ответил на этот вопрос, хотя мы интересовались. Дело в том, что у нас весь трафик проходит через государственную компанию «Таджиктелеком», которую контролирует Служба связи при правительстве страны, после чего попадает провайдерам. Мы писали письма в Службу связи, они ответили, что на сайт нет доступа из-за технических проблем, в которых виноваты мы сами или провайдеры. Тогда мы стали обращаться к провайдерам, они отвечали что-то невнятное. И только «Билайн» официально в письме сообщил, что сайт блокируется на уровне вышестоящего провайдера, а это «Таджиктелеком».

Ведущий радио «Азия Плюс» Бехруз Насриддинов и креативный директор Искандар Мирзоганиев

Тогда с копией этого письма мы написали заявление в Генеральную прокуратуру с требованием разобраться. Прокуратура сделала запрос в Службу связи, Служба связи ответила, мол, не имеем к этому никакого отношения. Мы настояли на повторном запросе, но Служба связи на этот раз ответила и Генпрокуратуре, и нашему изданию и, естественно, снова повторила, что не причастна к блокировкам. И в Генпрокуратуре посчитали этот ответ достаточным и отказались продолжать разбираться в этой истории. Наверное, нужно писать ещё одно заявление, но я не вижу в этом смысла.

— А в редакции есть предположения на этот счёт?

— Есть, об этом в прошлом году публично говорил наш главный редактор. Дело в том, что перед тем как нас заблокировали, некоторые государственные структуры предлагали нам печатать материалы, от чего мы отказались. У нас сработал синдром редактора — тексты были ужасными по качеству и по содержанию, и мы их не пропустили. Кстати, когда мы рассказали об этом, пользователи нас подбадривали: мол, пропустите материалы, мы с ними в комментариях разберемся. Да, наши пользователи это могут! Но мы, конечно, отказались.

— Что вообще изменилось в редакции из-за блокировок?

— Вся редакция стала мыслить соцсетями и пристально следить за статистикой. Раньше статистика волновала только редакторов, теперь все начинают свой день с просмотров цифр на сайте. Это положительные перемены. А отрицательные, наверное — иногда у нас опускаются руки из-за этих блокировок. Причём в Таджикистане очень хорошо научились блокировать интернет. Например, я пыталась сделать «зеркало» сайта, Google позволяет это делать в облачной системе, но российские программисты, к которым я обратилась за помощью, сказали, что ничем помочь не могут, потому что в нашей стране интернет блокируется на уровне DNS-канала, а не по адресам или доменам. То же самое мне сказали и американские программисты.

Искандар, Зебо и Бехруз

Более того, они научились блокировать интернет на уровне отдельно взятого офиса. Например, зачастую сайты, которые не открываются в офисе нашей редакции, в это же время открываются в других частях города. Такое тоже бывает.

— Можете дать три совета редакциям в Центральной Азии, для которых блокировки, в общем-то, вполне актуальное явление?

— Первый совет: серьезно развивать свой Telegram-канал, пока это настоящее спасение для стран, в которых блокируется интернет.

Второй совет — развивать «Яндекс.Дзен» как отдельную платформу, то есть выгружать туда весь свой контент, без переходов на сайт. Или осваивать «Яндекс.Турбо».

И третий совет — развивать направление нативной рекламы, потому что в условиях блокировки это единственный вид рекламы, который остаётся эффективным.

К сожалению, мы своих рекламодателей никак не можем приучить к нативной рекламе, они предпочитают обычные пиар-тексты, которые теперь мы пишем и по пять штук в день. Но всё-таки успешные кейсы «нативки» у нас уже есть. И те, кто попробовал этот вид рекламы, стараются использовать только его.